Новости

14.09.2011 01:00
Рубрика: Общество

Больная тема

Академик Чазов: Что меня не устраивает в проекте закона об основах охраны здоровья граждан

Слушание проекта, принятие самого закона об охране здоровья граждан было отложено, так как в его адрес высказано немало замечаний.

Сегодня академик РАН и РАМН генеральный директор Российского кардиологического научно-производственного комплекса Евгений Чазов комментирует ключевые моменты проекта.

Российская газета: Евгений Иванович! При обсуждении проекта много говорится о государственной и о частной медицине, высказываются опасения, что мы скатываемся к платной медицинской помощи. Между тем на Западе, с которым хотим быть вровень, большинство клиник не государственные - частные.

Евгений Чазов: Это так. Но ведь ни в США, ни в Германии, ни в Англии нет в конституциях положения о том, что государство ответственно за здоровье своего народа.

РГ: Однако их служба охраны здоровья не на 130-м месте, как сейчас российская. Может, во имя перемещения на более высокое место поменять Конституцию в этой части?

Чазов: Такие вопросы решает не Дума, не президент, не премьер-министр, а народ на референдуме. Недавно прочитал интервью известнейшего ученого из США Лауна. Когда корреспондент спросил его, где лучшее здравоохранение, Лаун ответил: "На Кубе. Почему? Там дольше всего живут люди. Там средняя продолжительность жизни 80 лет". А что касается американской медицины... Там каждый год страховые компании предъявляют в суды 100 тысяч исков от имени пациентов, недовольных медицинским обслуживанием.

РГ: Уж так люди, не только в России, устроены: вряд ли сыскать страну, народ которой был бы доволен своим здравоохранением. Та же редакционная почта свидетельствует о явной агрессивности по отношению к нашей службе здоровья. Не думаете ли вы, что если бы у нас, как в Америке, можно было через страховые компании выражать свое недовольство медицинской помощью в судах, то количество исков превзошло бы количество исков в Штатах?

Чазов: Согласен, что довольных сыскать сложно. Но... В течение 37 лет я был координатором советско-американского сотрудничества в области здравоохранения. Смею сказать, что знаю изнутри систему американского здравоохранения.

В начале семидесятых годов мои американские коллеги в Чикаго показали мне прекрасный госпиталь. А потом повезли в больницу, предназначенную для малоимущих, которая существовала на деньги благотворительных организаций. Это небо и земля. У нас бы такую больницу никогда бы не лицензировали. Фишка предвыборной программы каждого претендента на президентство в США - реформирование здравоохранения. Значимое слагаемое успеха Обамы было то, что он добился от Конгресса финансирования путем страхования 30 миллионов американцев.

РГ: Объясните!

Чазов: В США медицинское страхование осуществляется за счет работодателя или из личных средств. А 30 миллионов - это те, за кого некому платить, те, у кого нет на это средств. Нам нужно быть благодарными, нам нужно гордиться тем, что в нашей стране действует закон об ответственности государства за охрану здоровья.

РГ: При обсуждении проекта нового закона об охране здоровья муссируется вопрос о создании в стране независимой профессиональной экспертизы. Независимой от кого?

Чазов: Это очень болезненный вопрос. Объясню почему. Я избран президентом Российского медицинского общества. Это часть Всемирной медицинской ассоциации, которая разрабатывает принципы работы врача и его взаимоотношений с пациентами, с организаторами здравоохранения. Мы думаем и о враче, и о пациенте, которого этот врач лечит. За качество медицинской помощи ответственно государство. Оно призвано нести контроль. И ни в коем случае нельзя передавать эти функции... Кстати, кому именно передавать? В частные руки? При изобилии коррупции в обществе. Это приведет к массовому недовольству и пациентов, и врачей. А по поводу того, что мы скатываемся к платной медицинской помощи... Стыдно такое слышать. Вводить платную медицинскую помощь в стране, в которой у 25 процентов населения доход ниже прожиточного минимума... Кто за них станет платить? Мы что, вовсе отказываем им в медицинской помощи? Да и не лечим мы никого бесплатно. В каждом государстве ( и тут мы не исключение) собираются налоги с граждан. И собранные деньги идут в том числе и на оказание медицинской помощи. Значит, каждый из нас платит за эту помощь.

РГ: А как быть с доступностью высокотехнологичной помощи? Протезирование тазобедренного сустава, установка стентов, водителей ритма сердца, шунтирование, пересадка органов, курсы дорогущей химиотерапии при онкологических болезнях... Перечень бесконечный. Никаких квот не хватает...

Вводить платную медицину в стране, где у четверти населения доход ниже прожиточного минимума? Стыдно такое слышать

Чазов: Не хватает. Решить проблему под силу только государству. Если оно не декларативно, а действительно заинтересовано в том, чтобы вылечить больного, чтобы увеличить продолжительность жизни россиян, оно обязано обеспечить финансовые вливания в службу здоровья. Ибо нет ничего более приоритетного, чем его охрана. Инновации в медицине, о которых сейчас так модно рассуждать, это не только новые лекарства, методы лечения, но и новые принципы работы врачей, вопросы управления здравоохранением, финансирования.

РГ: Евгений Иванович! За 60 лет работы врачом, из которых 30 лет совмещаете врачевание с деятельностью организатора здравоохранения, вы пережили не одно реформирование отрасли...

Чазов: В 1987 году, в период так называемой перестройки, Михаил Сергеевич Горбачев и Политбюро заставили меня возглавить министерство здравоохранения СССР. Мало кто знает, что тогда был поставлен вопрос о разработке программы совершенствования отечественной службы здоровья. Два с половиной года мы изучали системы здравоохранения в различных странах мира, системы страхования, принципы управления, принципы работы врачей. В Кремлевском дворце съездов состоялся общесоюзный форум врачей, на котором четыре тысячи коллег обсуждали пути совершенствования отрасли. Были определены пути ее формирования, определены приоритеты.

РГ: Главный приоритет - профилактика?

Чазов: Конечно! З000 отделений профилактики открыли за один год. Эти отделения и 1361 медсанчасть за год провели профилактические осмотры 130 миллионов человек. 65 миллионов были поставлены на диспансерное наблюдение.

РГ: Это же огромные деньги! Вы были руководителем Четвертого Главного управления - кремлевской медицины, "кремлевки". Там-то иные деньги...

Чазов: Вы правы. Надо было подтянуть финансы. В "кремлевке", по праву считавшейся эталоном здравоохранения, которого не знало здравоохранение во всем мире, тратилось 330 рублей на человека. А в общем здравоохранении 79. В 1995 году намечалось тратить 108 рублей. В СССР на это выделялось 3,2 процента от валового продукта. В США 10,6 процента, в Великобритании 6 процентов, во Франции 9,2, в ФРГ 8 процентов. Мы обратились с письмом к Горбачеву о необходимости увеличения финансирования. Мы внесли в постановление постепенное увеличение ассигнований - 6 - 7 процентов. Был поставлен вопрос о государственном страховании, создании государственной страховой компании. Предлагалось расширить права руководителя, который бы мог полностью распоряжаться выделенными ему деньгами. Одновременно началось внедрение высокотехнологичных методов диагностики и лечения.

РГ: И...

Чазов: Все это оказалось в архивах и, наверное, было уничтожено. Уже в 1993 году нам пришлось отстаивать ответственность государства за состояние охраны здоровья граждан страны.

РГ: Этот вопрос с повестки дня не только не снят, но и приобрел еще большую актуальность...

Чазов: Вы имеете в виду предложения о том, чтобы ответственность за охрану здоровья несло не только государство, но и общество. Это противоречит 41-й статье Конституции России. Кроме того, непонятно, за что отвечает государство, за что - общество. Общественное - значит ничье. Отвечают все - значит, не отвечает никто. Все размыто. С кого спрашивать? Кто несет ответственность? Близко к этому и обсуждение вопроса о самоуправлении. Что это такое, никто не знает. В истории нашей страны уже таковое внедряли. Это привело к полному развалу управления. Надо сохранить ту систему, которая доказала свою эффективность. И прежде всего ответственность государства за здоровье нации. При моей встрече с премьер-министром Великобритании Маргарет Тэтчер я спросил у нее: "Госпожа премьер-министр! Вы с большим трудом приватизировали шахты, железные дороги. Почему вы не приватизируете госпитали?" Тэтчер ответила: "Господин профессор! Если бы я это сделала, то через две недели не была бы премьер-министром".

РГ: Евгений Иванович! Вы активно участвуете в обсуждении законопроекта об охране здоровья. То, о чем мы сегодня говорили, вы озвучивали на этих обсуждениях?

Чазов: Конечно! И не раз. И в Совете Федерации, и в Государственной Думе. Реакция? Пока я в ожидании.

РГ: Но надежда на понимание теплится?

Чазов: Я оптимист. Всю свою жизнь отстаивал и буду отстаивать интересы пациента и врача.

Общество Здоровье Реформа здравоохранения РГ-Фото