Новости

15.10.2010 00:50
Рубрика: Власть

Еще раз об архитектуре безопасности

Обсуждая на четвертой секции "Региональные системы глобальной безопасности", эксперты всерьез задумались над новой архитектурой безопасности и существующими институтами. Весьма бурно дискутировали по поводу России и НАТО: кто, куда и, главное, зачем должен вступать? Оказалось, проблема не в организациях, различные структуры давно научились сотрудничать друг с другом и на правовом, и на военно-техническом, и уж тем более на политическом уровнях. Проблема остается в ценностях.

Джордж Робертсон, бывший генсек НАТО:

- Я хотел бы задуматься над тем, что такое новая архитектура безопасности. На эту тему у нас должен быть консенсус, нам нужно понять, каковы будут функции новой организации, иначе мы просто будем говорить впустую. Существуют организации, которые уже существенно изменили и адаптировали себя: "семерка" разрослась в "восьмерку", и когда Россия от командной экономики перешла к смешанной экономике, в 2008 году произошло расширение, и стала "двадцатка". И, собственно говоря, может быть, скоро возникнет и "тридцатка". Расширение Европейского союза и развитие благодаря новым территориям, которые раньше не были вовлечены, наряду с адаптацией и расширением НАТО покажет, что существующие институты могут адаптироваться для решения новых проблем.

Перед нами стоят общие задачи - это глобальный терроризм, распространение ядерного оружия, эмиграция, пиратство, проблемы, связанные с коррупцией, с охраной окружающей среды. Но эти проблемы общие для всей Европы, входят ли они в НАТО, являются ли эти страны так называемыми нейтральными, или речь идет о России. Я считаю, что мы должны отказаться от старомодных и примитивных дебатов о советской угрозе. Страны НАТО не имеют никакого намерения подвергать сомнению целостность России, и Россия не собирается как-то влиять на целостность стран, входящих в НАТО, да и на само НАТО. Поэтому эти разговоры отрицательным образом влияют на взаимоотношения между Россией и странами Запада. Эти разговоры нужно прекратить не потому, что они неверны, а потому, что они разрушительны при решении проблем, с которыми сталкиваются люди на улицах Парижа, Лондона, Москвы и Нью-Йорка. В России многие сегодня обеспокоены работой и пенсиями, их волнует именно это, а не то, что Россия вторгнется в Германию. Мы должны сосредоточиться на том, что представляют собой современные проблемы и угрозы. И, в частности, в Европе сможем ли мы найти механизм или средство, чтобы люди жили в большей безопасности, с большей надеждой смотрели в будущее, чем это происходит сегодня.

Игорь Юргенс, председатель правления Института современного развития:

- Логика строительства особых отношений между Россией и НАТО в конечном счете ориентируется на стратегическое партнерство и даже интеграцию России и обновленной НАТО. Мы рассматриваем, конечно, членство в очень долгосрочной перспективе. Наш внутренний национальный консенсус заключается в том, что мы имеем особый статус великой державы в Евро-Атлантике. И поэтому присоединиться к НАТО мы можем только все-таки на особых условиях. В настоящее время приоритетный и более реалистичный вектор дискуссии состоит в создании союза с союзом.

Краткосрочные и среднесрочные задачи такого объединения по военной линии: активизация и восстановление сотрудничества, существовавшего до 2008 года. В настоящий момент актуальной является активизация усилий в операции НАТО в Афганистане через военный транзит. Расширение совместной деятельности в сферах миротворчества и конфликтного урегулирования, вплоть до перспективы коллективных военных операций для реагирования на реальные угрозы. Мы предлагаем создать евразийский координационный совет региональных организаций в составе ОДКБ, НАТО, Евросоюза, ОБСЕ, возможно, под эгидой ООН, для согласования и распределения функций и ответственности между организациями в решениях кризисных проблем международной безопасности.

Вторая идея - продвижение в качестве российской инициативы проекта прямого сотрудничества ОДКБ и НАТО, включая возможное использование двух компонентных смешанных миротворческих сил и сил по реагированию на чрезвычайные ситуации, по взаимодействию в борьбе с наркоугрозой. Далее - более тесное и масштабное сотрудничество России с евро-атлантическим сообществом в проведении на основе общего мандата Совета Безопасности реконструкции в Афганистане со своей территории или с территории стран Центральной Азии, без направления российских контингентов в состав коалиции.

Еще один большой вопрос - это противоракетная оборона. Мы считаем, что целесообразно разродить проект центра обмена данными о пусках ракет и ракетоносителей, решение о создании которого было принято руководителями России и США еще в конце 1990-х годов, возможно, в формате Россия-НАТО-США. Мы предлагаем подумать о целесообразности отказа от борьбы за первенство в обладании правом контролировать, так называемую красную кнопку.

И, наконец, я хотел сказать два слова об общественном совете, форуме Россия-НАТО. Мы считаем, что вот такой форум надо бы создать. В него должны были бы войти представители политического, военного, экспертного, бизнес-сообщества, общественных организаций, с российской стороны, люди всех точек зрения.

Александр Рар (Германия), директор Российской программы при Германском совете по внешней политике:

- ЕС и НАТО основаны сегодня, как правильно сказал господин Робертсон, не на геополитических аспектах, как многим кажется, а действительно все больше и больше на ценностях. Россия имеет, естественно, сильное влияние, как великая держава в архитектуре европейской безопасности. Она считает, что это должно соответствовать ее статусу постоянного члена Совета Безопасности ООН на глобальном уровне, в мировом масштабе. И поэтому действительно президент Медведев сейчас возвратился, как мне кажется, к забытой Парижской хартии 1990 года, которая должна была объединить Европу. Но Запад не считает, будем откровенны, Россию тем партнером, который может такие требования сегодня отстаивать, просто потому, что у России нет больше той мощности, той силы. Согласиться на признание российской сферы влияния в СНГ Запад никак не хочет и считает, что за предложением Медведева есть скрытая цель.

Вызовы безопасности меняются, я думаю, что военный конфликт в Европе исключен, а грузинский конфликт не дорос до уровня настоящего европейского конфликта. Есть совсем другие вызовы, на которые нужно обращать внимание: изменения климата, исламский экстремизм, нехватка ресурсов во всем мире, энергобезопасность, демографические сдвиги. Россия и Запад должны объединиться в решении этих проблем и, с моей точки зрения, еще более важный шаг - исключить конфликты по этим параметрам, по этим вызовам в будущем. Нынешняя элита еще не доверяет друг другу, это плохо, но это тоже понятно, у нас, все-таки "холодная война" длилась достаточно долго. Только после того как российский вопрос будет решен, тогда Европа состоится, как континент, как объединенный актор на международной и мировой арене.

Но в чем проблемы? Ситуация в США может опять диаметрально измениться после ухода Обамы, реванш неоконов через два года возможен - к этому нужно быть готовыми. В высшем руководстве России есть ориентация на интеграцию России скорее с Азией, чем с Европой. И есть опасность возникновения новых конфликтов вокруг так называемых непризнанных республик на постсоветском пространстве: Нагорный Карабах - тут нельзя исключить, что Азербайджан просто захочет его захватить и вернуть себе.

Также было предложение создать внешнеполитический комитет ЕС-Россия, который встречался бы на уровне министров Лаврова и Кэтрин Эштон четыре- пять раз в год на постоянной основе. Но есть там нюанс: немцы предложили заниматься конкретными вопросами, и первый тест для этого комитета выбран - Приднестровье. От ситуации в Приднестровье зависит, будет ли Запад опять говорить с Россией об общем европейском пространстве безопасности. Россия уже заявила, что от плана Козака она отступать не будет.

Массимо Д,Алема, председатель Парламентского комитета по контролю над специальными службами Италии:

- Россия не рассматривалась в течение длительного времени как участник, который мог бы изменить политическую систему на европейском континенте, и это была ошибка, которую совершили мы. Другие ошибки были совершены во время президентства Джорджа Буша, я говорю о противоракетной обороне в Европе. Сейчас понятно, что наступила новая фаза взаимоотношений, и тут можно говорить о фундаментальном вкладе в безопасность в Европе. Мы должны заключить новое соглашение по ядерному разоружению, и это должно стать основой наших новых взаимоотношений, даже если мы должны ждать процесса ратификации.

Мне кажется, что мы можем надеяться в будущем, что Россия станет членом НАТО, но мы должны перестать рассматривать Совет Россия-НАТО, как средство для интеграции России в политический Запад. Совет Россия-НАТО был создан для того, чтоб создать форум для консультаций, прозрачности и реализации взаимных решений, но эти функции во время кризиса 2008 года не сработали.

Президент Медведев выступил с предложением, это предложение нужно тщательно изучить и проанализировать, некоторые комментаторы критикуют его, утверждая, что речь идет о стратегическом инструменте против расширения НАТО в Восточную Европу. Но, я считаю это несправедливым, необъективным анализом и будет большой политической ошибкой отказаться от этого предложения, рассматривая его только в контексте ограничения действий НАТО. Господин Лавров говорил о том, что речь идет о демократической системе, которая будет работать на европейском пространстве - от Ванкувера до Владивостока. Мы должны понимать, что Россия по историческим причинам не получила в европейской системе безопасности свое законное место и сейчас эта система ассиметрична, она находится под влиянием НАТО и других организаций, как ОБСЕ.

Я считаю, что есть тут важный пункт для начала дискуссии - это взаимная безопасность. Надо по-новому посмотреть на уже отработанные инструменты обеспечения безопасности и дополнить эту работу новыми инструментами для того, чтобы действительно объединить наши интересы в борьбе с такими угрозами, как терроризм, компьютерное пиратство, торговля оружием, пандемия и другие угрозы, перед которыми оказывается не только панъевропейское сообщество, но и весь мир. Эти угрозы пересекают границы регионов, континентов и стран без всяких особых проблем. А вопросы безопасности до сих пор, к сожалению, обсуждаются фрагментарно, нет комплексного, системного подхода. Общество должно постепенно вовлекаться во всю эту работу для того, чтобы вопросы обеспечения обороны, безопасности и основополагающие ценности гражданских прав решались последовательно и на основе взаимного понимания.

Я еще раз повторяю: необходимо решать конкретные задачи, а именно развивать отношения между НАТО и ОДКБ. И я думаю, что идея создания глобальной сети по обеспечению безопасности действительно отражает насущные проблемы, тогда такая организация, как НАТО, на основе сотрудничества с другими региональными структурами, расширит свои возможности и будет более эффективна при обеспечения безопасности, не создавая ни для кого угрозы.

Андрей Кокошин, первый зампред комитета Госдумы по науке и наукоемким технологиям:

- Я бы рекомендовал тем, кто выступает за избавление мира от ядерного оружия и радикальное сокращение его, вести диалог не с Россией, а с теми государствами, которые либо недавно обрели ядерное оружие, либо обрели его давно, но никак не хотят ни в какой степени подключаться к зафиксированному в договорных обязательствах процессу сокращения ядерного оружия. Мы должны более трезво подходить к перспективам роли ядерного оружия, ограничивая в максимальной степени негативные стороны обладания им, втягивая в процесс обсуждения роли ядерного оружия и различных мер по снижению рисков его применения в тех или иных конфликтных кризисных ситуациях другие ядерные державы, как официальные, так и неофициальные (в частности, Израиль).

Николай Бордюжа, генеральный секретарь Организации Договора о коллективной безопасности:

- Россия строит свои системы безопасности, она имеет своих союзников, и сегодня говорить о том, что мы это должны все сломать и каким-то образом переориентировать в другое направление - это несерьезно. Обсуждая сегодня вопросы безопасности, мы должны повернуть свой взор на Восток. Россия сегодня находится совершенно в другой ситуации по сравнению с Европой. В Европе действительно, я согласен с Александром Раром, более или менее все в порядке. У нас есть Кавказ, Закавказье, и проблема Карабаха у наших союзников, Центральная Азия, например Киргизия, с последними событиями, где тысячи людей просто были вырезаны.

На мой взгляд, нет альтернативы создания новой системы безопасности. И, когда нам говорят, что вроде бы она существует, и эффективна, я могу привести много примеров, которые полностью это отрицают: незаконный оборот наркотиков, нелегальная миграция, нестабильные государства, которые могут повлиять на положение дел во всем регионе, - на них надо влиять совместно. Если бы не было в свое время негласной или неофициальной поддержки Грузии, никогда бы Саакашвили не развязал конфликт с Южной Осетией, никогда! Значит, нет стыковок между крупными игроками.

Есть две позиции, если отвечать на вопрос о конфигурации системы безопасности, сегодня. Первая позиция: Россия и ее союзники предлагают создать юридически обязывающий договор. Другие, прежде всего в Европе, говорят: "Ничего не надо, у нас всё есть. Вы, давайте, к нам присоединяйтесь, и мы вместе будем выстраивать эту систему". Я думаю, что это тоже неправильно. На мой взгляд, есть смысл говорить о некоторых условиях, при которых эта система будет функционировать. Это прежде всего согласие ключевых игроков (США, Евросоюза, Китая, России) в сфере безопасности. Если эти страны будут иметь согласованные позиции, исключающие, например, возможность развязывания силового конфликта, то никогда не возникнет ситуация, при которой Азербайджан силовым путем будет решать Карабахскую проблему.

Второе: взаимодействие между международными структурами в сфере безопасности - НАТО, ОБСЕ, ОДКБ, СНГ и ШОС. Я не хотел бы критиковать, но мне не очень понятна позиция НАТО, когда они говорят: "Вы для нас неинтересны". Но ведь наркотики идут из Афганистана в Европу через Россию, через государства - члены ОДКБ, почему единую систему противодействия наркотрафику не должны делать вместе с нами государства - члены НАТО? Или разве Европу не беспокоит незаконная миграция?

И третье: я считаю, что и международные структуры должны трансформироваться, учитывая вызовы, с которыми сталкиваются государства. Когда международные структуры будут взаимодействовать, создавая очаги безопасности, это позволит укрепить в целом всю стабильность в глобальном масштабе.

Анатолий Торкунов, ректор МГИМО:

- На мой взгляд, сегодня Азиатско-Тихоокеанский регион - это важнейший мировой полигон выработки модели политической и экономической модернизации, не вестернизации, а особого пути развития, основанного на синтезе демократических форм правления и автохтонной политической культуры, что и обеспечило, в конечном итоге, впечатляющую динамику регионального экономического развития. Для России исключительно важно выработать оптимальный курс, в котором бы учитывались как интересы жителей Дальнего Востока, так и долгосрочные цели развития страны в целом.

Власть Работа власти Внутренняя политика Международный форум в Ярославле
Добавьте RG.RU 
в избранные источники