На этой неделе председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев предложил военному ведомству подумать над восстановлением судов офицерской чести. Это серьезный сигнал, что идея витает где-то в высших эшелонах. Возможно, минобороны даже вернется к старой задумке - принять кодекс чести офицерского корпуса. Более того, когда-нибудь подобное обязательно случится, вопрос только: доживем ли.
А людей в мантиях об офицерской чести заставила задуматься судебная практика. Как сообщил Вячеслав Лебедев на совещании-семинаре председателей региональных судов, в прошлом году в стране были осуждены 1600 офицеров. Интересно, что в целом показатель преступности среди военных сократился на 14 процентов, зато офицерская преступность пошла в гору. Дедовщина как бы пошла на спад, зато товарищи командиры взяли явно не ту высоту.
Хотя если пристально присмотреться к цифрам, ничего катастрофического не видно. Если взять численность офицеров за 220 тысяч - столько должно остаться после реформы - получится, что офицерская преступность "подскочила" почти до 0,73 процентов. Но офицеров в армии в прошлом году было гораздо больше, не всех успели сократить. Так что если взять всех, кто в прошлом году стоял в строю, процент должен упасть еще ниже.
Было бы интересно сравнить армейскую преступную долю с процентом осужденных прокуроров, полицейских, чиновников, сотрудников Наркоконтроля и т. п. Просто любопытно, где чаще встречаются криминальные элементы в погонах. Но это - к слову.
Уголовщина в чистом виде среди людей в погонах редкость, если считать таковой грабежи, воровство, бандитизм. У осужденных офицеров другой профиль: коррупция, произвол, халатность.
Например, на днях в Подмосковье был приговорен к штрафу в 500 тысяч рублей гвардии полковник Андрей Т за избиение подчиненного ему начальника типографии. Как сообщается, полковник, являющийся командиром части, избил начальника типографии за то, что, по его мнению, тот плохо исполнял свои обязанности. Случилось это под Новый год: пьяный полковник вызвал сержанта-контрактника в кабинет, обматерил и избил. Поэтому если кто-то думает, что контракт в армии обойдется без рукоприкладства, тот ошибается.
Еще офицеры, порой, совершают бытовые преступления - в семейных ли ссорах, в ходе пьяных посиделок или после уличных конфликтов. Жизнь всегда полна неприятных сюрпризов. Но иногда офицеры ведут себя в быту совсем неприглядно. На этой неделе был осужден старший лейтенант Никита К, задушивший из ревности свою подругу. Ему назначено девять лет колонии.
Конечно, не такие офицеры составляют лицо армии. Однако подобные рассуждения никак не оправдывают военную преступность.
Ведь офицер воспринимается обществом как рыцарь. Конечно, немного наивно так говорить в нашем прожженном 21 веке. Но ведь люди идут в армию не для того, чтобы воровать со склада тушенку, списывать налево бензин или избивать сержантов. Большинство все-таки поступают в военные училища с благородными намерениями. Что же потом становится с этими пылкими юношами, которые готовы и жизнь отдать за Родину?
А если слово честь все-таки забыто, помогут ли суды чести вернуть погонам былое величие души? Гарантии нет. Тем не менее еще несколько лет назад министерство обороны разрабатывало официальный документ с длинным названием: "Основы корпоративной этики офицерского корпуса на новом этапе строительства армии и флота". Если говорить коротко, это и есть кодекс чести офицера.
Документ планировалось принять на третьем Всеармейском совещании офицеров армии и флота, которое должно было состояться в конце 2010 года. Однако потом совещание отменили, вопрос отложили. Как объяснили тогда в пресс-службе военного ведомства, в войсках как раз начались масштабные преобразования, шло формирование оперативно-стратегических командований на базе бывших военных округов. Офицерам дескать было не до собраний. А после того, как все утрясется, командование обещало вернуться и к вопросам чести.
Пока нет официальной информации, что кто-то в военном ведомстве вспомнил про старый проект или начались какие-то подвижки. Тем не менее и слова Вячеслава Лебедева могли прозвучать неспроста. Ведь после принятия кодекса чести и возрождение офицерских судов показалось бы уместным.
В советские годы офицерские суды чести выбирались тайным голосованием на два года. Существовали отдельные суды для старших и младших офицеров. Судьями были, естественно, офицеры. Цитирую Большую советскую энциклопедию: суды чести " рассматривают дела о поступках, недостойных звания офицера, роняющих воинскую честь; о совершенных офицерами правонарушениях, которые по закону могут быть переданы на рассмотрение С. ч. о. (Судов чести офицерских - прим мое). В отношении виновных суд может объявить товарищеское предупреждение, порицание, общественный выговор, возбудить ходатайство о снижении в должности или в воинском звании на одну ступень, отчислении учащегося офицера из высшего учебного заведения или об увольнении офицера из кадров вооружённых сил. Решение суда чести может быть обжаловано командиру (начальнику) части, соединения, учреждения, в которых создан суд, в течение трёх дней со дня объявления решения".
Поскольку и возрожденным судам потребуются какие-то полномочия, можно предположить, что в полку офицерских наказаний прибудет. Скажем, могут начать вновь срезать звездочки - снижать воинские звания. Был капитаном, напился, вновь стал старшим лейтенантом. А ходатайствовать об этом наказании смогут как раз суды чести. Оговорюсь, конкретных планов пока нет, но в ходе возрождения судов чести идея вполне может прозвучать. Или вернуть офицерские аресты - на специальной гауптвахте или под домашним замком - почему нет? Тоже обсуждаемое предложение.
Только ни один кодекс и даже суд чести не возвысят души офицеров так, как сделают это хорошее денежное довольствие, уважительное отношение в обществе и разумная военная организация. Еще, быть может, красивая форма способна внести свою лепту в процесс воспитания офицеров, она тоже облагораживает. Совесть и честь - это внутренние регуляторы, они или есть, или их нет. Их воспитывают в детстве,а потом расшатывают и теряют, сталкиваясь с реальностью. Какой-то внешний суд тут не особый помощник.
Зато есть риск, что суды офицерской чести, если такие будут созданы, станут инструментом в руках высоких начальников. Мы знаем, как у нас это умеют организовать. Послушные представители общественности поднимут руки, а потом начальник скажет непослушному, мол, это не я, а народ снял с вас звезды.
Да и сама честь - штука далеко не безусловная. Если она въедается в кровь, то может стать опасной. Кому-то эти слова, безусловно, покажутся крамольными. Но понятие чести здесь не надо путать с совестью. Честь без разума ослепляет.
Когда за честь выдают навязанные кем-то правила поведения, возможны всякие накладки. Один лишь пример: кодекс чести Бусидо был распространен в японской армии в конце 19 века. "Долг тяжелее горы, смерть легче перышка", кажется, с этого он начинается. Кодекс считался воплощением древнего самурайского духа, но по большому счету был мифом. По мнению историков, он не имел ничего общего с реальной жизнью, с тем, как вели себя средневековые самураи в течение столетий нескончаемой гражданской войны. Но привитый армии в начале 20 века кодекс чести стал настоящими путами японских военных. Герои шли на бесполезную смерть, а противник с умом расходовал свои силы и побеждал. Япония, конечно, не только из-за этого проиграла войну, но кодекс Бусидо сыграл в поражении немалую роль. Это оценка специалистов. Поэтому даже такие, казалось бы безвредные вещи, как кодекс чести и суды чести, надо внедрять с разумом.