Новости

28.06.2011 00:03
Рубрика: Культура

Сон молодого человека

В детском музыкальном театре им. Н. Сац впервые сыграли "Любовь к трем апельсинам"

Под занавес сезона режиссер Георгий Исаакян, возглавивший столичный театр ровно год назад, выпустил премьеру, которую иначе как манифестом не назовешь. Отныне - провозглашает спектакль - этот музыкальный театр будет именно таким: дерзким, интригующим, фантазийным.

Опера молодого Прокофьева на роль протокола о намерениях подошла идеально, те же витальность, остроумие и жажда обновления. Осуществляя постановку, Исаакян задействовал, вероятно, все технические возможности театра Сац, где кроме основной сцены есть еще две маленькие боковые. Не прогадал и с художниками. Пригласив учеников Дмитрия Крымова Валентину Останькович и Филиппа Виноградова, он предоставил дебютантам полнейшую свободу и, надо полагать, приличный бюджет. В ответ те привнесли азарт бесшабашной юности и нагородили с три короба чудес и фокусов. Не только дети, но и их родители едва успевают вертеть головой: театр кукол и театр теней, "латерна магика", цирк и клоунада, видео и анимация, каких только видов зрелища здесь не используется.

Действие начинается еще до начала музыки на маленькой сцене слева: в очаровательной детской живет мальчик, а еще там появляются не только его папа, доктор и прочие знакомые, но и сказочные персонажи. Герой отправляется в путешествие (читай, в жизнь), и пространство раздвигается до громадных масштабов. Множество визуальных эффектов и особенно симультанность происходящего оказываются созвучны новому поколению зрителей, которых вообще-то удивить очень трудно. На спектакле это случается постоянно: вот Маг Челий (Олег Банковский) и Фата Моргана (Людмила Бодрова) ведут свой поединок в образе гигантских кукол-марионеток на громадной высоте, вот Смеральдину (Людмила Максумова) распиливают пополам - нечего подслушивать. А вот главный герой под воздействием чар идет по потолку вверх ногами. Детские страхи Сережи Прокофьева здесь оборачиваются фантасмагорической сценой канцелярии с гигантскими столом, стулом и огромным дядькой-чиновником (Николай Петренко).

Азарт и многословие молодости без солидной порции опыта могли в пух и прах рассыпать стройность целого. Роль модератора-мудреца досталась известному дирижеру Евгению Бражнику. Музыканты оркестра кроме ямы располагаются еще и двумя группами на сцене, а иногда и вне ее. Актеры же существуют и поют в этом спектакле всюду, включая зрительный зал. Свести воедино все эти источники звука и при этом ни разу не превратить в кашу насыщенную ткань прокофьевской музыки задача не из простых. Внятным дирижерским жестом и мощной волей Бражник все это проделывает и свой бонус за блестящую работу получает не только в финале на аплодисментах. В тот момент, когда знаменитый марш звучит впервые во всей полноте, боковые сцены перекрываются экранами и на них появляются кинокадры великих дирижеров от Караяна и Бернстайна до Темирканова и Гергиева. А тем временем яма выдвигается на уровень сцены, и дирижер с оркестром оказываются центром всей этой композиции - честно сказать, один из самых волнующих моментов спектакля.

...Выросший мальчик, он же Принц (Владислав Голиков) свою любовь отыщет не в сказочной африканской пустыне, а пробираясь в дебрях современного мегаполиса и офисного планктона. А о том, как важно помнить свое детство и детские сны, в финале задумаются абсолютно все независимо от возраста.