"52 дня путешествия, под впечатлением которого Антон Павлович Чехов оставался всю жизнь". Наверное так можно охарактеризовать морской вояж выдающегося русского писателя, когда он лично напрямую столкнулся с Азией, оставшейся в его душе на всю жизнь. Эта поездка, совершенная Чеховым осенью 1890 года на пароходе "Петербург" из Сахалина в Одессу, долгое время оставалась "серым пятном" биографии писателя в том числе и для самых преданных поклонников его творчества. Однако благодаря стараниям известного востоковеда и специалиста-международника Дмитрия Тимофеевича Капустина эта часть жизни Антона Чехова теперь известна в подробностях.
Как документально доказывает Дмитрий Капустин в своей недавно вышедшей книге "Антон Чехов на Востоке", русский писатель вопреки распространенному в некоторых СМИ заблуждению никогда не был в Японии и в Константинополе, но в то же время "заочно" всегда любил Страну восходящего солнца, называя ее "чудесной страной".
Востоковед Капустин также доказывает, что часто упоминаемого в привязке к путешествию Чехова по Азии спасения французского судна не было. Этот инцидент произошел за два года до поездки писателя.
Его вояж, которое часто называют "путешествием на Сахалин", на самом деле было именно кругосветным путешествием, к которому Чехов тщательно готовился заблаговременно. Однако из-за эпидемий вместо 13 запланированных в странах Азии остановок осуществить удалось лишь четыре - в Гонконге, Сингапуре, Колобмо и Порт-Саиде.
Как отмечает Дмитрий Капустин, полюбив Азию всей душой, у Чехова в то же время нельзя назвать слепым почитателем всего азиатского. У него сложились самые разные впечатления о тех, местах, где побывал. Безусловно положительно писатель отзывался о "тропическом рае Цейлона", восхищаясь потрясающей красотой природы, океана, местными "бронзовыми женщинами". Восторженными оценками сопровождаются описания "колониального оазиса Гонконга", а вот по поводу нынешней "витрины капитализма" в лице Сингапура Чехов отмечает, что ему "хотелось плакать" и скорее всего не от восторга. Тогда будущий город-государство был очень бедным местом.
И все равно Антона Павловича Чехова постоянно тянуло в азиатскую экзотику. "Чехов неоднократно писал о намерении "вернуться в Азию", прежде всего в Японию и Индию. Буквально за год до смерти он рвался поехать в Манчжурию, на фронт, но "не корреспондентом, а врачом, - отметил и интервью "Российской газете" Дмитрий Капустин. - Здесь уместно привести классическую фразу писателя, которую можно найти в его письме другу-покровителю А.С. Суворину: "После того, что я видел и чувствовал на востоке, меня не тянет в Европу…"