Новости

03.11.2011 00:20

Патриарх Тихон против Советской власти: От меча погибнете сами вы, взявшие меч

Вместо очередной годовщины Октябрьской революции мы сегодня отмечаем   День народного единства. Но революция не вычеркивается из памяти не столько от привычки праздновать ее дату, сколько от необходимости взять все уроки из ее невероятно драматичного и трагичного опыта. Год спустя после революции Патриарх Тихон направил большевикам послание, в котором удивительно точно обрисовал ее первые итоги.

(13 (26) октября 1918 г.)

От Святейшего Патриарха Тихона Совету Народных Комиссаров

"Все взявшие меч мечом погибнут" (Мф. 26, 52)

Это пророчество Спасителя обращаем Мы к вам, нынешние вершители судеб нашего отечества, называющие себя "народными комиссарами". Целый год держите вы в руках своих государственную власть и уже собираетесь праздновать годовщину октябрьской революции, но реками пролитая кровь братьев наших, безжалостно убитых по вашему призыву, вопиет к небу и вынуждает Нас сказать вам горькое слово правды.

Захватывая власть и призывая народ довериться вам, какие обещания давали вы ему и как исполнили эти обещания?

По истине вы дали ему камень вместо хлеба и змею вместо рыбы (Мф. 7, 9,10). Народу, изнуренному кровопролитной войной, вы обещали дать мир "без аннексий и контрибуций".

От каких завоеваний могли отказаться вы, приведшие Россию к позорному миру, унизительные условия которого даже вы сами не решились обнародовать полностью? Вместо аннексий и контрибуций великая наша родина завоёвана, умалена, расчленена и в уплату наложенной на нее дани вы тайно вывозите в Германию не вами накопленное золото.

Вы отняли у воинов все, за что они прежде доблестно сражались. Вы научили их, недавно еще храбрых и непобедимых, оставив защиту родины, бежать с полей сражений. Вы угасили в сердцах воодушевлявшее их сознание, что "больше сия любве никто же имать, да кто душу свою положит за други своя" (Иоанн, 13, 15). Отечество вы подменили бездушным интернационалом, хотя сами отлично знаете, что, когда дело касается защиты отечества, пролетарии всех стран являются верными его сынами, а не предателями.

Отказавшись защищать родину от внешних врагов, вы, однако, беспрерывно набираете войска. Против кого вы их ведете?

Вы разделили весь народ на враждующие между собой станы и ввергли их в небывалое по жестокости братоубийство. Любовь Христову вы открыто заменили ненавистью и, вместо мира, искусственно разожгли классовую вражду. И не предвидится конца порожденной вами войне, так как вы стремитесь руками русских рабочих и крестьян доставить торжество призраку мировой революции.

Не России нужен был заключенный вами позорный мир с внешним врагом, а вам, задумавшим окончательно разрушить внутренний мир. Никто не чувствует себя в безопасности, все живут под постоянным страхом обыска, грабежа, выселения, ареста, расстрела. Хватают сотнями беззащитных, гноят целыми месяцами в тюрьмах, казнят смертью часто без всякого следствия и суда, даже без упрощенного, вами введенного суда. Казнят не только тех, которые перед вами в чем-либо провинились, но и тех, которые даже перед вами заведомо ни в чем не виновны, а взяты лишь в качестве "заложников", этих несчастных убивают в отместку за преступления, совершенные лицами, не только им не единомысленными, а часто вашими же сторонниками или близкими вам по убеждению. Казнят епископов, священников, монахов и монахинь, ни в чем не повинных, а просто по огульному обвинению в какой-то расплывчатой и неопределенной "контрреволюционности". Бесчеловечная казнь отягчается для православных лишением последнего предсмертного утешения-напутствия Св. Тайнами, а тела убитых не выдаются родственникам для христианского погребения.
Не есть ли все это верх бесцельной жестокости со стороны тех, которые выдают себя благодетелями человечества и будто бы сами когда-то много претерпели от жестоких властей?

Но мало вам, что вы обагрили руки русского народа его братской кровью, прикрываясь различными названиями контрибуций, реквизиций и национализации, вы толкнули его на самый открытый и беззастенчивый грабеж. По вашему наущению разграблены или отняты земли, усадьбы, заводы, фабрики, дома, скот, грабят деньги, вещи, мебель, одежду. Сначала под именем "буржуев" грабили людей состоятельных, потом, под именем "кулаков", стали уже грабить и более зажиточных и трудолюбивых крестьян, умножая таким образом нищих, хотя вы не можете не сознавать, что с разорением великого множества отдельных граждан уничтожается народное богатство и разоряется сама страна.

Соблазнив темный и невежественный народ возможностью легкой и безнаказанной наживы, вы отуманили его совесть и заглушили в нем сознание греха, но какими бы названиями не прикрывались злодеяния,- убийство, насилие, грабеж всегда останутся тяжкими и вопиющими к небу об отмщении грехами и преступлениями.

Вы обещали свободу.

Великое благо - свобода, если она правильно понимается, как свобода от зла, не стесняющая других, не переходящая в произвол и своеволие. Но такой-то свободы вы и не дали: во всяческом потворстве низменным страстям толпы, в безнаказанности убийств и грабежей заключается дарованная вами свобода. Все проявления как истинной гражданской, так и высшей духовной свободы человечества подавлены вами беспощадно. Это ли свобода, когда никто без особого разрешения не может провезти себе пропитание, нанять квартиру, переехать из города в город? Это ли свобода, когда семьи, а иногда населения целых домов выселяются и имущество выкидывается на улицу, и когда граждане искусственно разделены на разряды, из которых некоторые отданы на голод и на разграбление? Это ли свобода, когда никто не может высказать открыто свое мнение, без опасения попасть под обвинение в контр-революции? Где свобода слова и печати, где свобода церковной проповеди? Уже заплатили своею кровью мученичества многие смелые церковные проповедники, голос общественного и государственного обсуждения и обличения заглушен, печать, кроме узко-большевистской, задушена совершенно.

Особенно больно и жестоко нарушение свободы в делах веры. Не проходит дня, чтобы в органах вашей печати не помещались самые чудовищные клеветы на Церковь Христову и ее служителей, злобные богохульства и кощунства. Вы глумитесь над служителями алтаря, заставляете епископов рыть окопы (епископ Тобольский Гермоген) и посылаете священников на грязные работы. Вы наложили свою руку на церковное достояние, собранное поколениями верующих людей, и не задумались нарушить их последнюю волю. Вы закрыли ряд монастырей и домовых церквей, без всякого к тому повода и причины. Вы заградили доступ в Московский Кремль - это священное достояние всего верующего народа.

"И что еще скажу. Не достанет мне времени" (Евр. 11, 32), чтобы изобразить все те беды, какие постигли родину нашу. Не буду говорить о распаде некогда великой и могучей России, о полном расстройстве путей сообщения, о небывалой продовольственной разрухе, о голоде и холоде, которые грозят смертью в городах, об отсутствии нужного для хозяйства в деревнях. Все это у всех на глазах. Да, мы переживаем ужасное время вашего владычества и долго оно не изгладится из души народной, омрачив в ней образ Божий и запечатлев в ней образ Зверя...
Не наше дело судить о земной власти, всякая власть, от Бога допущенная, привлекла бы на себя Наше благословение, если бы она воистину явилась Божиим слугой, на благо подчиненных и была "страшна не для добрых дел, а для злых" (Рим. 13, 34). Ныне же к вам, употребляющим власть на преследование ближних и истребление невинных, простираем Мы Наше слово увещения: отпразднуйте годовщину своего пребывания у власти освобождением заключенных, прекращением кровопролития, насилия, разорения, стеснения веры, обратитесь не к разрушению, а к устроению порядка и законности, дайте народу желанный и заслуженный им отдых от междуусобной брани. А иначе "взыщется от вас всякая кровь праведная вами проливаемая" (Лук. 11, 51) "и от меча погибнете сами вы, взявшие меч" (Мф. 25, 52).

Тихон

Патриарх Московский и всея России

13 (26) октября 1918 г.

Ссылки по теме

Письмо Владимира Ленина от 19 марта 1922 года.

"Письмо членам Политбюро
Товарищу Молотову для членов Политбюро.

Строго секретно. Просьба ни в коем случае копий не снимать, а каждому члену Политбюро (тов. Калинину тоже) делать свои заметки на самом документе.

По поводу происшествия в Шуе, которое уже поставлено на обсуждение Политбюро, мне кажется, необходимо принять сейчас же твердое решение в связи с общим тоном борьбы в данном направлении. Так как я сомневаюсь, чтобы мне удалось лично присутствовать на заседании Политбюро 20 марта, то поэтому я изложу свои соображения письменно.

Происшествие в Шуе должно быть поставлено в связь с тем сообщением, которое недавно РОСТА переслало в газеты не для печати, а именно сообщение о подготовляющемся черносотенцами в Питере сопротивлении декрету об изъятии церковных ценностей.

Если сопоставить с этим фактом то, что сообщают газеты об отношении духовенства к декрету об изъятии церковных ценностей, а затем то, что нам известно о нелегальном воззвании Патриарха Тихона, то станет совершенно ясно, что черносотенное духовенство во главе со своим вождем совершенно обдуманно проводит план дать нам решающее сражение именно в данный момент.

Очевидно, что на секретных совещаниях влиятельнейшей группы черносотенного духовенства этот план обдуман и принят достаточно твердо. Событие в Шуе лишь одно из проявлений этого плана. Я думаю, что здесь наш противник делает громадную ошибку, пытаясь втянуть нас в решительную борьбу тогда, когда она для него особенно безнадежна и особенно невыгодна. Наоборот, для нас именно данный момент представляет из себя не только исключительно благоприятный, но и вообще единственный момент, когда мы можем с 99-ю из 100 шансов на полный успех разбить неприятеля наголову и обеспечить за собой необходимые для нас позиции на много десятилетий. Именно теперь и только теперь, когда в голодных местах едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи трупов, мы можем (и потому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления. Именно теперь и только теперь громадное большинство крестьянской массы будет либо за нас, либо, во всяком случае, будет не в состоянии поддержать сколько-нибудь решительно ту горстку черносотенного духовенства и реакционного городского мещанства, которые могут и хотят испытать политику насильственного сопротивления советскому декрету.

Нам во что бы то ни стало необходимо провести изъятие церковных ценностей самым решительным и самым быстрым образом, чем мы можем обеспечить себе фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей (надо вспомнить гигантские богатства некоторых монастырей и лавр). Без этого никакая государственная работа вообще, никакое хозяйственное строительство в частности и никакое отстаивание своей позиции в Генуе в особенности совершенно немыслимы. Взять в свои руки этот фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей (а может быть, и несколько миллиардов) мы должны во что бы то ни стало. А сделать это с успехом можно только теперь. Все соображения указывают на то, что позже сделать это нам не удастся, ибо никакой иной момент, кроме отчаянного голода, не даст нам такого настроения широких крестьянских масс, который бы либо обеспечил нам сочувствие этих масс, либо, по крайней мере, обеспечивало бы нам нейтрализование этих масс в том смысле, что победа в борьбе с изъятием церковных ценностей останется безусловно и полностью на нашей стороне.

Один умный писатель по государственным вопросам справедливо сказал, что если необходимо для осуществления известной политической цели пойти на ряд жестокостей, то надо осуществлять их самым энергичным образом и в самый короткий срок, ибо длительного применения жестокостей народные массы не вынесут. Это соображение в особенности еще подкрепляется тем, что по международному положению России для нас, по всей вероятности, после Генуи окажется или может оказаться, что жестокие меры против реакционного духовенства будут политически нерациональны, может быть даже чересчур опасны. Сейчас победа над реакционным духовенством обеспечена полностью. Кроме того, главной части наших заграничных противников среди русских эмигрантов, то есть эсерам и милюковцам, борьба против нас будет затруднена, если мы именно в данный момент, именно в связи с голодом проведем с максимальной быстротой и беспощадностью подавление реакционного духовенства.

Поэтому я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий. Самую кампанию проведения этого плана я представляю следующим образом:
Официально выступать с какими бы то ни было мероприятиями должен только тов. Калинин. Никогда и ни в каком случае не должен выступать ни в печати, ни иным образом перед публикой тов. Троцкий.

Посланная уже от имени Политбюро телеграмма о временной приостановке изъятий не должна быть отменяема. Она нам выгодна, ибо посеет у противника представление, будто мы колеблемся, будто ему удалось нас запугать (об этой секретной телеграмме, именно поэтому, что она секретна, противник, конечно, скоро узнает).

В Шую послать одного из самых энергичных, толковых и распорядительных членов ВЦИК или других представителей центральной власти (лучше одного, чем нескольких), причем дать ему словесную инструкцию через одного из членов Политбюро. Эта инструкция должна сводиться к тому, чтобы он в Шуе арестовал как можно больше, не меньше, чем несколько десятков, представителей местной буржуазии по подозрению в прямом или косвенном участии в деле насильственного сопротивления декрету ВЦИК об изъятии церковных ценностей. Тотчас по окончании этой работы он должен приехать в Москву и лично сделать доклад на полном собрании Политбюро или перед двумя уполномоченными на это членами Политбюро. На основании этого доклада Политбюро даст детальную директиву судебным властям, тоже устную, чтобы процесс против шуйских мятежников, сопротивляющихся помощи голодающим, был проведен с максимальной быстротой и закончился не иначе, как расстрелом очень большого числа самых влиятельных и опасных черносотенцев г. Шуи, а по возможности также и не только этого города, а и Москвы и нескольких других духовных центров.
Самого Патриарха Тихона, я думаю, целесообразно нам не трогать, хотя он несомненно стоит во главе всего этого мятежа рабовладельцев. Относительно него надо дать секретную директиву Госполитупру, чтобы все связи этого деятеля были как можно точнее и подробнее наблюдаемы и вскрываемы, именно в данный момент. Обязать Дзержинского, Уншлихта лично делать об этом доклад в Политбюро еженедельно.

На съезде партии устроить секретное совещание всех или почти всех делегатов по этому вопросу совместно с главными работниками ГПУ, НКО и Ревтрибунала. На этом совещании провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть произведено с беспощадной решительностью, безусловно ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать.

Для наблюдения за быстрейшим и успешнейшим проведением этих мер назначить тут же на съезде, то есть на секретном его совещании, специальную комиссию при обязательном участии т. Троцкого и т. Калинина, без всякой публикации об этой комиссии с тем, чтобы подчинение всей этой операции было обеспечено и проводилось в общесоветском и общенародном порядке. Назначить особо ответственных наилучших работников для проведения этой меры в наиболее богатых лаврах, монастырях и церквах.

19 марта 1922 г. Ленин.

Прошу т. Молотова постараться разослать это письмо членам Политбюро вкруговую сегодня же вечером (не снимая копий) и просить их вернуть Секретарю тотчас по прочтении с краткой заметкой относительно того, согласен ли с основою каждый член Политбюро, или письмо возбуждает какие-нибудь разночтения.

Ленин.

Как читаются письма Патриарха Тихона и Ленина почти век спустя

В итоге столкновения позиций авторов столь разных писем ни один храм, ни один монастырь не избежал участи разграбления, большая часть была закрыта или разрушена.

В храмах публично вскрывались мощи святых. По указанию Ленина к судебной ответственности привлекался Патриарх Тихон. Были зверски убиты многие митрополиты и епископы. Церковь была отделена от государства, но государство не отделилось от Церкви. Большевики получили астрономические суммы, а население погибало от голода.

О подробностях и уроках истории наш разговор с главой пресс-службы Патриарха протоиереем Владимиром Вигилянским.

Российская газета: Два письма со столь верным и столь ужасным содержанием - как они читаются из нашего времени?

Протоиерей Владимир (Вигилянский): К сожалению, сегодняшний читатель не до кон ца понимает исторический контекст этих писем, степень гражданского мужества и ответственности Патриарха Тихона за страну и народ, а также истинные цели и чудовищные средства для их достижения тогдашней властью.

"Позорный мир с внешним врагом", упомянутый святителем Тихоном, это т.н. Брестский мир, по которому от России отторгалась территория площадью 780 тыс. кв. км с населением 56 млн человек (треть населения Российской империи) и на которой находились 27 % сельхозземель и 5 тысяч фабрик и заводов. По итогам Брестского мира площадь обескровленной и зажатой в тиски Антантой Германии вырастала втрое. Кроме того, по секретному соглашению Россия обязывалась выплатить Германии огромную контрибуцию - 6 млрд марок - в виде "чистого золота" и кредитных обязательств.

В сентябре 1918 года в Германию было отправлено два эшелона, в которых находилось 93,5 тонны "чистого золота" на 120 млн золотых рублей. Это в то время, когда граждане России пухли от голода и умирали от эпидемий и нищеты. Первые декреты советской власти о мире, земле, суде, печати, свободе совести оказались вероломным обманом народа. Ни мира, ни земли, ни праведного суда, ни свободы печати и совести люди так и не получили. Зато шла планомерная работа по изыманию духовного стержня русской нации, разрушению сложившихся многовековых традиций и ценностных ориентиров народа.

Это и было основной целью большевистского переворота. Ради нее им не жалко было положить на алтарь миллионы человеческих жертв, не говоря уж о каких-то квадратных километрах, тоннах золота, заводах и рудниках. Но на пути к этой заветной цели стоял главный враг - Церковь. И второе публикуемое письмо - этому красноречивое подтверждение. Вспоминается по этому поводу пророчество Ф.М. Достоевского: "Безбожный анархизм близок - наши дети увидят его. Бунт начнется с атеизма и грабежа всех богатств, начнут низлагать религию, разрушать храмы и превращать их в казармы и стойла, зальют мир кровью и потом сами испугаются".

РГ: А каков контекст письма Ленина?

Протоиерей Владимир: Сразу развею миф, что якобы русский народ покорно принял новую власть и развязанный большевиками террор против Церкви. В результате событий 1917 года произошла трагедия, которой нет равных в истории, - Гражданская война, унесшая 10,5 млн жизней (для сравнения: в гражданской войне в США погибло и умерло от ран и болезней 0,5 млн). Только от красного террора (расстрел мирных граждан) погибли 1,2 млн человек. Плюс 2 млн бежавших от советской власти за рубеж.

Что же до истории с изъятием церковных ценностей в пользу голодающих, то Патриарх Тихон 19 февраля 1922 года призвал церковнослужителей самостоятельно заняться сбором средств. За 5 дней было собрано 9 млн рублей. Но советской власти этого было мало, за полгода она изъяла церковных ценностей на 2,5 млрд золотых рублей. За эти полгода кампания зафиксировано 1400 кровавых столкновений. Кстати, на покупку продовольствия из этих миллиардов было потрачено около 1 млн.

РГ: Сегодня по уставу член КПРФ может быть верующим, но при этом говорят о верности заветам Ленина.

Протоиерей Владимир: Сегодняшние коммунисты, несмотря на заверения "верности заветам Ленина", подвергли ревизии многие доктрины большевиков, в том числе и о религии. Ну что ж, и на это скажем - спасибо. Намного страшнее, что в антикоммунистическом стане есть много тех, кто в вопросе о Церкви стоит на позициях этого ленинского письма.

РГ: День народного единства, который мы теперь отмечаем вместо Дня Октябрьской революции, еще не "обжит" как праздник. Его символика только выстраивается и наполняется. Как вы считаете, каковы должны быть основания для мира и согласия в обществе сегодня? На каких принципах должны держаться?

Отец Владимир: Мир и согласие, так же, как и единство, для нашего общества очень нужны. Но их нельзя трактовать слишком расширительно. Апостол Павел по этому поводу в одном их своих Посланий пишет: "Какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Какая совместность храма Божия с идолами?".

Хотелось бы, чтобы День народного единства основывался на таком почти утраченном в наше время понятии, как жертвенность. Какая может быть сила любви без жертвы, какое согласие без уважения к другому, какой мир без сочувствия и понимания чужих проблем? Все беды в истории нашего государства основывались на утрате нравственного измерения в человеческом общении, политике, экономике. А раз так, то надо это нравственное измерение возрождать. Чтобы все эти высокие слова не оставались пустыми, предлагаю в этот праздник каждому гражданину страны сделать что-то доброе и важное для другого: навестить одинокого, поддержать страждущего, дать деньги на лечение больному, помириться с враждующим, попросить прощения у тех, кого обидел, дать милостыню голодному, да просто - ни разу не соврать в этот день, не осудить, не сказать грубого слова, не похвалиться, не позавидовать другому. Если мы будем едины в этих принципах, праздник получится и укоренится в нашем сознании.

 

Из досье "РГ"

Патриарх Тихон (в миру Василий Иванович Белавин) родился 19 января 1865 г. в городе Торопце Псковской губернии в семье священника. Окончил курс торопецкого духовного училища,  Псковскую духовную семинарию, Петербургскую духовную академию. Товарищи по семинарии шутливо называли скромного, благодушного и готового всегда помочь друзьям Василия Белавина "Архиереем", а в академии студенты прозвали его "Патриархом". После академии преподавал в Псковской духовной семинарии.

В 1891 году принял постриг с именем  Тихон в честь святителя Тихона Задонского. Рукоположенный в сан иеромонаха, он через год был назначен инспектором, а впоследствии и ректором Холмской семинарии с возведением в сан архимандрита. С 1894 года - ректор Казанской духовной академии, а через три года - епископ, сначала Люблинский, а затем Алеутский и Североамериканский. Упорядочил жизнь православных приходов в Соединенных Штатах и на Аляске. В Соединенных Штатах за ним закрепилась слава подлинного апостола Православия. В 1907 году архиепископ Тихон был назначен на древнюю Ярославскую кафедру.

За годы своего архиерейства привел епархию в состояние духовной сплоченности. Руководство его было терпеливым и гуманным,  все любили доступного, разумного, ласкового архипастыря. В 1914 году назначен  Виленским и Литовским, а в 1917  избирается на Московскую кафедру с возведением в сан митрополита. В 1917 году Всероссийский Поместный Собор восстановил Патриаршество. После четырех туров голосования Собор избрал 3 кандидатов на Патриарший престол. Жребий пал на митрополита Тихона.

Ему первому пришлось решать вопрос об отношениях с новым гocyдapственным строем, враждебно относящимся к Церкви, а также сделать все возможное чтобы сохранить Православие в тяжелый период лихолетья в условиях захлестнувших Россию революции, гражданской войны и всеобщей разрухи.Летом 1921 года Патриарх Тихон организовал Комитет помощи голодающим, призвал церковноприходские советы жертвовать драгоценные церковные украшения, если только они не имеют богослужебного употребления. Комитет, возглавляемый Патриархом, собрал большие средства и во многом облегчил положение голодающих.

Несмотря на всю свою мягкость, доброжелательность, он  был непоколебимо тверд и непреклонен в делах церковных, в защите Церкви от ее врагов. Когда  гражданская война закончилась, и в стране осталось Советское правительство,  Патриарх издал документ, известный как его завещание. "В годы гражданской разрухи, по воле Божией, без которой в мире ничто не совершается, во главе Русского государства стала Советская власть.

Не погрешая против нашей веры и Церкви, не допуская никаких компромиссов и уступок в области веры, в гражданском отношении мы должны быть искренними по отношению к Советской власти и работать на общее благо, сообразуя распорядок внешней церковной жизни и деятельности с новым государственным строем ... Вместе с этим мы выражаем уверенность, что установка чистых, искренних отношении побудит нашу власть относиться к нам с полным доверием".

Изменение в политической позиции Патриарха Тихона и большей части православного епископата было  обусловлено соображениями принципиального характера: гражданская война закончилась, государственная власть перестала быть предметом кровавой междоусобной брани, в стране существовало одно законное правительство.Личной проповедью и твердым исповеданием христианской Правды, неустанной борьбой с врагами Церкви Патриарх Тихон вызвал ненависть представителей новой власти, постоянно преследовавшей его. Его  заключали в тюрьму и содержали под "домашним арестом" в московском Донском монастыре.

Жизнь его была под угрозой: трижды на него было совершено покушение. Но когда власти сделали ему предложение выехать за границу на постоянное местожительство, Патриарх сказал: "Никуда я не поеду, буду страдать здесь вместе со всем народом и исполнять свой долг до положенного Богом предела".Патриарх Тихон скончался 25 марта 1925 года и был погребен в московском Донском монастыре.

В 1981 году Архиерейский Собор Русской Православной Церкви Заграницей прославил в соборе новых мучеников и исповедников Российской Церкви, Патриарха Тихона. А в 1989 году в год юбилея установления Патриаршества в Pocсии Патриарх Тихон был прославлен как святой Русской Православной Церковью Московского Патриархата.

Странным образом отзываются драмы и трагедии нашей истории в сегодняшнем дне. Геннадий Зюганов во вторник открыл в Уфе памятник Ленину, заменивший стоявший здесь с 1924 года. В конце 80-х годов его демонтировали и отправили на реставрацию в Ленинград. Однако после развала СССР было не до Ленина. Тема его восстановления была поднята лишь в прошлом году. Копию решили изготовить в Уфе, на деньги спонсоров.

При этом, сообщает собкорр "РГ" в Уфе Татьяна Майорова, в городе возвели и "обыденный" (возведенный за один день) храм. "Он посвящен святой блаженной Матроне Московской, - уточнил представитель Уфимской епархии Вадим Розенфельд. - Во время акции прямо на стройплощадке звучал православный концерт. Возведение церкви стало по-настоящему общим праздником".

Возвращение Ленина в центр Уфы - символическое событие. Но и строительство храма не теряет при этом своей значимости. История продолжает двоиться в наших глазах.

Последние новости