Новости

Сотрудничество в энергетической сфере было одним из основных вопросов саммита Россия - ЕС, состоявшегося в конце прошлой недели в Брюсселе. О механизме ценообразования на газ для европейского рынка, взаимодействии с российскими партнерами "РБГ" рассказал руководитель департамента "Россия" газового холдинга "Винтерсхалл" Марио Мерен.

РГ: В перспективе спрос на газ в Европе будет расти. Сохраняется ли, на ваш взгляд, в этой связи актуальность привязки цен на газ к нефтепродуктам?

Мерен: Действительно, эпоха дешевой нефти и газа подошла к концу: энергоресурсы будут медленно, но верно дорожать, ведь их добыча становится все более трудной и затратной. При этом потребность в энергии снижаться не будет. Сегодня существует два альтернативных варианта ценообразования: традиционная привязка цен на газ к среднемировой цене на нефть и спотовые расценки. В последнее время в Европе настаивают на контрактах по спотовым ценам. Однако уже сейчас разрыв между ценами, индексируемыми по нефти, и спотовыми незначительный, и с учетом нестабильной мировой экономической ситуации спотовые цены могут вырасти. Поэтому если говорить об устойчивости рынка, его надежности и безопасности, то я считаю, что долгосрочные контракты, в которых цена привязана к корзине нефтепродуктов, по-прежнему имеют полное право на существование.

РГ: Германия заявила о выходе из атомной энергетики. Какие выгоды могут извлечь из этого газовые компании?

Мерен: Страшная авария на японской АЭС "Фукусима-1" в марте 2011 года заставила Германию полностью пересмотреть свою энергетическую политику и взять курс на отказ от атомной энергетики и переход на возобновляемые источники энергии. К этому решению толкают и обязательства, взятые на себя Европой по снижению выбросов парниковых газов в атмосферу на 20% к 2020 году. Однако увеличение доли альтернативной энергии в общем потреблении сопряжено со слишком высокими затратами, и очевидно, что на окончательный переход к ее использованию нужно время. На переходный период оптимальным становится использование природного газа, который уже сегодня является самым экологичным видом топлива из всех известных традиционных энергоносителей. Кроме того, газовая генерация позволяет добиться значительной экономии, что является немаловажным аргументом в тяжелой экономической ситуации, в которой сегодня находится Европа.

Свой вклад в сокращение издержек вносит и "Северный поток". Мощность газопровода - до 55 млрд кубометров природного газа в год. Это значит, что один газопровод в состоянии обеспечить энергией, сопоставимой с тем объемом, который производят 40 атомных электростанций или 50 электростанций, работающих на угле. При этом инвестиции в строительство "Северного потока" в общей сложности составили 7,4 млрд евро. Для сравнения, в развитие использования только одной солнечной энергии с начала 1990-х было инвестировано около 23 млрд евро.

РГ: Как будет развиваться газотранспортная сеть, предусматривается ли выведение газопровода "Северный поток" из-под ограничений Третьего энергетического пакета?

Мерен: Третий энергопакет не несет рисков для самого "Северного потока". Решение о строительстве газопровода было принято до одобрения новых энергетических директив, он имеет статус приоритетного европейского инфраструктурного проекта. На трансбалтийскую магистраль требования Третьего энергопакета не распространяются. Сложнее обстоят дела с соединительными газопроводами OPAL и NEL, основным акционером которых является СП "Газпрома" и "Винтерсхалла" - компания "ВИНГАЗ". Газопровод OPAL, который должен соединить "Северный поток" с газотранспортной системой Чехии, а через нее Словакии и Польши, получил статус исключения из Третьего энергопакета для транзитных объемов, а газопровод NEL, который тянется на запад, пока нет. Получается, что Третий энергопакет снижает привлекательность инвестиций в газотранспортную инфраструктуру, поскольку потенциальные инвесторы не станут вкладываться в строительство новых газопроводов из-за отсутствия гарантий возврата инвестиций.

РГ: Каковы перспективы предоставления газопроводу "Южный поток" статуса приоритетного проекта Евросоюза?

Мерен: С запуском "Северного потока" шансы на то, что другой проект, акционерами подводной части которого мы станем, газопровод "Южный поток" получит статус приоритетного, могут увеличиться. Стоит отметить, что газопровод Nabucco не является конкурентом "Южного потока", поскольку для удовлетворения растущего спроса на энергоресурсы в будущем имеющихся транспортных возможностей Европе может и не хватить. Поэтому Евросоюз должен быть заинтересован в строительстве обоих газопроводов на южном направлении. Другое дело, что сегодня мы наблюдаем явные преференции со стороны чиновников от Евросоюза для строительства Nabucco и явные препоны проекту "Южный поток". При этом первый проект все еще находится в стадии разработки документации, в то время как по строительству подводной части "Южного потока" уже подписано акционерное соглашение. Целый ряд европейских стран - Австрия, Болгария, Греция, Италия, Румыния, Сербия, Словения и Хорватия - выступили за "Южный поток". Мы надеемся, что "Южный поток" так же, как и Nabucco, получит статус приоритетного проекта, потому что строительство любого газопровода, по сути, работает на укрепление энергетической безопасности Европы.

РГ: Почему было принято решение о создании отдельного департамента "Россия" в рамках холдинга "Винтерсхалл"?

Мерен: Вместе с российскими партнерами мы работаем уже более 20 лет. За это время наша совместная деятельность выросла с небольшого бизнеса по продаже российского газа в Европе до широкомасштабного сотрудничества, которое охватывает все этапы производства: от разведки и добычи природного газа в Западной Сибири до его транспортировки и распределения по газопроводной сети в Германии и других европейских странах. После запуска самого протяженного подводного газопровода в мире - "Северный поток" - наше партнерство вышло на принципиально новый уровень. Российские проекты вносят значительный вклад в финансовый результат компании, их значение в будущем будет только расти. Поэтому появление отдельного департамента, координирующего наш бизнес в России, включая проекты "Северный поток" и "Южный поток", стало логичным шагом в развитии нашей компании. Сегодня Россия - единственный регион, который представлен в структуре управления компании "Винтерсхалл" собственным департаментом.

РГ: Что намерены сделать для расширения деловой активности в России, каковы основные трудности, с которыми приходится сталкиваться?

Мерен: Увеличение нашего присутствия в России должно отвечать конкретным бизнес-задачам, а не становиться самоцелью. Сегодня мы успешно развиваем тут несколько проектов, каждый из которых приносит нам неплохие дивиденды. С 2007 года вместе с "Газпромом" мы работаем на Южно-Русском месторождении, которое станет главной ресурсной базой для поставок по "Северному потоку". Другое наше совместное предприятие с "Газпромом" - ЗАО "Ачимгаз" - занимается разработкой ачимовских залежей Уренгойского месторождения с 2003 года. Несколько дней назад мы перешли к этапу их промышленного освоения, а немногим ранее договорились с "Газпромом" о возможности разработки двух дополнительных участков ачимовских отложений.

РГ: Какие проекты в России вы считаете наиболее перспективными с экономической точки зрения?

Мерен: Мы бы не стали браться ни за один проект в России, если бы не считали его перспективным. При эффективном подходе разработка даже самого сложного месторождения становится прибыльной. Наши совместные проекты с "Газпромом" в Ямало-Ненецком автономном округе я уже упоминал. Но "Газпром" не единственная российская компания, с которой мы сотрудничаем. В следующем году исполнится 20 лет нашему совместному предприятию с "ЛУКОЙЛом" - "Волгодеминойл", которое ведет уникальное разведочное бурение по трем лицензиям в сложнейших горно-геологических условиях так называемого "Южного участка" у края борта Прикаспийской впадины на юге Волгоградской области. Все наши российские проекты вносят свой вклад в экономический результат "Винтерсхалла".

Экономика Отрасли Нефть и газ Бизнес - Главное Цены на нефть и газ