Новости

18.03.2011 00:40
Рубрика: Происшествия

Тюрьму поставят на вид

"Бутырке" и "Матросской тишине" нашли попечителей

Высокие технологии могут в корне изменить нравы в следственных изоляторах: круглосуточное видеонаблюдение сужает возможности для произвола, коррупции, беспредела. Видео дисциплинирует всех как сотрудников, так и арестантов. Как сообщил на прямой линии с читателями "РГ" начальник управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Москве Виктор Дежуров, в перспективе аппаратура видеоконтроля появится во всех камерах столичных СИЗО. Также будут установлены "домофоны", по которым арестант сможет в любой момент связаться с охраной. А для улучшения бытовых условий открываются попечительские советы при следственных изоляторах и расширяются платные услуги для арестантов. Но первый вопрос, который задали полковнику Дежурову наши читатели, касался возможного пересмотра приговоров. После вступления в силу президентских поправок в Уголовный кодекс, де-юре имеющих обратную силу, вопрос кому и сколько снизят (если снизят) волнует огромную массу людей.

Семен Николаев, г. Пушкино Московской области: Здравствуйте, у меня родственник отбывает наказание в хозотряде одного из следственных изоляторов. Осужден по статье 159, часть 3. ("Мошенничество" - прим. редакции). Срок - четыре года. Скажите, ему будут пересматривать приговор в связи с новыми поправками в Уголовный кодекс?

Виктор Дежуров: Это вопрос не к нам. Пересматривать приговоры, в том числе в связи с принятием новых законов, имеющих обратную силу, могут только суды.

Николаев: Но все же, может, вы уже начали готовить какие-то документы для суда? Или, может быть, прокуратура уже запрашивала их, чтобы подготовить представления?

Дежуров: Нет, такая работа не проводилась, и команды начинать ее не было. Если такая необходимость возникнет, эта работа будет проведена очень быстро.

Николаев: Что же делать? Можно ли как-то ускорить процесс? Мне кажется, мой родственник имеет право на пересмотр, все знакомые юристы тоже говорят об этом.

Дежуров: Ваш родственник вправе обратиться в суд с заявлением, и оно будет рассмотрено.

Николаев: Как это сделать? Он же не выходит из следственного изолятора!

Дежуров: Заявление можно передать через администрацию, оно будет доставлено по адресу.

"Российская газета": А сколько всего осужденных насчитывается в хозотрядах столичных СИЗО?

Дежуров: Около 700 человек во всех следственных изоляторах.

"РГ": Теоретически: большинство их них может рассчитывать на пересмотр приговоров по новому закону?

Дежуров: Не могу ничего ответить. Повторю, решать такие вопросы - компетенция суда.

Тюрьма на связь не выйдет

Елена Евгеньевна, Москва: Здравствуйте, простите, не знаю вашего отчества...

Дежуров: Виктор Алексеевич.

Елена Евгеньевна: Здравствуйте, Виктор Алексеевич. Скажите, пожалуйста, я живу в Москве на улице Лесной. Здесь у нас рядом какая-то тюрьма...

Дежуров: Следственный изолятор №2

"Российская газета": Более известный, как "Бутырка".

Елена Евгеньевна: Да-да, она. Какое-то время назад у меня выключились все телефоны, и я несколько дней не могла дозвониться до внучки. Это безобразие! Говорили, что ваше ведомство испытывало какую-то секретную аппаратуру.

"РГ": Видимо, вы имеете в виду глушилки? Несколько лет назад был такой инцидент, когда из-за ввода в некоторых столичных СИЗО новой аппаратуры возникли проблемы со связью в соседних кварталах. Наша газета подробно об этом писала.

Елена Евгеньевна: Не знаю, что там у вас было, но можно ли оградить нас от ваших глушилок?

Дежуров: Наверное, ответом будет, что уже несколько лет проблем со связью у вас не было, Елена Евгеньевна. Мы принимаем все меры, чтобы аппаратура не доставляла неудобств жителям окружающих наши СИЗО домов.

"РГ": Так все-таки вы отказались от глушилок или нет?

Дежуров: Глушилки пока не демонтируем. Но и техника не стоит на месте, многие телефоны уже оборудованы системами, которые наша аппаратура не берет и не глушит. Поэтому основное внимание уделяем вопросам обнаружения и перекрытию каналов поступления телефонов и SIM-карт.

"РГ": Как чаще всего телефоны попадают в казенный дом?

Дежуров: Каналов несколько: через передачи, через родственников, через адвокатов.

"РГ": И только?

Дежуров: К сожалению, один из каналов - через сотрудников.

 
Видео: Сергей Минабутдинов

"РГ": Некоторые эксперты считают, что это едва ли не основной способ доставки любого нелегального товара за решетку. Остальных всегда серьезно досматривают, а сотрудник свободно проходит на работу.

Дежуров: Нет, мы проводим досмотр и личного состава: когда сотрудники идут на службу и возвращаются с нее. В целом принимаются очень серьезные меры, чтобы не допустить проникновения в следственные изоляторы всего запрещенного, в том числе телефонов и SIM-карт.

"РГ": Удается ли решить проблему? Или мобильная связь по-прежнему доступна арестантам?

Дежуров: Принятые меры позволили снять остроту проблемы. Даже есть оперативная информация, что теперь за доставку телефонов в следственные изоляторы требуют гораздо больше денег.

"РГ": Кто именно требует?

Дежуров: В том числе и коррупмированные сотрудники, и нечистоплотные адвокаты, и различные посредники из криминала. Но сейчас возрос риск, что телефон будет обнаружен и перехвачен по пути. А значит тому, кто доставляет, придется отвечать. Мы изымаем примерно 80 процентов телефонов и SIM-карт при попытке доставки в наши учреждения. В прошлом году было изъято 600 SIM-карт и 1161 телефон.

"РГ": Вы находите их, что называется, вручную - при обысках? Или используется различная аппаратура, скажем, сканеры?

Дежуров: Мы чаще стали применять новые технические средства контроля: металлодетекторы, сканеры и так далее. В "Бутырке", "Матросской тишине" и СИЗО №4 уже установлены аппараты "Инспектор". Вы могли видеть такие в аэропортах: через такой аппарат пропускают вещи. Вещь очень эффективная, конечно. Даже в психологическом плане: люди знают, что в СИЗО стоит такая система, которую очень сложно обмануть. Соответственно, они сто раз подумают, прежде чем попытаться что-то пронести.

"РГ": В некоторых аэропортах еще устанавливают сканеры, чтобы проверять и человека. У вас нет таких планов?

Дежуров: Есть, но в перспективе. Сейчас такие сканеры будут устанавливаться в СИЗО №1 "Матросская тишина" и СИЗО №2 "Бутырка".

Зрительный нерв неволи

"РГ": Сегодня во многих камерах следственных изоляторов устанавливается видеонаблюдение. Арестанты не пытаются этому препятствовать?

Дежуров: Как они могут это сделать?

"РГ": Скажем, попытаться завесить, сломать.

Дежуров: Такие попытки бывали, особенно поначалу, когда видеокамеры только устанавливались. Сейчас таких фактов стало меньше. Люди привыкают к видеонаблюдению, воспринимают спокойно.

"РГ": Если инспектор увидит, что в камере кто-то что-то нарушает, какая будет реакция? Дверь откроется и в камеру ворвется спецназ?

Дежуров: Такое возможно только в крайних случаях. Первое, что сделает инспектор: предупредит нарушителей по громкоговорителю, чтобы прекратили. В большинстве случаев, этого достаточно.

"РГ": Аппаратура предусматривает обратную связь? Допустим, если заключенный захочет обратиться к инспектору, сможет ли это сделать? Или надо будет махать руками перед камерой, чтобы на него обратили внимание?

Дежуров: Появится и возможность обратной связи. Будет установлено что-то вроде "домофона", чтобы человек мог нажать кнопку и высказать свою просьбу младшему инспектору на посту. А наш сотрудник сможет, не подходя к камере, ответить ему.

"РГ": Арестантов, понятно, никто не спрашивает, где они предпочитают сидеть: в камерах с "видеорежимом" или, так сказать, за закрытыми дверями. Но все же, по каким критериям вы подбираете сидельцев в места с видеоохраной?

Дежуров: Кто-то из-за своего поведения требует постоянного надзора. А в перспективе видеонадзор появится во всех СИЗО в каждой камере. Так что выбирать, по большому счету, не придется.

Арестанту подберут компанию

Алексей, Москва: Я когда-то давно прочитал, что в Москве хотели построить отдельный изолятор для тех, кто попал в тюрьму первый раз. Как обстоят дела: уже что-то построили?

Дежуров: Была идея - выделить отдельное СИЗО для содержания лиц, впервые привлекающейся к уголовной ответственности.

"РГ": Значит: выделить, а не построить с нуля?

Дежуров: Да, но мы не учли численность тех и других, кто впервые попал в места лишения свободы и уже имеющих криминальный опыт.

"РГ": А какое соотношение?

Дежуров: У нас получается где-то около 5 тысяч впервые попавших в места лишения свободы, и в районе 3 тысяч уже судимых. У нас нет такого изолятора, который мог бы вместить ни 3, ни 5 тысяч.

"РГ": Хорошо, можно выделить несколько СИЗО.

Дежуров: Мы не можем позволить себе выделить 2-3 изолятора для содержания какой-то определенной категории арестованных.

Алексей: Почему?

Дежуров: Это связано со многими вещами. Изоляторы же привязаны и к следственным органам, и к судам по территориальности. Если мы сейчас начнем выделять какие-то СИЗО для содержания, скажем, рецидивистов, то нарушим установленную систему взаимодействия, транспортных потоков и прочее. Нельзя резко менять всю эту структуру. Однако мы пока не отказались от идеи содержания в отдельном СИЗО лиц, впервые арестованных. Вопрос пока остается открытым. Многое будет зависеть и от динамики численности, будет ли она уменьшаться или увеличиваться.

"РГ": Правильно ли собирать всех, впервые попавших за решетку в одну компанию? Среди них есть разные люди. Скажем, обычный гражданин, попавший за решетку из-за ДТП. Другой, уже сложившийся уголовник, ворующий с малых лет. Просто раньше не попадался. Формально, он не рецидивист, а на деле - носитель той же криминальной субкультуры.

Дежуров: Для того, чтобы в том числе отделить одних заключенных от других, у нас существует системы карантина.

"РГ": Что это значит?

Дежуров: Когда человек приходит в изолятор, его помещают в карантинную камеру, где он содержится до 10 суток. В течение этого времени с ним общаются сотрудники режима, оперативные сотрудники, медики, психологи, которые пытаются выяснить, кто он есть на самом деле. Потом принимается решение, в какую камеру и с кем его желательно разместить.

"РГ": Значит, вы стараетесь подобрать человеку подходящую компанию за решеткой?

Дежуров: Мы стараемся учитывать, по возможности, все вопросы, в зависимости от характеристик человека.

"РГ": Раньше про СИЗО бытовало представление, что обычный человек там всегда попадает в камеру к уголовникам, которые, как правило, над ним измываются.

Дежуров: Сегодня мы принимаем все меры, чтобы не допустить такого. С этой точки зрения обстановка в следственных изоляторах значительно изменилась, чем было даже несколько лет назад.

Роман, Рязань: Много приходится читать и слышать, какие хорошие условия создаются в наших тюрьмах. Разве должны заключенные жить лучше, чем на воле?

Дежуров: Что значит лучше, чем на воле? Нет речи, чтобы сделать лучше или хуже. Условия должны соответствовать установленным нормам и правилам. Никакой роскоши не создается. Но и условий, унижающих человеческое достоинство, быть не должно.

"РГ": Сейчас в следственных изоляторах развиваются платные услуги. Скажите, что можно заказать в тюрьме?

Дежуров: Можно заказать питание, есть парикмахерские, стирка одежды, копирование документов. Услуги могут быть разные, но все - в рамках закона. Например, в "Бутырке" открылся спортзал. Это комната, где размещаются тренажеры. Человек платит с лицевого счета, и в определенное время его выводят туда. Направление очень нужное и важное. Надо дать возможность человеку снять агрессивность свою, снять напряжение.

Олеся, Москва: Я недавно была на экскурсии с классом в музее "Бутырки". Нас кормили вкусным хлебом, который пекут сами заключенные. Можно его где-нибудь купить?

Дежуров: Мы сейчас занимаемся этим вопросом. Пока рано еще, может быть, говорить об этом. Но идея продавать наш хлеб есть. Но есть очень много вопросов, связанных с лицензированием, с разрешением и так далее. Это не так просто, что ты испек хлеб и пошел, где хочешь, там и торгуй.

Передача по звонку

 "РГ": Число арестованных в Москве увеличивается или уменьшается?

Дежуров: В прошлом году численность в наших СИЗО падала, в какой-то момент под стражей было меньше 7900 человек. Затем, начиная с Нового года, число заключенных начало немного расти, и на сегодня достигло 8400 человек. На этой отметке численность пока стабилизировалась.

Семен Григорьев, Чита: У меня брата взяли в Москве, он где-то у вас сидит. Можно к нему приехать на свидание? Как вообще его найти?

Дежуров: У нас есть телефон доверия: 8 (499) 7474426. По нему вы можете навести справки. Он работает круглосуточно. По этому телефону помогут установить место нахождения заключенного в Москве, предоставят адрес и телефон следственного изолятора. Передачу вы можете заказать через интернет-магазин. А свидания с подследственными и подсудимыми возможны только с разрешения следствия или суда.

Николай, Орел: Я сотрудник уголовно-исполнительной системы. Могу ли я перевестись на службу в столичный следственный изолятор?

Дежуров: Вам надо приехать в отдел кадров на собеседование, и если вы нам подходите по образовательному уровню и опыту работы, есть шанс, что мы вас возьмем. Но у нас очень напряженная ситуация с жильем, мы не можем сразу предоставить общежитие. 

"РГ": Как у вас складываются отношения с общественными организациями? Различные комиссии общественности и наблюдатели от гражданского общества, как вы считаете, вам мешают или помогают?

Дежуров: Конечно, помогают. Большое внимание, и большую помощь нам оказывает общественный совет нашего управления. Председатель общественного совета Зеленова Елена Алексеевна. Налажено тесное взаимодействие и с Общественной наблюдательной комиссией, причем ее члены стали обращать внимание на защиту прав не только арестованных, но и социальную защиту сотрудников наших учреждений. Сейчас у нас развивается еще одно направление в работе с общественностью - это создание попечительских советов при следственных изоляторах. Уже действует попечительский совет при "Матросской тишине". Его председатель - глава управы района Сокольники, в состав совета вошли руководители предприятий, представители бизнес-структур. Недавно создан совет в "Бутырке". Председатель - глава управы района Тверской. Причем, такие советы оказывают не только материальную помощь. Они могут организовывать творческие вечера, концерты, другие культурные мероприятия. Это та же воспитательная работа. В целом мы ощущаем большую поддержку от властей Москвы и лично от мэра столицы.

В целом позиция федеральной службы - улучшать взаимодействие с общественными структурами. В прошлом году в наших учреждениях было чуть более 175 посещений представителей средств массовой информации. Скоро все без исключения следственные изоляторы будут иметь свои сайты. Поэтому мы не делаем никакого секрета из нашей работы.

Происшествия Правосудие Тюрьмы Филиалы РГ Столица Правительство Минюст ФСИН ЦФО Москва Колонка Владислава Куликова