Несколько недель назад в палате представителей Конгресса состоялись весьма характерные для состояния духа значительной части политической элиты США слушания.
Они были посвящены отношениям между Вашингтоном и Москвой. Тема звучала достаточно интригующе: "Америка перед лицом российской агрессии". Тем не менее, выступая перед политологами и иностранными дипломатами в ходе своего визита в Вашингтон, министр иностранных дел Сергей Лавров уверенно назвал противоракетную оборону "единственным раздражителем в отношениях между Россией и Америкой". В свою очередь Госдепартамент США сделал ряд заявлений. Из них следовало, что американское внешнеполитическое ведомство настроено на позитивный диалог с Москвой. Однако на встречах, проведенных Лавровым в Вашингтоне, стало очевидно: вопросы ПРО далеко не единственные, где позиции наших стран не совпадают.
Стакан, заполненный до половины водой, можно назвать наполовину пустым или наполовину полным в зависимости от угла зрения на данную проблему. Этот пример, со стаканом Лавров привел, когда отвечал на вопрос о результатах, достигнутых "квартетом" посредников по ближневосточному урегулированию. С одной стороны, в ходе заседания, которое вместо запланированного часа продолжалось два с половиной, не удалось принять подготовленное при участии России совместное заявление. И это, безусловно, тот самый "полупустой стакан", который упомянул Лавров. С другой, выглядит отрадным тот факт, что "квартет" состоялся. Особенно после того, как его два раза переносили по инициативе американской стороны. Участники вашингтонской встречи договорились вновь встретиться в Нью-Йорке на полях Генассамблеи ООН в сентябре. В новом заседании "квартета" сможет принять участие глава Лиги арабских государств. Представитель Госдепартамента назвала главным итогом "квартета" совместный призыв к израильтянам и палестинцам вернуться за стол переговоров без предварительных условий.
В числе ключевых разногласий по ближневосточному урегулированию между США и Россией остается отношение сторон к планам Палестины объявить себя независимым государством на Генассамблее. Россия готова проголосовать за это решение, Белый дом выступает категорически против такого развития событий.
Американские эксперты не скрывают, что по ближневосточной проблематике у президента Барака Обамы связаны руки. Они подсчитали, что во время недавнего выступления премьера Израиля Беньямина Нетаньяху перед членами двух палат конгресса, ему аплодировали гораздо чаще и длительней, чем во время речи на тему ближневосточного урегулирования, которую произнес ранее глава Белого дома. В условиях начавшейся президентской кампании в США, Обаме приходится учитывать такие настроения законодателей.
В самом начале встречи американские политологи поинтересовались у министра иностранных дел России, что он думает о разногласиях между нашими странами по Ирану, Ливии и Сирии, объединив сразу три проблемных государства в одном вопросе. Из ответов Лаврова вновь стало ясно, что если по Ливии позиция Москвы и Вашингтона совпадает частично: "Каддафи нет места в политическом будущем Ливии", то в отношении Сирии мы полностью расходимся во взглядах с Госдепом. Первый дипломат России убежден: несмотря на "некоторые ошибки", не следует отвергать инициативы президента Сирии, и Западу надо идти с ним на конструктивное сотрудничество. Американский подход, напротив, основан на однозначном и беспрерывном давлении на сирийского лидера и его окружение, введении санкций и т.п.
Впрочем, разногласия между Москвой и Вашингтоном внутри "квартета" или различные взгляды на разрешение иранской или сирийской проблем не касаются напрямую российско-американских отношений. Ситуация, с точки зрения Лаврова, не выглядит безвыходной и в отношении европейской противоракетной обороны : "Россия надеется на честную сделку с США, которая будет основана на уважении интересов друг друга в области безопасности".
В среду на встрече Лаврова с президентом Бараком Обамой, а затем в Госдепартаменте с госсекретарем Хилари Клинтон, поиск взаимоприемлемой развязки в области ПРО стал одним из центральных вопросов на переговорах. Как объяснил российский министр, он рассчитывал в ходе визита в Вашингтон получить ответ, почему США отказываются зафиксировать ненаправленность европейской противоракетной обороны против России.
Набор вопросов, которые заготовили для Лаврова американские политологи, подтвердил: в Америке видят в отношениях с Россией гораздо больше разногласий, чем упомянул Лавров. Как объяснил на условиях анонимности один из американских экспертов, если американцы больше не видят в России очевидного врага, это вовсе не означает, что в ней видят друга. Многие из ответов министра, касавшихся диалога по Арктике, процессов, происходящих на арабском востоке, возможному вступлению России в ВТО и противоракетной обороне, были выслушаны с интересом. Но это демонстративное внимание, как объяснили "РГ", вовсе не говорило о том, что Лавров убедил американское экспертное сообщество в своей правоте. С высокой долей вероятности можно предположить, что те же темы обсуждались в ходе закрытой встречи российского министра с членами международного комитета Сената во главе с Джоном Керри. Как стало известно "РГ", на этой встрече министр предостерег своих собеседников от реализации внесенных в Конгресс антироссийских инициатив. Речь, в частности, шла о составлении "черного списка" российских чиновников и планах Конгресса заморозить отмену поправки Джексона-Вэнника.
Давая оценку российско-американским отношениям, Лавров заявил, что "они находятся на подъеме" и стали более "структурированными и системными". Но это не означает, что такая благоприятная ситуация сохранится в будущем. Существующее в настоящее время окно возможностей между Москвой и Вашингтоном не будет бесконечно долго открытым. И обсуждение на слушаниях в Конгрессе вопроса о возможной агрессии со стороны России, тому подтверждение. А значит дальнейшее строительство отношений между нашими странами либо со временем превратится в банальную "незавершенку", без малейших шансов на "сдачу объекта", либо "честная сделка", о которой говорил Лавров, все же состоится. Она должна привести к прорыву в российско-американских отношениях до того, как президент Барак Обама вступит в решающую схватку за Белый дом.