19.11.2010 00:19
    Рубрика:

    Евгений Плющенко обратился с открытым письмом в "РГ"

    Дорогие друзья!

    Почему обращаюсь к вам, в "Российскую газету". Потому что читаю, и регулярно, вашу спортивную страницу. Потому что вы много и профессионально пишете о фигурном катании. И еще потому, не буду скрывать, что уже долгие годы, с самого моего спортивного детства, знаком с вашими спортивными репортерами, которые поддерживали нас, фигуристов, не только в минуты триумфа, но и в моменты сложные, иногда исключительно тяжелые.

    Настал такой период и в моей жизни.

    После травм, операций, развода и жуткого неверия в мое возвращение после почти четырех лет отсутствия я все-таки вернулся. Мой тренер Алексей Николаевич Мишин, жена Яна, мои товарищи, федерация были, как и вы, друзья из "Российской газеты", среди тех, кто знал, что так и будет.

    Тут дело не в одном фигурном катании. Возвращаясь, ты должен знать, ради чего терпишь все сладкие и не очень муки тренировок, все эти уколы и перевязки. Для меня здесь не было вопросов. Я катался не только за себя. За мою страну, за мой город, за мою семью, за моего тренера тоже. Я чувствовал в себе силу. Знал, что смогу перебороть боль. Боролся как со злейшим врагом с проклятым лишним весом. И вместе с Алексеем Николаевичем и всей командой мы выиграли и первенство России, и чемпионат Европы. Не считайте, будто переоцениваю себя, но до сих пор верю, что и Олимпиаду в Ванкувере я тоже не проиграл. Никто не убедит меня в обратном, а кто захочет, пусть вспомнит о моих четверных и тех, других прыжках, которых хватило сопернику, чтобы встать выше на пьедестале. Ни в чем его не упрекаю, но есть же в конце концов и чувство справедливости.

    А полное отсутствие его у некоторых судей выбило меня из колеи. Каяться не собираюсь, но сейчас, когда олимпийские страсти в моей душе слегка, поверьте, только слегка, улеглись, я вижу, осознаю, что дал разгуляться нахлынувшим эмоциям. Возможно, во время некоторых интервью, выступлений они и перехлестывали. Но такую испытывал боль - физическая слилась с душевной. Обидно мне было. Среди виновников поражения виделись не только судьи, но и люди, на протяжении многих лет мне помогавшие, на многих этапах моей долгой карьеры даже близкие. Имею в виду многолетнего президента нашей федерации Валентина Николаевича Писеева, людей из нашей федерации. Если они восприняли некоторые мои слова болезненно, то хотелось бы сказать им, что прошу их все наносное, сказанное под влиянием момента, забыть и возобновить наше содружество. Я уверен, что и новый президент нашей федерации, олимпийский чемпион Александр Георгиевич Горшков, меня здесь хорошо понимает. Международный союз конькобежцев на время отстранил меня от любительских состязаний. Но я-то знаю, что последнего слова в фигурном катании совсем не сказано. Прошел вместе с Алексеем Николаевичем полный тренировочный цикл, держу вес и режим. Тренируюсь на сборах. Я по-прежнему член сборной команды моей России. Но главное даже не в этом. Я очень хочу выступать за свою страну. Уверен, что смогу помочь российской Федерации фигурного катания, с которой всегда раньше находил общий язык, завоевать медаль или даже медали в Сочи. Ведь я вернулся не просто ради того, чтобы откататься сезон-другой. Мечтаю выступить на Олимпийских играх дома. И в отличие от барона Пьера де Кубертена у меня тут свой принцип - не просто участие, а победа. По крайней мере, клянусь, не осуждайте за высокий стиль, отдать для нее все, что только есть, что только возможно.

    Искренне и с уважением,
    Евгений Плющенко,
    олимпийский чемпион.