Новости

29.07.2010 00:09
Рубрика: Общество

Родная чужая кровь

Как происходит усыновление детей в Израиле

Теперь маленькие Игорек и Наташа живут в семье, они обрели родителей. Супруги Ирина Столярова и Шмуэль Левит стали опекунами над братом и сестрой, отец которых наркоман, а мать покончила с собой. Для Ирины обретение детей стало "светом в окошке" и смыслом жизни. Двадцать лет назад она, будучи студенткой Витебского педагогического института, попала в автокатастрофу. После серии операций врачи вынесли приговор - своих детей Ирина иметь не сможет. Из-за этого и личная жизнь дома у нее не складывалась. Переехав в Израиль, она вышла замуж за военного пенсионера Шмуэля Левита, уроженца страны, жена которого - вот такими бывают стечения обстоятельств - погибла в автокатастрофе. У Шмуэля были уже взрослые дети и внуки, но он согласился с доводами жены взять в дом приемных детей.

В Израиле сложная процедура усыновления. Поэтому опекунство нередко представляет собой первую стадию процесса, официально ведущего к усыновлению или удочерению. В ситуации с Игорем и Наташей следует обратить внимание на особенность возникшей ситуации. Их биологические родители - выходцы из СССР-СНГ. Девочка уже говорит по-русски, а мальчик только начинает понимать речь. Ирина говорит и по-русски, и на иврите, а ее муж - на иврите и по-английски.

Процедура усыновления в Израиле регулируется законом от 1981 года и проходит в суде по семейным делам. Постановление об усыновлении выдается только в том случае, если суд убедится, что усыновители наладили контакт с ребенком, и он, несомненно, окажется в условиях лучших, чем был до усыновления. Поэтому только через полгода (после соответствующих неоднократных проверок) факт усыновления принимает юридическую силу.

Усыновить ребенка в еврейском государстве могут только оба супруга. Исключения редки. К ним относится, например, ситуация, когда оба родителя ребенка умерли, а усыновитель - одинокий близкий родственник. Желательно (но не обязательно), чтобы усыновляемый и усыновители относились к одной и той же религиозной конфессии. Между усыновляемым и усыновителем обязательна разница в возрасте не менее 18 лет.

В Израиле нет детдомов. Желающие усыновить малыша записываются в длинную очередь и годами ждут, что в их семье наконец-то произойдет долгожданное пополнение. В большинстве случаев пополнение приходит из-за границы. В основе израильских законов об усыновлении детей, граждан иностранных государств, лежит Международная конвенция по правам ребенка.

За последние двенадцать лет израильтяне усыновили около двух тысяч детей из стран СНГ, в основном из Украины. Гражданами еврейского государства стали более семисот маленьких украинцев. Меньше на Земле обетованной российских сирот - около четырехсот и примерно сто из Беларуси. При этом случаев, когда израильские родители хотели бы вернуть малышей назад в детский дом, местные органы опеки и попечительства припомнить не могут.

Процедура усыновления в Израиле бюрократически усложнена. Причем намеренно. Цель очевидна - еще до открытия дела в суде социальные работники желают проверить не только искренность намерений будущих родителей, но и возможности супружеской пары воспитывать ребенка. По словам адвоката по семейным вопросам Виктории Гельфанд, выходцы из СССР-СНГ редко усыновляют детей. Такая процедура требует здесь терпения и немалых средств - не менее 10-15 тысяч долларов. Попытка обойти бюрократическую процедуру незаконна и уголовно наказуема. Правда, за усыновление почти не надо будет платить, если речь идет о родственнике.

Неудивительно, что наряду с усыновлением в Израиле существует опекунство над детьми, которые оказались сиротами при живых родителях. 3 ноября прошлого года в Израиле была официально зарегистрирована "русская" общественная организация "Семья каждому ребенку", ее возглавила Ирина Сахута, бывшая жительница поселка Тикси в Якутии. В беседе с корреспондентом "СОЮЗа" Ирина обратила внимание: В Израиле сотни детей из русскоязычных семей являются сиротами при живых родителях, погрязших в пьянстве и наркомании. По словам И.Сахуты, с учетом того, что процедура усыновления в стране осложнена бюрократическими препонами, опекунство можно рассматривать как первую стадию именно усыновления. В таком двуступенчатом варианте процедура усыновления для будущих родителей оказывается бесплатной, ибо все необходимые выплаты производятся из специального фонда, созданного именно для этих целей. Семье, взявшей ребенка на воспитание, государство ежемесячно выплачивает 1950 шекелей (около 600 долларов). Если ребенок грудной, то к этой сумме добавляется еще 240 шекелей в месяц на покупку подгузников. Государством и фондом оплачивается также покупка лекарств для ребенка, очков и пребывание в детском саду. Два раза в год государство и фонд выделяют единовременные пособия. В августе - "оздоровительные" в размере 930 шекелей, в феврале - "школьные", 680 шекелей. Сама Ирина, которая воспитывает вместе с мужем троих собственных детей, взяла под свою опеку двоих малолетних детей, брата и сестру, и сейчас собирается взять еще двоих.

Усыновляют детей в большинстве случаев не бездетные пары, а те супруги, у которых уже есть ребенок, да не один. У супругов Шифры и Аарона Тарсиса, к примеру, трое своих детей. Но они считают, что семейный бюджет позволяет им принять на воспитание еще как минимум двоих. Не так давно они побывали в одной из африканских стран и вдоволь насмотрелись на местных беспризорных. Религиозная пара решила сделать все возможное, чтобы такая картина осталась только в их памяти. У Шифры и Аарона есть шанс воплотить в жизнь свое обещание. Парам с детьми охотнее дают разрешение на ребенка. Но и для них процедура усыновления становится процессом длительным и трудоемким. На тщательную проверку родителей, в том числе социальным работником и психологом, уходит более полугода. К будущим родителям предъявляются повышенные требования. Обязательно проверяется их материальное положение, жилищные условия, состояние здоровья всех членов семьи.

Давид Регев свою статью, опубликованную в самой популярной израильской газете "Едиот ахронот" ("Последние известия"), назвал "Из Сибири с любовью". Регев пишет о супружеской паре Идане и Анат, военнослужащих из Хайфы. Они поженились в 1992 году. Через четыре года врачи сообщили Анат, что она беременна. Но через несколько недель обнаружилось, что плод мертв - у него отсутствовал пульс. Обследовавшие Анат медики заявили, что она никогда не сможет родить. Женщина пережила сильнейшую психологическую травму, она с головой ушла в службу, дослужилась до звания подполковника. Муж строил карьеру на флоте. Но мысль о ребенке супругов не оставляла. В городской службе опеки и попечительства им сказали, что очередь на усыновление очень длинная, ждать придется не менее пяти лет. Супругам предложили усыновить ребенка за границей - там это намного быстрее. И вот наступил долгожданный день, когда раздался телефонный звонок и им сообщили, что в одном из детских домов в Сибири есть восьмимесячная девочка, от которой при рождении отказалась мать. Супруги долго не думали. Собрались и полетели! Они, конечно же, на всю жизнь запомнили январские сибирские морозы, но сразу же привязались к маленькой девочке, очень бледной, постоянно плачущей, в одежде, которая ей оказалась очень велика. Анат и Идан прошли через ряд бюрократических процедур, в том числе и судебных, прежде чем смогли увести девочку домой. Своего ребенка они назвали Ротам. Маленькая сибирячка не просто прижилась в доме приемных родителей, а наполнила его радостью. Через некоторое время супруги решили привезти девочке сестричку. И опять полетели в Сибирь. В тамошнем детском доме родители Ротам столкнулись с проблемой - у приглянувшейся им полуторагодовалой малышки трехлетний братик. И удочерять можно было только "в комплекте" с усыновлением. И опять Идан и Анат долго не раздумывали. После урегулирования ряда формальностей шестилетняя Ротам получила сразу и сестричку Май, и братика Амита. Можно, конечно, удивляться, но и на этом родители двух сибирячек и сибиряка останавливаться не желают.
 

Общество Семья и дети