Новости

14.03.2011 00:25
Рубрика: Общество

Три крошечных прокола...

...И пациент с пугающим диагнозом "острый панкреатит" возвращается к нормальной жизни

Биологический агрессор - так медики называют поджелудочную железу. Долгое время хирурги к ней даже не прикасались. В медицинской энциклопедии шестидесятых годов так и сказано: "Операции на поджелудочной железе не проводятся".

Времена изменились. Но и по сей день операции на этом органе уникальны. Почему? Об этом корреспондент "РГ" беседует с заместителем главного врача по хирургии Московской городской клинической больницы имени Боткина профессором Алексеем Шабуниным.

Российская газета: Воспоминание из детства. Коллега моей мамы-врача заболел. Диагноз - рак печени и поджелудочной железы. Мама сказала: "Больше шести недель он не проживет". Он даже их не прожил. У людей до сих пор особый страх перед этим диагнозом.

Алексей Шабунин: Рак печени и поджелудочной железы - действительно самые злые опухоли. Однако мы научились не только выполнять радикальные операции на этих органах, но и сохранять их здоровую часть. Значит, наши пациенты избавлены от убийственного прогноза. Они не становятся тяжелыми инвалидами, они нормально живут, работают.

РГ: Такие операции возможны...

Шабунин: ...Только в специализированных отделениях хирургии печени и поджелудочной железы. Конкретный пример - наша Боткинская больница. Когда строили ее новый корпус, заранее было решено, что в нем будет создана специализированная хирургическая клиника. В ней есть отделение хирургии печени и поджелудочной железы. Вместе с академией после дипломного образования мы создали курс подготовки хирургов для лечения биологически агрессивных органов.

РГ: Может, я ошибаюсь, но более всего россияне страдают от воспаления поджелудочной железы, то есть острого панкреатита.

Шабунин: Вы правы. Причин тому две. Камни в желчном пузыре и злоупотребление алкоголем. Хотите статистику? За год только в нашу Боткинскую больницу поступает почти 800 человек с острым панкреатитом. Наши коллеги из Европы были потрясены, узнав эту цифру. В некоторых европейских странах за тот же период поступает меньше 700 больных. Раньше панкреатит занимал четвертое место среди экстренных хирургических болезней. Теперь занимает второе, уступая только острому аппендициту.

РГ: На одном международном конгрессе по этой теме приводили убийственную цифру: смертность от острого панкреатита 60-80 процентов...

Шабунин: В Боткинской больнице послеоперационная смертность всего 14 процентов.

РГ: Поверить не могу! Как это удалось?

Шабунин: Удалось потому, что создали систему оказания помощи этим больным. И первый принцип этой системы - не удивляйтесь! - не оперировать на раннем этапе. Ибо... Напомню старую хирургическую заповедь: хороший хирург не тот, кто хорошо прооперирует, а тот, кто вылечит без операции. При остром панкреатите это оказалось самым главным.

РГ: И все-таки... Вы более всего известны как хирург, блестяще оперирующий именно поджелудочную железу и печень. Значит, все-таки, повторюсь, без операции не обойтись?

Шабунин: Мы не просто оперируем на поджелудочной железе и печени. Мы можем удалить раковую опухоль этого агрессивнейшего органа без скальпеля и разрезов. С помощью эндоскопов через три крошечных прокола. На следующий день пациент, у которого был смертельный диагноз, встает, а на третий день, как правило, мы его выписываем домой.

РГ: А метастазы?

Шабунин: До последних лет метастазы в печень были приговором. Их лечение сводилось к назначению наркотиков. Пациента отпускали умирать. Теперь мы оперируем таких больных. Удаляем не только саму первичную опухоль, но и метастазы, сохраняя здоровую часть печени, которая способна полностью восстановить свои функции

РГ: Алексей Васильевич! Боюсь, но очень хочу узнать о пациенте, которого два года назад оперировала бригада из урологов, проктологов, сосудистых, печеночных хирургов. Тогда говорили, что у пациента неоперабельный рак.

Шабунин: Имеете в виду пациента из Кемерово? У него была гигантская злокачественная опухоль толстой кишки, врастающая в аорту, мочеточник с метастазами в обе доли печени. Операция шла восемь часов. Мы удалили саму опухоль, заменили пораженную аорту протезом, полностью реконструировали разрушенный мочеточник, удалили метастазы в печени. Больной жив. Этот случай вам известен. А у нас он не в числе особых - подобные операции теперь не редкость.

РГ: Не редкость в Боткинской. А если человек за тысячу верст от Москвы? Хотя тот пациент из Кемерово.

Шабунин: Конечно, необходимо тиражирование подобных операций. Понимаю, не каждый хирург готов к проведению таких высокотехнологичных вмешательств. Нужно не только оборудование, нужна современная подготовка специалистов. Для этого и действуют наш курс гепато-панкреатобиллиарной хирургии. К нам приезжают учиться из всей России. А мы в ближайшее время начнем оперировать с помощью робота. Кроме того, станем лечить опухоль прямо во время операции, используя новейшие лучевые установки.

РГ: Собью вас с этой оптимистической ноты. А неоперабельные больные? Они же есть. Им-то что делать?

Шабунин: Мы и сейчас лечим таких больных. А в ближайшее время, опять же с помощью высоких технологий, будем разрушать эти тяжелые опухоли. И пациенты будут жить.

Справка "РГ"

К биологически агрессивным органам относятся печень и поджелудочная железа. Они вырабатывают ферменты для переваривания пищи. В норме ферменты попадают внутрь двенадцатиперстной кишки. А при болезни печени и поджелудочной ферменты попадают в окружающие ткани и перерабатывают сам организм, убивая органы и ткани.

Общество Здоровье Онкология: как победить рак Лучшие интервью
Добавьте RG.RU 
в избранные источники