Новости

02.02.2012 00:37
Рубрика: В мире

Зона компромисса

Пенитенциарная система Киргизии приходит в себя после двухнедельных волнений

Сегодня во всех учреждениях пенитенциарной системы Киргизии введено особое положение.

Усилены охрана периметра зон и внутренний надзор, ужесточен порядок допуска на объекты, режим дня. В местах не столь отдаленных ограничена деятельность производственных, коммунально-бытовых, культурно-просвети-тельных, медико-санитарных и иных служб.

Ситуация в исправительных учреждениях в начале недели стала темой обсуждения на заседании Совета обороны Киргизии. Руководители силовых структур приняли крайне жесткое для криминального мира страны решение. А именно - сажать так называемых "воров в законе" и "положенцев". Первых на семь лет, вторых - на пять. Причем без права на УДО - условно-досрочное освобождение, а, как говорится, "от звонка до звонка". По замыслу собравшихся на Совет обороны, только так можно и должно положить конец произволу за колючей проволокой. Либо намеченные в пенитенциарной системе реформы вконец захлебнутся.

С другой стороны - вряд ли кто-нибудь из погруженных в тему экспертов и силовиков возьмется это отрицать, - именно "воры в законе", причем "коронованные" по всем зоновским правилам, удерживают всю прочую тюремную братию в рамках пусть воровских, но законов. Власти же предлагают "законодателям тюремных нормативов" отказаться от их воровских титулов. Причем сделать это предстоит публично. Что последует за этим, насколько эффективными станут жесткие меры, удастся ли навести в системе исполнения наказаний порядок - покажет время.

Между тем, сами силовики слабо надеются на успех в очередной раз начатой "ломки" воровской среды Киргизии. Ведь и общественность больше склоняется к мнению, что ситуация в пенитенциарной системе страны настолько запущена, что предложенные сроки наказания вряд ли всерьез напугают набравших силу криминальных авторитетов.

Вот, кстати, такой вопрос. Если кто таков собственно так называемый "вор в законе", силовикам более или менее ясно, то как разобраться с "положенцами"? В официальных документах этот, с позволения сказать, термин нигде не значится. Более того, такого слова даже нет в русском языке. Так что по каким критериям власти станут определять, кто из уголовников принадлежит к "высшей касте" криминального мира, а кто - нет, большой вопрос. В Уголовном кодексе Киргизии, например, за титул "воровской авторитет" даже наказания не предусмотрено. Зато в конституции черным по белому: каждый гражданин обладает равными правами даже в условиях содержания в исправительных учреждениях. Будет ли найден выход из этого юридического тупика?

Кроме того, виновен человек или нет, вправе решить только суд. Можно себе представить: если слуги Фемиды и вынесут приговор "вору в законе", то тем самым они только подтвердят его высокий "статус".

Настораживает и то, что с каждым разом тюремные беспорядки приобретают все более значительный размах. Их масштабами киргизская исправительная система шокировала не только жителей республики, но и ближнее и дальнее зарубежье. Большинство респондентов "РГ" уверены, что за организованными в январе беспорядками в тюрьмах и зонах страны стоят силы извне. И виновников называют разных. Это и сами криминальные авторитеты, или, как их называют в народе, "черные". И политики, связанные с криминалом. Бытует даже версия, что само руководство исправучреждений нарочно устроило этот "спектакль", дабы сместить с должности нового руководителя Государственной службы исполнения наказаний (ГСИН) генерала Шейшенбека Байзакова. Поскольку он, мол, начал слишком активно "зачищать" свое ведомство от криминального разгула и коррупционеров в погонах.

Кстати, январские беспорядки совпали с возбуждением уголовных дел в отношении ряда высокопоставленных чиновников исправительных колоний. По признанию генерала Байзакова, к настоящему времени в прокуратуру уже направлено 28 материалов против сотрудников ГСИН, преступивших закон.

Между тем

За вымогательство взятки с арестанта в Киргизии задержали сотрудника пенитенциарной системы. Чиновник был взят с поличным оперативниками Главного управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД Киргизии. По данному факту возбуждено уголовное дело.

один вопрос

Изменит ли угроза лишить свободы всех "авторитетов" ситуацию в тюрьмах Киргизии?

Галина Пугачева, бывший прокурор специализированной прокуратуры по надзору за соблюдением законности в пенитенциарной системе:

- Думаю, прежде чем принять такое решение, надо было все подвести к этому. А что если тот же эмпирический "вор в законе" не совершает никаких противоправных действий? За что его сажать? На мой взгляд, надо усилить роль специализированной прокуратуры. Акты прокурорского реагирования на события в зонах не должны оставаться просто бумажками.

Анарбек Калматов, депутат Жогорку Кенеша, экс-прокурор Бишкека:

- Так называемых "воров в законе" "коронует" специальное преступное сословие. И сам "отмеченный" такой "почестью" отказаться от титула не может. Коллегиально, на сходках, принимается и обратное решение о "развенчании" авторитета. Не пойму: неужели наши силовики хотят уподобиться "воровскому сходняку", раз уж они пачками начали считать "воров в законе"? Сейчас главное - привести в соответствие уголовное законодательство. И подойти к этому необходимо весьма скрупулезно. Чтобы не получилось, как в России при Анне Иоанновне, когда по базару водили преступника, а на кого он укажет - вот, мол, сообщник, - того и волокли в тюрьму.

Эльмира Сагындыкова, адвокат:

- Мне кажется, это правильное решение, но уж слишком запоздалое. В США, например, принятый в свое время закон "РИКО" позволил победить ганстеров. Суть этого норматива заключалась в следующем: даже если имярек и не совершал никаких противоправных действий, само его членство в организованной преступной группе уже считалось преступлением.

Что касается отечественных "воров в законе", то, насколько я знаю, существует лишь один человек, носящий этот "титул". Но он вне зоны досягаемости наших правоохранительных органов. Добавлю, что еще в 1989 году Киргизия присоединилась к конвенции ООН против транснациональной преступности, однако ее статьи у нас пока не действуют. То есть нет ни теории, ни практики их применения.

В мире экс-СССР Киргизия