Новости

01.09.2011 00:40
Рубрика: В мире

Театр одного Каддафи

Зачем ливийский лидер объявлял Шекспира арабским эмигрантом и так внимательно изучал Кропоткина и Махно?

Ровно пять лет назад в начале сентября Английская национальная опера представила лондонской публике весьма необычное произведение. Постановка, собравшая полный аншлаг, называлась "Каддафи. Живой миф".

Певец и актер Рамон Тикарам, исполнитель роли ливийского вождя, тогда заявил: "Он потрясающий человек. Он находится у власти уже 37 лет, и его, насколько мне известно, полностью поддерживает его народ. На его жизнь наверняка неоднократно покушались, тем не менее он жив, он готов меняться, исправлять собственные ошибки. Мало кто из западных политиков способен на это".

Сейчас трудновато спросить у реального Каддафи о готовности исправить свои ошибки. И если театр британской оперы все еще находится в плену очарования "живого мифа", то историческая ирония состоит в другом - сегодня поймать или уничтожить Каддафи пытается как раз английский спецназ.

Ну а сам он в свое время не без изящества попенял театралам: "Кочевые народы не знают театра и зрелищ, потому что они серьезно воспринимают жизнь, им смешны всякие имитации".

Но так ли чужда эта серьезность самому Каддафи? Как раз для него-то реальная жизнь всегда была более впечатляющей сценой, чем театр английской оперы. И, словно в назидание, тогда, в 2006-м, он командировал на лондонские подмостки участвовать в спектакле своих знаменитых девушек из личной охраны. Реальная "гвардия амазонок" исполняла в опере "Песнь революционных монахинь".

Он всегда знал, кого и чем можно очаровать, удивить или напугать.

Вот он отправился в феерическое трансафриканское турне, где его оберегали 400 телохранителей, 3 истребителя, военный корабль и 60 броневиков. При этом на всем пути из кортежа над толпами зрителей разбрасывались доллары. Полиция ЮАР даже подсчитала: над очарованными народами было развеяно 6 миллионов ненавистных империалистических "зеленых".

А вот он же, переодевшись в старье и замаскировав лицо, гуляет среди ничего не подозревающих соотечественников - дабы знать, что они говорят о нем. А то вдруг пугает целый континент, заявив, что в скорейшем будущем Европа примет ислам. Ну, а его новость о том, что Шекспир был арабским эмигрантом по имени Шейх Зубейр, и вовсе добавляет страхов европейцам, давно обеспокоенным издержками мультикультурности.

Впрочем, записать Шекспира в арабы - это не менее важно и для драматурга собственной жизни полковника Каддафи. Человека, умеющего строить почти непредсказуемые сюжеты своих политических действий.

Вот он милует болгарских медсестер и палестинского врача, осужденных на смерть по обвинению в якобы умышленном заражении ВИЧ ливийских детей. Но помилование не простое - за каждого инфицированного просит $10 млн. А вот он признает ответственность Ливии за террористический акт - взрыв самолета Pan American над озером Локерби в 1988 году. И тут же обещает выплатить компенсацию за содеянное.

Наконец ливийский вождь неожиданно удивляет всех тем, что начинает искать контакты с мировым сообществом, демонстрируя открытость, миролюбие, здравомыслие, цивилизованность... Но при этом врожденное актерство, тоска по эффектам никуда не уходят.

Палатка! Бедуинская палатка, в которой, согласно мифологии, собственно и проживал вождь нации, становится передвижным театром Каддафи, его политическим шапито. Без этой декорации ливийский вождь чувствовал себя крайне плохо во время визитов в чужие страны и государства.

"Лидер ливийской революции Муамар Каддафи принял в своей бедуинской палатке, расположенной на время визита в Россию в Тайницком саду Кремля, премьер-министра РФ Владимира Путина и французскую певицу Мирей Матье" - какое бедуинское сердце не затрепещет от такой новости из России. А подобные сообщение летели из самых разных стран, вызывая в Ливии приливы национальной гордости за скромное гостеприимство простого полковника, воспитанника суровой пустыни.

...Его полное имя Муаммар бен Мухаммед Абу Меньяр Абдель Салям бен Хамид аль-Каддафи. Но это с его слов. Он говорил, что у него нет даже свидетельства о рождении, что его отец был пастухом-кочевником, мать - домохозяйкой. Классическое начало биографии человека, призванного стать вождем нации. "Правда сыну пастуха, - как заметил один из европейских биографов, - было бы несколько затруднительно получить столь блестящее образование, какое получил господин Каддафи".

Странности, конечно, есть. Наряду с прекрасным образованием. Но зато какая драматургическая парабола - от младенца из бедуинского шатра до "мессии арабского мира, продолжателя дела Пророка Мухаммеда, Иисуса и Моисея" - именно такие обязанности наш герой взвалил на себя решительно и бесповоротно.

Впрочем, зрители в долгу не остались.

Опять же в сентябре, только уже 2008 года, главы двухсот племен, собравшись в городе Бенгази, объявили Каддафи "царем царей, султанов, принцев и шейхов Африки".

Руководители племен вручили ему трон, Коран XVIII века, множество даров и гостинцев. Каддафи тут же доказал, что полученный титул - его формат. Предложил собравшимся незамедлительно создать на континенте "Соединенные штаты Африки".

Представим, как в тот момент затрепетала политическая элита ненавистных ему США.

Причем для начала "король королей" пообещал разогнать собственное правительство, так как "коррупция в министерствах уже превратилась в спрута". Сын пастуха так и рубанул: мой народ должен получать доходы от природных богатств напрямую - без участия бюрократического государства.

И это был вовсе не экспромт, а выстраданная теория. Ее он изложил в заветном труде "Зеленая книга". "Тот, который владеет домом, в котором ты живешь, или средствами транспорта, которыми ты пользуешься, или деньгами, на которые ты живешь, - тот владеет частью или всей твоей свободой. Свобода неразделима, и, чтобы быть счастливыми, человек должен быть свободным".

Как заметил один из исследователей, "такой тезис мог бы принадлежать теоретику анархизма Петра Кропоткину. Но его автор - лидер Великой Социалистической Ливийской Арабской Джамахирии Каддафи".

Чувствуется, анархизм полюбился Муамару Каддафи. Да и слово "джамахирия" (народовластие) отлично звучит.

Когда 1 сентября 1969 года он, молодой офицер, с соратниками силовым путем лишил престола короля Ливии Идриса I и провозгласил Ливийскую Арабскую Республику, он ненавидел американский империализм. И больше ратовал за социализм. Но уже в "Зеленой книге" предстал сторонником особого ливийского пути, который решил проторить сам.

И чем дальше мы заглядываем в фундаментальный труд, определенный им как "Третья мировая идеология", тем больше удивляемся сакральной простоте умозаключений: "Парламентаризм - это порочное решение проблемы демократии". "Партия представляет часть народа, между тем как суверенитет народа неделим". "Демократия - это народный самоконтроль". "Никакая группа людей не может осуществлять контроль над всеми".

Как это все-таки эффектно - не признавать ни партий, ни парламентов и сочным голосом объявлять: "Власть, богатство и оружие - в руках народа!".

"Сам полковник считает, что его произведение представляет собой "окончательное теоретическое решение человеческих проблем". Мне в далеком 1986 году он говорил: " Я хочу, чтобы "Зеленая книга" стала Евангелием современного человечества", - это написал один из лучших российских журналистов, работавших в арабском мире Константин Капитонов. Он же в то время пытался трезво понять и оценить, что ценного содержала "Третья мировая идеология".

Боюсь, что сейчас уже поздно говорить о бесценном опыте. Пьеса, написанная Каддафи, не выдержала суровой ливийской реальности.

Удивительно дело: при всех вменяемых диктатору обвинениях, многие из которых трудно оспорить, полковник выглядит в своем главном произведении романтиком-идеалистом. Самый радужный прогноз "Зеленой книги звучит так: "Ливийский режим свергнуть вообще невозможно, так как весь народ, как в свое время в Афинах, представляет собой единое собрание. У нас все, начиная с 18 лет, заседают в народных комитетах. Так как же и против кого можно затевать переворот, если весь народ находится на собрании?"

Увы, собрание, перед которым привык так успешно играть свои роли вождь, оказалось далеко не полным. Многие сочли фразу о праве на "власть, богатство и оружие" весьма далекой от театра.

Как сказал сам автор, "им смешны всякие имитации"...

В мире Африка Ливия Ситуация в Ливии