Новости

23.10.2010 11:00
Рубрика: Власть

"Летучие мыши" становятся полевыми

24 октября - 60 лет со дня основания разведподразделений специального назначения. В 2000 году приказом министра обороны РФ 24 октября был официально объявлен Днем спецназа ГРУ. Это было своего рода публичным актом признания тех заслуг, которые армейская специальная разведка вписала в историю Вооруженных сил СССР и Российской Федерации. В нынешнем юбилейном году пышных торжеств по случаю круглой даты не состоялось.

Разведчики по сути своей профессии - люди не публичные. Конечно, у них есть свои памятные даты, которые отмечаются узким кругом профессионалов. В основном это дни основания конкретных частей. Идея о том, что надо бы отмечать и общий для всех праздник, возникла в девяностые годы ХХ века. Вспомнили историю.

24 октября 1950 года появилась секретная Директива Военного министра СССР № ОРГ/2/395/832. Она положила начало созданию разведки специального назначения. Осенью того же года во всех военных округах было создано 46 отдельных спецназовских рот по 120 человек каждая. Руководство боевой подготовкой возложили на Главное управление ГШ, более известное как ГРУ.

Ветераны-разведчики, объединявшиеся в различные общественные организации, стали проводить ежегодные массовые встречи, приуроченные к 24 октября. А вот 50-летие спецназа было решено отметить очень широко. В подготовку включились все, кто имел хоть малейшее отношение к этим славным и романтичным войскам. Немалую организационную поддержку оказал сам Генштаб, а министр, как уже говорилось, объявил этот день профессионально-праздничным. На само торжественное мероприятие собрались бывшие спецназовцы ГРУ, разбросанные по всем странам СНГ. Никакие госграницы не разрушили их боевое братство. Поздравить  разведчиков лично пришли министр обороны Игорь Сергеев и начальник Генштаба Анатолий Квашнин. Все знали об их натянутых отношениях. Но в тот день они демонстрировали радушие, и каждый из них наговорил спецназовцам множество комплиментов - с официальной трибуны и просто в личных разговорах. Два высших руководителя Вооруженных сил России и тогдашний начальник ГРУ Валентин Корабельников были в тот юбилейный день на редкость доступны и демократичны. К 50-летию выпустили специальный альбом, в котором впервые открыто рассказывалось о боевом пути спецназа, впервые перечислялись все части, входившие и входящие в спецназ ГРУ.

Шестидесятилетие специальной разведки в нынешнем году многим хотелось отметить с размахом. Был даже запущен специальный сайт, на котором велся обратный отсчет времени до дня торжественного собрания. Впервые и заранее сообщалось, где именно и когда соберутся спецназовцы на свой юбилейный вечер. Причем попасть на него мог практически любой желающий. Надо было просто отправить заявку на билет по указанному на сайте адресу. Казалось, будет полный аншлаг, билетов всем не хватит. Увы, в зале осталось множество пустых мест. Даже падкая на сенсации пресса обошла своим вниманием этот юбилейный вечер, на котором можно было запросто подойти к настоящим легендам спецразведки, увидеть нынешнее руководство ГРУ. Корреспондент "Российской газеты" оказался там едва ли не единственным журналистом.

Концерт получился, в общем-то, интересным. Его ведущие Александр Иншаков и Юлия Панова постарались сделать мероприятие по-человечески теплым. Все выглядело красиво и вполне достойно. Но какое-то не совсем понятное чувство горечи все равно осталось.

Юбилей военной разведки, который надо было бы отмечать почти как государственный праздник, как выяснилось, оказался нужен лишь ветеранской общественной организации с длинным названием: "Некоммерческое Партнерство содействия реабилитации ветеранов и военнослужащих спецназа "РОСА". Ну не может общественная организация подготовить приказ министра, не может она заставить начальника ГШ скорректировать свой рабочий график и найти время, чтобы прийти и поздравить спецназовцев со сцены в их юбилейный вечер. Не нашлось у общественной организации и лишних финансовых средств. По этой причине не удалось подготовить и выпустить нового юбилейного альбома, большего количества  сувениров и памятных знаков. Не стали организовывать и традиционного фуршета.

Практически все спецназовцы, с которыми мне довелось переговорить на торжественном вечере, посчитали, что настоящего праздника не получилось потому, что сухопутные части спецназа ГРУ незадолго до юбилея передали в ведение Главкомата Сухопутных войск, и стало неясно, кто же из военных чинов конкретно должен сейчас заниматься судьбой разведки специального назначения. Была даже высказана шутливая мысль о том, что скоро символ спецназа ГРУ - "летучую мышь" на эмблеме войск - надо поменять на изображение серой полевой мышки, милой, безобидной и легко приручаемой.

Особой трагедии в том, что спецназ оказался в ведении Сухопутных войск, нет. Все бригады и раньше находились под командованием разведки конкретного военного округа, подчинялись его командующему. Но при этом за ГРУ оставался очень широкий круг обязанностей и полномочий во всем, что касалось частей спецназа. А сейчас сами Сухопутные войска на реформаторском перепутье, да плюс еще привалившие к ним "толпы" крутых разведчиков-рэксов. Что делать? Поди - разберись. Уже пошли разговоры, что парашютную подготовку в спецназе ликвидируют. Действительно, зачем "полевым мышкам" парашюты?

И, тем не менее, крест на спецназе, наверное, ставить рано, ведь сегодня это самые боеспособные войска, для которых нет задач невыполнимых. И примеров тому множество.

Когда-то спецназ ГРУ создавался для действий в самом глубоком тылу противника, даже на территории США. Предполагалось, что если в НАТО запустят механизм начала военных действий против СССР, и ситуация станет необратимой, первыми в бой вступят спецназовцы. Группы разведчиков должны были появиться в непосредственной близости от всех командных пунктов и стратегических объектов Северо-Атлантического блока. В их задачу входило: вести разведку и, в случае необходимости, начать уничтожать пункты управления, места базирования ракетных установок, стратегическую авиацию и даже атомные подводные лодки в базах. А также нарушать связь, энергоснабжение, разрушать транспортные коммуникации, сеять панику и вносить хаос в военное и государственное управление стран-агрессоров.

При всей невероятности этих задач, спецназ ГРУ был способен их решать очень эффективно. В арсеналах спецразведки имелось все необходимое, включая портативные ядерные мины. Для проникновения на территорию противника предусматривались различные варианты: от классического парашютного десантирования до вполне легального выезда за рубеж. Нелегальная агентура ГРУ должна была в этом случае заблаговременно подготовить для разведчиков-диверсантов места базирования и соответствующее вооружение. Боевая подготовка для спецназовцев разрабатывалась индивидуально и отличалась высокой интенсивностью.

Понятно, что такую убойную силу преждевременно раскрывать было нельзя. И спецназ ГРУ засекретили строже, чем даже ядерные силы СССР. Во всяком случае, о том, что в Вооруженных силах есть РВСН, есть стратегические бомбардировщики, несущие атомные бомбы, есть атомный подводный флот - знал даже ребенок. О том, что в структуре Вооруженных сил существует спецназ ГРУ - знали далеко не все генералы и маршалы. А если знали, то в самых общих чертах.

Первые открытые упоминания об этих частях появились после окончания нашей войны в Афганистане. Одновременно с этим стали массово появляться спецназы во всех силовых структурах. Их почему-то изначально романтизировали. В итоге слово "спецназ" затаскали и затерли. Оно потеряло романтичный флер разведки и стало таким же тусклым и безликим, как "мент" или "ОМОН".

Звездным часом спецназа ГРУ действительно стал Афганистан, хотя действовать там он не должен был в принципе - не для такой войны создавался. Об афганской эпопее спецназа можно рассказывать бесконечно. В данном же случае стоит отметить, что, столкнувшись с непривычными для себя задачами, боевые части ГРУ очень быстро адаптировались и начали воевать так, что результативность их стала выше, чем, к примеру, у подразделений ВДВ, тем более у мотострелков. Спецназовцы по сути своей - партизаны. А поскольку в Афгане война шла с иррегулярными, можно сказать, партизанскими отрядами душманов, то отряды спецразведки ГРУ оказались в своей стихии. Хотя, стоит повторить, их никто и никогда не готовил к длительным боевым действиям. Однако индивидуальная подготовка у разведчиков была настолько качественной, а общий культурный уровень таким высоким, что и младшие офицеры спецназа не только успешно воевали, но и блестяще решали сложнейшие военно-политические задачи. Случалось, один отряд ГРУ мог замирить и на долгое время успокоить целую мятежную провинцию.

Перестройка завершилась развалом Союза. И сразу на окраинах советской империи полилась кровь. В 1992 году  началась массовая резня в Таджикистане. Творились страшные зверства, о которых по сей день знают лишь очевидцы. Интернета тогда не было. Информация из охваченной войной республики особо не распространялась. Между тем, верх там стремительно брали самые темные силы. Вот-вот, и взорваться могла вся Средняя Азия. Да так, что содрогнулось бы еще толком не родившееся СНГ.

Руководству новой России, объявленной правопреемницей СССР, не оставалось другого выбора, как вмешаться напрямую. Самое верное в той ситуации решение, как ни странно, принял Егор Гайдар, исполнявший тогда обязанности главы российского правительства. Он поручил навести порядок в Таджикистане спецназу ГРУ.

Выбор пал на 15-ю бригаду, расквартированную в городе Чирчик, недалеко от Ташкента. Командовал той бригадой ныне широко известный "враг Чубайса, бывшего лучшим другом Гайдара" полковник Владимир Квачков. По словам комбрига, Москва давала ему буквально диктаторские полномочия. Он мог на свое усмотрение казнить и миловать в Таджикистане всех, невзирая на лица и должности. Полковник Квачков от такой сомнительной власти отказался сразу. Он взялся погасить войну, но поставил условие: не мешать, и полностью доверить спецназовцам умиротворение Таджикистана провести так, как умеют только они. И получил все необходимые полномочия, от того же Гайдара, кстати сказать.

В сентябре 1992 года 15-я бригада тихо вошла в Таджикистан и… растворилась в нем. В самой республике практически никто не знал, что в войну вступили русские разведчики. Удивительно, но страшная бойня, охватившая всю республику, прекратилась как бы сама собой и довольно быстро. Обошлось без десантно-штурмовых ударов, без массированных бомбардировок и тысяч бессмысленно погибших воинов. Потери, конечно, были, но буквально единичные. Зато удалось спасти сотни тысяч, а может и миллионы жизней узбеков, киргизов, славян и тех же враждовавших между собой таджиков. На долгие годы затих не только Таджикистан, но и вся Средняя Азия.

Двумя годами позже началось умиротворение мятежной Чечни. ГРУ к выполнению этой миссии почему-то изначально не допустили. Итог всем известен: широкомасштабные боевые действия, разрушенный в пух и прах Грозный, неисчислимое количество беженцев, убитых, покалеченных, пропавших без вести.

Лишь после того, когда стало ясно, что ситуация в Чечне выходит из-под контроля, туда в пожарном порядке бросили спецназ ГРУ. Скоропалительность и непродуманность действий тогдашнего руководства Минобороны привели к тому, что разведчики несли совершенно неоправданные потери и попадали в ситуации глупейшие - в плену у боевиков, пусть и временно, оказывались чуть ли не отряды "грушников". Впрочем, спецназ на то и спецназ, что выкрутиться он может в любой ситуации. Разведчики не только освоились в новых горных условиях, но стали воевать так умело и, в общем-то, чисто, что даже в Грозном, перешедшем после Хасавьюрта под полный контроль сепаратистов, на одном из зданий долгое время красовалась надпись: СЛАВА ГРУ - остаток былого лозунга СЛАВА ТРУДУ.

Во второй контртеррористической операции на Северном Кавказе, к спецназу относились совсем иначе. ГРУ дали очень большие полномочия. Разгром бандформирований прошел относительно быстро и дался относительно малой кровью.

Спецназ ГРУ так и не дождался часа "Х", когда его бросили бы в глубину Западной Европы, тем более - в США. Может, оно и к лучшему. Все последние тридцать лет он воевал там, где, как говорилось, не должен был воевать в принципе. И воевал прекрасно! Может быть, именно поэтому руководство Минобороны и приняло решение о том, что спецназ должен уже формально занять ту нишу, в которой он сам фактически давно обосновался. То есть не быть "пугалом" для НАТО, а участвовать в наземных контртеррористических операциях. Возможно, эти части действительно возродятся в новом качестве. И можно будет сказать: спецназ умер, да здравствует спецназ!