Новости

08.08.2011 00:08
Рубрика: Культура

Дикий Космос против Дикого Запада

Новая прививка вестерна ужастику

Фильмов, которые были бы испечены столь откровенно кулинарным методом, не так много. "Ковбои против пришельцев" - один из них.

Ребята поступили просто. Собрали наиболее расхожие штампы вестерна, смешали их с расхожими штампами ужастика про инопланетных агрессоров и стали смотреть, оценит ли публика этот опыт мичуринской гибридизации жанров.

До них никому такое в голову не приходило, и это их вдохновляло. Действительно странно, что не приходило. Наверное, мешал предрассудок насчет правды жизни, без которой, мол, кино не кино: в истории не зафиксировано случаев войны ковбоев Дикого Запада с пришельцами из Дикого Космоса - какого рожна врать! Но разрушитель предрассудков Тарантино недавно пробил и эту брешь: сочинил свой финал Второй мировой в "Бесславных ублюдках" - и бастион пал: кино вновь стало чистой игрой, не претендующей на отражение реальности. Неконтролируемый полет авторской фантазии был восстановлен в правах.

Синефил в "Ковбоях..." получит свою дозу кайфа: с одной стороны, каньоны, шерифы, верчение пистолета на пальце, град зуботычин и гроздья кактусов, музыка в стиле Морриконе и цветок душистых прерий. А с другой: рычат пупырчатые монстры-биороботы, разверзаются пасти и грудные клетки, исторгая наружу липкие конечности с хищными пальцами, с ревом пикируют стальные стрекозы, с небес низвергаются сполохи невиданного света. Штука в том, что первая сторона в нашем сознании прочно связана с мифологическим прошлым, вторая - с гипотетическим будущим. Авторы новаторски все это перемешали, раз и навсегда совершив в сознании зрителя определенный переворот.

Стыковки, правда, не везде убеждают: компьютерных стрекоз-ревунов не пугаются даже лошади, а еще не читавшие Артура Кларка завсегдатаи салунов при виде рычащих монстров не шепчут молитвы, а деловито за ними наблюдают, сплачиваются в борьбе с общим врагом, невозмутимо карабкаются на межпланетную посудину и старым дедовским способом ее уничтожают. То есть проявляют не свойственный XIX веку материализм.

Но это все на самом деле не входит в поле внимания режиссера Джона Фавро и команды сценаристов, набившей руку на первых "Трансформерах". В основе - комикс, жанр, полностью освобожденный от интеллектуальной составляющей. Это чистый безрассудный "экшн", где поверять реакции героев логикой попросту глупо. Это ремесло, лишенное последних признаков искусства - как лишена их, к примеру, компьютерная стрелялка. "Не думай!" - девиз и ключевая команда фильма, которая звучит из уст энергичной героини: в критический момент она находчиво залепит герою рот поцелуем, отключив его мозг и отдав бедолагу во власть чистых рефлексов. После чего победа над монстрами уже в кармане, публика переводит дух и лезет в пакет за попкорном.

Сюжет фильма, как и положено комиксу, немудрен: в мир салунов и прерий, невозмутимых переселенцев и гордых апачи залетает потраченная космическими просторами штуковина. Она сосет из недр золото и крадет с невнятными целями местных жителей, пугая их монстрами, словно взятыми напрокат из "Космических яиц" Мела Брукса. Разыскиваемый полицией главарь банды Лонерган (Дэниел Крэйг) просыпается посреди пустыни с пустой памятью (как в "Идентификации Борна") и с непонятным браслетом на запястье, явно залетевшим сюда из волшебного арсенала Джеймса Бонда. Память будет постепенно заполняться, происхождение лучеиспускающего взрыв-браслета останется туманным, красотка из салуна обернется фосфорической женщиной, представительницей братских инопланетных народов, а Лонерган делом реабилитирует себя в глазах шерифа. После чего состоится фирменное голливудское, со скупой мужской слезой, братание.

Дэниел Крэйг, сломавший стереотип неуязвимого Бонда в "Казино "Рояль" и "Кванте милосердия", здесь, напротив, стереотип воспроизводит: у него лицо Стива МакКуина в "Великолепной семерке" и повадка Юла Бриннера в том же фильме - черты, потом тиражированные в десятках суетливых подражаний, а здесь как бы отлитые в бронзе. Крэйг обладает несокрушимой харизмой - его можно смотреть, даже если фильма нет вообще. Менее убедителен Харрисон Форд, который в этом компоте из штампов чувствует себя не в своей тарелке: актеру старой школы, даже с опытом Индианы Джонса, в комиксе явно не хватает драматургических подпорок.

Фильм сделан, что называется, крепко. Он играет на ностальгических чувствах ценителей доброго старого вестерна - играет без промаха, зная, что ностальгируют как раз по штампам. Он выуживает из недр двух выдохшихся жанров остатки топлива - на два часа почти хватает. Особенно если следовать полученной инструкции и не думать. А если инструкцию неосмотрительно нарушить, то все увиденное станет пародией, которую от смешных фантазий вышеупомянутого Мела Брукса отделяет только отсутствие у авторов чувства юмора.

Культура Кино и ТВ Мировое кино Кино и театр с Валерием Кичиным