Новости

14.06.2012 00:29
Рубрика: Общество

Все счастливые семьи похожи друг на друга

В том, что так оно и есть, убеждают герои программы Тимура Кизякова "Пока все дома" и сам ведущий с его семьей. Такую передачу, в принципе, может вести и закоренелый холостяк, и хронический разведенец - утверждать семейные ценности вовсе не обязательно личным счастливым примером.

Но когда это делает Тимур Кизяков (пятнадцать лет непрерывного брачного стажа, трое детей), а помогает ему жена Елена (за ней рубрика "У вас будет ребенок"), получается все же как-то убедительней.

Они познакомились в коридорах "Останкино". "Буквально через считаные дни после знакомства, уезжая в командировку, я отдал Лене ключи от своей квартиры, назвал пароль от автоответчика и другие явки-пароли. Сжег все запасные аэродромы, позвонив тем, с кем у нас был хоть какой-то намек на отношения, и сказав, что больше мы не общаемся".

"Телесъемка - это вторжение в домашний мир"

- Первое, что приходит в голову, - напроситься к вам в гости, собрать за столом всех ваших чад и домочадцев и сделать "Пока все дома у Тимура Кизякова". Вам приходилось давать интервью в семейном интерьере?

- Да. Это было в 2002 году на десятилетие нашей программы. Я выступал и в роли вопрошающего, и в роли отвечающего.

- Интервью с самим собой?

- Я разговаривал со своими домашними. Подключался к их рассказам как непосредственный участник наших семейных историй. И глядя на родных людей, оказавшихся под прицелами телекамер, я еще раз убедился, насколько же это непростое испытание - принимать в своем доме съемочную группу. Я увидел своих домашних в искусственных обстоятельствах. Обе Лены - мои жена и дочь - здесь чуть-чуть отличались от самих себя, мне это было заметно. Между тем задача программы - показать человека максимально таким, каков он есть. Телесъемка - это вторжение в домашний мир. И надо постараться, чтобы люди, принимающие в своем доме телевизионщиков, чувствовали себя достаточно комфортно. Поэтому мы до предела минимизировали количество "гостей". Все они приходят со своими тапочками. Это уважение к дому и к людям, которые в нем живут. Хозяева видят, что "гости" чрезвычайно аккуратны и ведут себя так, чтобы не оставить после себя никакой царапины Дом - один из участников программы, и отношение к нему - это отношение к хозяевам. Расположение хозяев дома усиливается, если ведущий пьет с ними чай, при этом выглядит непритязательно - чуть попроще, чем сами хозяева.

- В каком смысле попроще?

- В съемочной группе нет гримера и стилиста. Я выгляжу так же, как в повседневной жизни. Это сразу ликвидирует неравенство между мной и героем.

- Но героя ведь тоже можно загримировать, если надо. Наверное, тон все равно кладете?

- Нет. Это право героя - решать, как он выглядит дома, во что одет. А я, в свою очередь, не использую никаких подсобных средств, которые могли бы меня как-то отделить от героя. Если герой - женщина, с ней еще проще: она всегда выглядит лучше, чем я, и это снимает ее переживания по поводу собственной внешности. Кроме того, мы давным-давно побороли "гонку вооружений" на столах - богатством убранства стол не должен смущать всех последующих героев. Мы просим накрывать так, как в этом доме обычно накрывают. Тот, кто любит готовить и делает это постоянно, может блеснуть своим поварским искусством. Если же стол собран на скорую руку, мы с пониманием относимся к занятости людей. В общем-то, чайный набор вполне достаточен для разговора.

- Ну да, ведь в кадре никто не жует. Еда на столе - по сути, реквизит. После съемки все это совместно съедается?

- Да, съемка обычно заканчивается чаепитием.

"Дом - это часть человеческого портрета"

- Как люди переживают вторжение телегруппы в их семью? Бывало ли так, что вас не хотели принимать? Случались ли по ходу съемки неприятные ситуации? Скажем, хозяину дома показался неделикатным какой-то ваш вопрос, и он не смог сдержать раздражения.

- Всякое бывало. Мы сняли около тысячи семей, и не все проходило гладко. Настроение человека может меняться в течение дня. Иной раз съемка начиналась с того, что мои собеседники были не в состоянии отвлечься от каких-то своих проблем, но постепенно круг затрагиваемых тем и тональность разговора настраивали их на домашний и теплый лад. Отказы сниматься в программе "Пока все дома" тоже случались. Кто-то охотно и с удовольствием рассказывает о своей семье, а кому-то такой рассказ представляется нескромным или кажется вторжением в частную жизнь. Мы с уважением относимся ко всем, кто отказывается сниматься. Но когда нас пускают в дом и по второму, и по третьему, и по четвертому разу - это, наверное, говорит о том, что мы оставили о себе добрую память и нам снова рады. Причем рассказы в таких случаях становятся все интересней и интересней. Ведь первая встреча во многом сводилась к семейной биографии: как познакомились, когда поженились... А все последующие встречи - они как раз полны размышлений о серьезных вещах.

- Состав участников семейного застолья определяют сами герои?

- Да.

- Количественные ограничения существуют?

- Нет. Если главный герой хочет представить телезрителям шесть, семь или даже десять своих домашних, никто ему в этом не препятствует. Это вежливость гостя, приходящего в дом. Ведь не гость выбирает, кого пригласят хозяева, и не гость выбирает, что хозяин поставит на стол.

- Поскольку герои программы - люди известные, то биографические сведения о них можно почерпнуть из Интернета. Но история любой семьи для широкого обозрения недоступна. А не зная этой истории, трудно найти точные и необходимые вопросы. Как вы готовитесь к программе?

- Лена однажды была поражена тем, как ловко я расспросил одного из героев, вроде бы очень мало зная о нем. "Когда ты успел подготовиться?!" - "Да вот, за две минуты до встречи, пока ехал в лифте". Мы посмеялись, но если всерьез, то за неполные двадцать лет существования программы пришло понимание, что чрезмерная подготовленность делает не таким искренним твое внимание к собеседнику и к тому, о чем он рассказывает. Поэтому готовясь к программе, я не переусердствую, особенно с Интернетом. Публикуемая там информация часто недостоверна, и приведя какой-то несуществующий факт из биографии героя, ты можешь его обидеть. Гораздо правильней собственные проблемы, мечты, желания примерять к собеседнику. То есть идти от себя. За годы работы над программой я стал семейным, многодетным, и то, о чем я спрашиваю, волнует и меня самого. Я не придумываю вопросы, которые задаю. Эти вопросы проистекают из моей собственной жизни. Я их и себе адресую.

- Но есть же некие опорные вопросы, которые нельзя не задать.

- Есть. Семейная история не может не начаться с чего-то. И рассказывают эту историю ее непосредственные участники. Причем мужской и женский взгляды на одно и то же событие нередко разнятся. Запись программы мы обычно дарим нашим героям. Она будет храниться в их семейном архиве и пригодится потомкам. Не всегда дети знают, как познакомились папа и мама. Как много раз мы жалели, что не расспросили подробно бабушек и дедушек о том, кто же это запечатлен на старых семейных фотографиях. Нам остаются фотоальбомы дорогих людей, которых мы не знаем. В этом тоже важная роль программы - когда люди известные и вызывающие доверие делятся своей семейной историей, рассказывают о предках и таким образом восстанавливают связь времен. Дом, вещи, населяющие его, и то, в каком порядке эти вещи расставлены, - все это часть человеческого портрета. Я раньше думал, что жизнь - это цепь событий. Нет, это скорее "кольчуга", полотно из звеньев. Потянешь за одно звено - дернется все полотно. Поэтому любая тема, с какой ни начни, влечет за собой другую. И перейти от одной темы к другой можно одним шагом, если собеседник уверен, что ты его слушаешь и понимаешь.

- К некоторым героям вы возвращаетесь через три года, пять лет. Чем вызывается желание снова прийти в тот же дом?

- Разными переменами в жизни этой семьи. Скажем, родился еще один ребенок. Или хозяин дома приблизился к своему юбилею. Или семья переехала на новую квартиру. Само продление семейного непрерывного стажа на три-пять лет - тоже значимое событие. А кроме того, человек живет и, значит, не перестает думать. Его размышления на житейские темы важны для многих телезрителей. В какой бы ситуации ни оказался наш герой, у экрана всегда есть люди, находящиеся в подобной же ситуации. Опыт выхода из нее им интересен. У нас была программа с Риммой Марковой. Актриса рассказывала о трудном периоде в своей жизни, когда не было работы, и она находилась на грани отчаяния, даже подумывала уйти из жизни. Но сказала себе: "Проживи месяц. Страдая, переживая, но проживи, а через месяц делай что хочешь". За этот месяц произошли новые события, возникли иные обстоятельства, и повод продолжить жизнь появился. Бог знает, скольким людям Римма Маркова сохранила жизнь, рассказав эту историю.

"Я принципиально не интересуюсь размолвками, взаимными обидами, изменами..."

- Вы перевидали почти тысячу домов, где как будто бы все хорошо, без всякой червоточины. Скажите, все счастливые семьи действительно похожи друг на друга?

- В ноябре нашей программе исполнится двадцать лет. Все это время я обдумываю то, что мы делаем. "Пока все дома" перестала для меня быть просто программой, стала некоей жизненной философией. Так вот, скажу: да, все счастливые семьи счастливы одинаково, но избежать несчастий они сумели по-разному. И этот их опыт обхода подводных камней, чтобы семейная лодка не разбилась о быт, этот опыт бесценен. Сохранившиеся семьи - это победители. Их так же искушала судьба, так же испытывала на прочность со всех сторон, но они сумели уберечь свою семью от разрушения. Своим примером они доказывают, что счастливая жизнь возможна. Именно этим и возбуждают к себе интерес.

- Они в самом деле такие счастливые? Или немножко играют в счастливую семью? К ним приехала телегруппа, их покажут по телевизору... И какие бы скелеты ни таились в семейном шкафу, надо демонстрировать мир и согласие, излучать покой и благополучие. Это ведь не программа "Пусть говорят", где герои на глазах у миллионов телезрителей сладострастно перетряхивают грязное белье - свое и своих близких. Скажите, вы иногда ощущаете, что не всё в этом доме благополучно?

- У нас изначальный позитивный настрой. Мы идем в гости в крепкую, счастливую семью. Это установка. Если хозяева что-то не договаривают, это их право. Я принципиально не интересуюсь размолвками, взаимными обидами, изменами... Да, среди сотен показанных нами семей есть семьи, которые не сохранились, и семьи, созданные вновь. Но мы не считаем себя вправе выносить моральные приговоры, навешивать ярлыки... Перво-наперво мы соблюдаем интересы семьи, которая нам доверилась. Нередко герои говорят что-то такое, о чем по окончании съемки жалеют. И по их просьбе, иногда в ущерб программе, мы убираем какие-то вещи. Люди не должны пожалеть, что пустили нас в дом.

"Здесь все зависит от мастерства ведущего"

- Как вы думаете, имеет ли право вести эту программу человек, у которого пока не все дома?

- Это кто, например?

- Например, одинокий.

- Нет одиноких людей.

- Ну, бессемейный, скажем так.

- Семейный статус ведущего здесь не имеет никакого значения.

- А мне кажется, экран это проявит. У человека без семьи, особенно если это женщина, - другие глаза.

- Здесь все зависит от мастерства ведущего. Представьте себе человека, который голоден и очень любит поесть. Как он будет расспрашивать кулинара? Думаю, даже более ярко, чем тот, который сыт и тоже любит поесть. Все зависит от того, как это происходит. Мы ведь не изобрели эту тему. Ее нельзя ни изобрести, ни присвоить. Это интерес к людям. В данном случае - интерес к людям, связанным семейными узами. В какой-то момент мы поняли, что семейные истории, о которых у нас идет рассказ, - это не все, что мы можем. Ребенок, оказавшийся без семьи, наиболее остро был заметен на фоне семейного счастья, которое мы показывали. Мы подумали: поскольку наша аудитория очень большая, у этого ребенка появятся высокие шансы быть замеченным, а значит, принятым в семью. Так появилась рубрика "У вас будет ребенок". Она существует уже шесть лет.

- За это время сколько детей обрели приемных родителей?

- На сегодняшний день - 225. Практически все дети, которых мы показали, попали в семьи. Кроме того, стало меняться общественное мнение относительно тех детей, которые находятся в детских домах. И о людях, там работающих. И о семьях, которые принимают детей. Сейчас много шуму о несчастливо усыновленных детях. Рассказы о бесчеловечном обращении с детьми в приемных семьях переполняют нашу прессу. Понимают ли люди, которые вольно, а подчас и спекулятивно жонглируют этими темами, что после каждой такой публикации у сотен детей уменьшаются шансы быть устроенными. По опыту нашей программы я знаю: абсолютное большинство детей устраиваются в семьи благополучно и навсегда.

- По какому принципу вы отбираете детей для рубрики "У вас будет ребенок"?

- По рекомендации органов опеки. Наши собственные полномочия весьма ограничены. Но показ в программе "Пока все дома" многократно увеличивает шансы этих детей (при том что некоторые из них страдают серьезными заболеваниями) быть замеченными и принятыми в семью. Мы создали информационно-поисковую систему для усыновителей - видеопаспорт. Это 40-минутное тематическое видео о каждом ребенке. Предельно понятная, всесторонняя информация, которая для усыновителей бесценна. Мы сделали более полутора тысяч таких видеопаспортов. Сайт посетило около 600 тысяч человек. Там самые свежие цифры на сегодняшний день: сколько детей устроено, сколько документов оформляется... И любой человек может зайти на этот сайт, посмотреть видеопаспорт с подробнейшим рассказом о ребенке и инструкциями по сбору необходимых документов. Таким образом путь между человеком, пришедшим к мысли об усыновлении, и ребенком, нуждающимся в семье, значительно сокращается. Видеопаспорт позволяет заочно познакомиться с ребенком, никак его не травмируя, и принять единодушное решение: чтобы в семье все были "за". Видеопаспорт - на мой взгляд, лучший инструмент для устройства детей в приемные семьи. Посредством видеопаспорта устроены 938 детей, на 117 оформляются документы.

"Вреда родине как инженер я не принес"

- Вы учились в военном училище?

- Я учился в Московском энергетическом институте. А когда пришла пора служить в армии, меня взяли в вертолетное училище. Сдать туда экзамены и пройти по здоровью было очень непросто. Но для меня, студента МЭИ, отучившегося один курс, это не составило труда.

- Кого из вас готовили?

- Из нас готовили пилотов вертолета Ми-2. Не техников, а именно пилотов. И мы, совсем еще мальчишки, по два человека в вертолете, улетали за сотни километров от аэродрома, выполняли определенные задания, потом проверяли, на какой высоте мы летели, какие там были у нас виражи... Сейчас мне это страшно.

- Вы по специальности не работали после института?

- Ни одного дня. Вреда родине как инженер я не принес.

Елена Кизякова: "Это была любовь с первого взгляда"

Первая наша встреча произошла в "Останкино". Я тогда училась на последнем курсе. С большим любопытством следила за успехами Тимура. И в голове иногда проскакивала мысль, что повезет той женщине, которая станет его женой. Лет через пять мы встретились в коридоре телецентра, но снова не познакомились. Учитывая, что в телецентре 11 этажей и 20 тысяч сотрудников, шансов встретиться было немного. Но мы встретились. Это была любовь с первого взгляда. Он пригласил меня на чашку кофе, я отказалась. Сказала, что у меня есть муж, на что Тимур ответил: "Я не увожу чужую жену, а забираю свою". Он ухаживал красиво, я влюбилась в него без памяти. Вскоре я развелась, и вскоре мы с Тимуром сыграли свадьбу. В семье у нас патриархат. Это только на экране Тимур кажется мягким - в жизни последнее слово за ним.

Общество Семья и дети
Добавьте RG.RU 
в избранные источники