Новости

28.10.2010 00:15
Рубрика: Общество

Игрушки для взрослых

Около полутысячи экспонатов насчитывает коллекция самой известной кукольницы России

Петербурженка Татьяна Бунь, чье имя известно не только в России, но и в Америке, Европе, Японии и Израиле, делает куклы, которые умеют капризничать, выбирать наряды и воспитывать детей.

Недавно выставка кукол Татьяны Бунь прошла в Константиновском дворце в Стрельне.

Кукла в подарок

Когда у Татьяны Бунь появилась маленькая дочка, шла перестройка. Тяжело было достать даже продукты, не то что игрушки для ребенка.

- Однажды бабушка моего мужа увидела, как люди выносят на помойку немецкую куклу, и попросила: "Отдайте ее мне - пусть правнучка поиграет", - вспоминает Татьяна. - Так первая старинная игрушка попала в нашу семью.

Татьяне, домохозяйке, получившей в свое время профессию химика-аналитика, пришлось впервые попробовать себя в качестве реставратора.

- Кукла была очень красивой, но слишком большой - выше моей дочери, поэтому поначалу ребенок играть с ней не мог. Зато друзья, приходившие в гости, постоянно брали куклу на руки и нянчили ее, - говорит Татьяна. - У психологов существует теория, согласно которой в каждом из нас живут ребенок, взрослый человек и родитель. Видимо, общение с прекрасной игрушкой помогало моим друзьям поддержать самую непосредственную и ресурсную - детскую часть души.

Психологических теорий Татьяна тогда не знала. Но начала собирать личный музей старинных игрушек. Кто-то одобрял это начинание, кто-то говорил: "Зачем ты занимаешься глупостями?", а к Бунь все стекались и стекались куклы с самыми необычными историями.

- Одну из них мне отдала очень старенькая бабушка, - вспоминает Татьяна. - Во время революции ее отцу, булочнику, игрушку принесли богатые люди, чтобы выменять на хлеб. Другую куклу ее прошлые владельцы взяли с собой, убегая из родного города во время Великой Отечественной войны. Представляете, дома оставили огромное количество необходимых вещей, а игрушку решили спасти - так она была им дорога.

Мечты об арлекине

В прошлом коллекция Татьяны Бунь насчитывала больше 500 единиц хранения. Сегодня у нее дома только около сотни любимых экспонатов. Остальное передано в один из музеев Челябинска. Причин много. Одна из них - новая любовь, с которой Бунь встретилась во время туристической поездки в Чехию.

...Он сидел за стеклом в кресле-качалке. Печальное бледное лицо, изящный черно-белый костюм.

- Небольшая игрушка-арлекин в витрине ювелирного магазина так понравилась мне, что я захотела ее купить, - вспоминает Бунь. - Но она не продавалась. Тогда я решила, что во что бы то ни стало сделаю куклу сама.

Это сейчас в России есть огромное количество курсов авторской куклы и Интернет, где собрано немало информации по "кукольной" теме. Тогда, в 1997-м, российских кукольников можно было пересчитать по пальцам, и Татьяне приходилось полагаться только на себя. По возвращении домой она села за книги и справочники, старательно выписывая из них всю полезную информацию. Через несколько месяцев Бунь уяснила технологию изготовления куклы. Еще через три недели родилась ее первая игрушка - гламурно-куртуазная арлекинесса в черном бархатном костюме.

- С тех пор мои куклы значительно усложнились, - говорит Татьяна. - На изготовление одной работы теперь уходит от двух до трех месяцев. Самое трудное - сделать пальчики и расписать лицо. На этом этапе даже одно неверное движение может испортить всю работу.

Куклы Татьяны Бунь условны. Их лица бледны, глаза огромны, тела порой слишком вытянуты и худы. Только в порядке эксперимента мастер изготавливает работы, до мельчайших деталей похожие на людей.

- У одной из моих кукол есть даже линии жизни на ладонях, но, будь я коллекционером, я бы такую не приобрела. Куклы - это куклы, а люди - это люди: я никогда не забываю, что это два разных мира и между ними есть граница. Именно поэтому принципиально не делаю популярные нынче портретные куклы, которые полностью повторяют черты лица политиков или звезд.

Ангелы и манюня

Свеча, кусок полипропилена, обтянутый белой тканью, пакет с лоскутками синтетического шелка. На рабочем столе Татьяны почти идеальный порядок. Кукольница обжигает шелковые кружочки и пришивает их к полотну. С каждым стежком конструкция в ее руках все больше напоминает крылья.

- Ангела я впервые увидела в четырехлетнем возрасте - на иконе, принадлежавшей моей прабабушке, - вспоминает Татьяна. - Он был весь из себя такой волшебный! Это, наверное, стало одним из главных впечатлений моего детства. Иногда я просыпалась утром, видела перышко, выпавшее из подушки, и думала, что это у меня ночью выросли крылья, что я летала и обронила перо.

С возрастом "ангельские" впечатления, конечно, забылись. Но не навсегда. В 1998 году начинающая кукольница Бунь сделала своего первого ангела.

- Каким образом детские фантазии снова воскресли в моей голове, я не знаю, - говорит она. - Наверное, это ангелы мне нашептали.

Теперь белокурые крылатые существа - маленькие и большие, бодрствующие и спящие - рождаются в мастерской Бунь по нескольку раз в год. Вместе с роскошными дамами и арлекинессами они стали главной особенностью авторского стиля Татьяны. Впрочем, у Бунь есть и другие персонажи, известные российским и зарубежным коллекционерам кукол, - серия кошек из папье-маше, фигурки японских девушек, козочки из белой глины, наряженные в русские народные сарафаны.

- А еще я делаю манюнь. - Татьяна показывает корреспонденту "РГ" смешную тряпичную куклу с двумя косичками, одетую в крепдешиновое платье и белый сарафан. Простая и мягкая, она нисколько не похожа на большинство других произведений Бунь. - На них я отдыхаю от сложных работ. Ведь кукольник - это такая профессия, где невозможно уйти в отпуск. Нужно обладать безумной силой воли, чтобы сказать себе: "Стоп, в течение ближайшего месяца я не буду заходить в мастерскую". Так что манюни - самый доступный для меня способ досуга.

Кукольные капризы

Не верьте тем, кто скажет, что куклы - живые существа. Впрочем, и тем, кто считает, что они неодушевленны, не верьте.

- Фарфор, текстиль, кружева и лоскуточки "очеловечиваются" под руками автора, впитывают его энергию. В результате куклы могут проявлять свою волю и даже капризничать, - признается Татьяна Бунь.

Некоторые дамы ни в какую не хотят носить наряды, которые им предназначены художником: костюмы приходится перешивать по два, а то и по три раза. Еще сложнее придумать для новой работы имя.

- Для одной из своих кукол я перебрала больше двадцати имен, но ни одно ей не подходило, - говорит Татьяна. - Работу надо было везти на выставку, и в последний момент перед отъездом я услышала по радио пьесу Бетховена "К Элизе". Совпадение ли это было или мистика, но кукла "согласилась" стать Элизой без всяких возражений. Вот и рассуждайте после этого, насколько они одушевленны.

Капризные или послушные, живые или игрушечные, куклы могут выполнять еще одну вполне человеческую функцию: они воспитывают детей.

- Старинная или коллекционная кукла позволяет ребенку жить в мире хрупких вещей, пробуждая в нем чувство такта и деликатность, - считает Бунь. - В отличие от современных резиновых или пластмассовых игрушек, их не бросишь о стену и не уронишь на пол. К тому же они подталкивают девочек к творчеству. Это для Барби любой костюм можно купить в магазине, а здесь приходится брать в руки иголку с ниткой и что-то придумывать самостоятельно.

Кстати

Бурное развитие авторской куклы началось в 1980-х годах: именно тогда работы наиболее талантливых кукольников начали оцениваться как предметы искусства и коллекционирования.

Общество Ежедневник Образ жизни Филиалы РГ Северо-Запад СЗФО Санкт-Петербург