Новости

12.05.2011 17:24
Рубрика: Власть

Ни дать, ни взять

Пермские следователи предлагают ужесточить ответственность взяткодателей

Подписанный президентом РФ Дмитрием Медведевым закон о введении кратных штрафов за взятки в размере от 25 тысяч до 500 миллионов рублей дает правоохранительным органам новый инструмент для борьбы со мздоимством.

О том, насколько эффективны в Пермском крае сегодняшние средства борьбы с коррупцией, корреспонденту "РГ" рассказал Сергей Сарапульцев, заместитель руководителя Следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю.

Служба за взятку

Российская газета: Сергей Юрьевич, подписанный президентом РФ закон о введении кратных штрафов за взятки - это не первое ужесточение законодательства в отношении коррупционеров. Но почему-то подобные меры их не пугают, и число возбужденных вами уголовных дел по коррупционным делам не сокращается. Может, у чиновников слишком маленькая зарплата?

Сергей Сарапульцев: Здесь дело не совсем в размере денежного содержания взяточника. Обычно размер зарплаты абсолютно не влияет на коррупционные аппетиты чиновника. Все зависит от внутренних ценностей государственного служащего, от тех целей, которые он ставит перед собой, от его гражданской позиции, наконец. Например, бывшие высокопоставленные сотрудники пермских правоохранительных структур - Курамагомедов и Ситкевич - имели неплохую зарплату, а польстились на преступное обогащение: один - на 200 тысяч рублей, второй - на полтора миллиона.

Есть и еще одно обстоятельство - чувство безнаказанности взяточников, которые свое преступное поведение сделали системой. Человек один раз получил деньги, второй - и ему все сходит с рук. Постепенно он входит во вкус, и уже внутренне искренне считает, что за выполнение им прямых служебных обязанностей должны доплачивать граждане, заявители или просители. Некая форма "кормления" получается, если обращаться к российской средневековой истории.

Следователь меняет профессию

РГ: Почему же преступное поведение коррупционеров зачастую остается безнаказанным?

Сарапульцев: Не всегда получается поймать взяточника с поличным или найти материальные следы преступления должностного лица. Приходится тщательно доказывать каждый факт. Дело в том, что любой чиновник, вставший на преступный путь, оберегает себя и интеллектуально, и материально. Создаются целые преступные группы должностных лиц, в которых четко распределены роли. Один соучастник дает понять гражданину, что без взятки ничего не выйдет, второй принимает деньги, третий распределяет полученные средства и так далее. Это только один из способов сокрытия следов преступления, а таких способов достаточно много.

Практически всегда присутствует круговая порука среди сотрудников одного учреждения, которые оказываются "в прицеле" следователей: чиновник не имеет прямого отношения к преступлению, не виновен, но правду следователю не говорит. Это удобная среда для мздоимцев.

Следователям после возбуждения дела часто приходится практически овладеть теми или иными профессиями взяткодателя или взяткополучателя: строителя, врача, финансиста, педагога, управленца, сотрудника правоохранительных органов... В зависимости от того, в какой сфере - государственной или муниципальной - службы совершено преступление.

РГ: Граждане часто обращаются к вам с информацией о взятках?

Сарапульцев: Нет, не часто. К сожалению, наши граждане при решении своих вопросов в государственных органах считают, что лучше быстро заплатить, чем долго и порой бесцельно обивать пороги чиновничьих кабинетов. При этом они не понимают, что от такого поведения ситуация с коррупцией в стране и в регионе только ухудшается. Случается, что аппетиты у "системных" взяточников растут, и, как правило, именно в таких ситуациях заявители сообщают о фактах коррупции в правоохранительные органы. Например, так получилось с заведующим отделением березниковской больницы Узловым. Он за взятки составлял фиктивные медицинские заключения, освобождающие молодых людей от службы в армии. Когда его запросы показались взяткодателям чрезмерными, от последних поступило заявление, и взяткополучателя взяли на крючок оперативники.

Мзда как норма

РГ: Получается, что люди сами часто не заинтересованы в изобличении взяточников?

Сарапульцев: Порой это действительно так. Желая получить какую-то выгоду, взяткодатель не всегда осознает, что его поведение не менее преступно, чем поведение взяткополучателя. И это очень большая проблема. Я бы даже сказал, что именно взяткодатели выращивают мздоимцев и лихоимцев, а не наоборот. Обычный пример - водители автомобилей пытаются избежать наказания за нарушение правил дорожного движения и платят взятки сотрудникам ГИБДД. В этой области, грубо говоря, недача взятки является отклонением от нормы.

Объемное по числу преступных эпизодов уголовное дело по взяточничеству в ГИБДД Добрянского района закончено некоторое время назад, и суд уже вынес приговор. Сотрудники милиции за деньги выдали более 150 водительских удостоверений. Средняя сумма взяток - от шести до 18 тысяч рублей. Такое же дело сейчас расследует Верещагинский межрайонный следственный отдел - огромное количество эпизодов. А в основе этих преступлений - желание граждан-взяткодателей обойти закон. Но это желание ни в коей мере взяткополучателей не оправдывает. А в результате авторитет важнейшей государственной структуры подорван, милиционеры лишились работы и свободы, а граждане - полученных незаконным путем водительских удостоверений. На мой взгляд, стоит ужесточить уголовную ответственность за дачу взятки. Можно даже сделать эту ответственность примерно равной той, которую несут взяткополучатели.

РГ: Но ведь не всегда граждане сами являются инициаторами взятки?

Сарапульцев: Да, есть и такие случаи, когда людям не остается иного выхода. Чиновники, желающие разбогатеть, порой создают такие ситуации, в которых граждане вынуждены давать взятку. Иначе взяткодатели не смогут получить нужные документы, оформить что-то должным образом и так далее. Людей просто загоняют в крайне неудобные условия, а потом вымогают деньги. Например, недавно потребовалась юридическая помощь одному из осужденных пермской воспитательной колонии. Пользуясь тем, что осужденный не мог сам связаться с адвокатом, ему "помог" сотрудник колонии Егоров. Причем помощь оказал так, что 20 тысяч рублей, якобы переданных защитнику, оказались в его кармане.

РГ: Почему же до сих пор нет четкого определения понятия "коррупция"?

Сарапульцев: Специальным законом это понятие определено. Проще говоря, коррупция - это термин, обозначающий использование должностным лицом своих властных полномочий и доверенных ему прав в личных интересах, противоречащих закону, интересам службы и морали. Коррупционным преступлениям посвящена глава 30 уголовного закона. В эту главу входят преступления против государственной власти, интересов государственной и муниципальной служб: дача и получение взятки, превышение должностных полномочий, злоупотребление должностными полномочиями, халатность, служебный подлог и другие преступления. И хоть за получение взятки при отягчающих обстоятельствах законодатель предусмотрел наиболее суровое наказание, вред от других должностных преступлений может быть не меньшим, а в материальном отношении - и гораздо большим. Все эти преступления в том числе опасны и тем, что снижают уровень доверия у граждан к институтам государственной власти.

Масштабное по количеству эпизодов уголовное дело сейчас рассматривает Ленинский районный суд Перми. 253 эпизода преступной деятельности должностных лиц ГКУ "Аналитический центр" стали предметом судебного исследования. Чиновники незаконно использовали казенное имущество в своих целях, заключая договоры на проведение работ с организациями, а деньги за выполненные услуги поступали не в краевой бюджет, а в карман "оборотистых" преступников. Ущерб от их действий превысил десять миллионов рублей.

Начеку

РГ: Как вам удается вычислять взяточников? Ведь судя по вашим словам, обычно в сокрытии информации заинтересованы обе стороны...

Сарапульцев: Выявлением фактов коррупции занимаются оперативные структуры. Недавно мы подвели итоги взаимодействия следственного управления с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, по расследованию преступлений коррупционной направленности в 2010 году. Получилось, что из органов внутренних дел к нам поступило 63 материала о должностных преступлениях, по которым следователи возбудили 49 уголовных дел. Управление ФСБ по Пермскому краю прислало восемь подобных материалов, по которым возбуждено пять уголовных дел. Из ГУФСИН передали в следственный комитет два материала - возбуждено одно дело. В целом нашу совместную работу можно признать положительной, и мы намерены и в дальнейшем активно взаимодействовать.

Но бывает и так, что заявители сообщают о преступлениях непосредственно в подразделения краевого Следственного управления. Причем заявителями могут быть как взяткодатели, так и потенциальные взяткополучатели. Например, недавно судебному приставу-исполнителю в Ленинском районе Перми предложили взятку в сумме 15 тысяч рублей за снятие ареста с автомобиля. Добросовестный сотрудник государственного органа сообщил об этом своему руководству, после чего были проведены необходимые мероприятия по фиксированию покушения на дачу взятки. Взяткодатель был изобличен и осужден.

Справка "РГ"

В 2010 году следователи Следственного управления СК РФ по Пермскому краю направили в суд 64 уголовных дела о преступлениях коррупционной направленности (для сравнения, в 2009 году - 88). Возбуждены уголовные дела по 191 эпизоду преступной деятельности, в том числе в правоприменительной сфере совершено 95 преступлений, в здравоохранении и социальном обеспечении - 77, в образовании и науке - 19. Бюджетам разных уровней в результате преступной деятельности чиновников причинен ущерб на 21 миллион рублей. Возмещен ущерб на сумму 5085000 рублей.

Власть Безопасность Правоохранительная система Правительство Следственный комитет ПФО Пермский край Борьба с коррупцией