Новости

05.07.2012 00:39
Рубрика: В мире

От рыцарей до наших дней

Впервые за 200 с лишним лет визит в Россию наносит глава Мальтийского ордена
Князь и Великий Магистр Суверенного Мальтийского ордена Мэтью Фестинг посещает Россию впервые за 200 с лишним лет.

Накануне визита он дал эксклюзивное интервью первому заместителю генерального директора ИТАР-ТАСС Михаилу Гусману для "Российской газеты, ИТАР-ТАСС" и телеканала "Россия 24".

Вы являетесь прямым потомком сэра Адриана Фортескью - рыцаря, который погиб от пыток в XVI веке. Когда вы решили связать свою жизнь с Орденом? Почему вы приняли такое решение? И как вообще вы стали Великим Магистром?

Фестинг: Несколько моих предков, и по отцовской, и по материнской линии, были рыцарями Ордена - некоторые не на Мальте, а уже на Родосе. История моей семьи давно и неразрывно связана с историей Ордена. Впрочем, это же можно сказать и о многих рыцарях нашего Ордена. Мой отец, мой дядя и многие мои двоюродные братья тоже были рыцарями, как и я. Это наша семейная традиция.

Мальтийский орден не только один из старейших орденов Римской католической церкви. Но история знала и другие ордена, но они растворились в ней. Почему именно Мальтийский орден сохранил свою уникальность?

Фестинг: Изначально мы были созданы для того, чтобы помогать бедным и болящим. А другие ордена были созданы по разным другим причинам и с разными целями: служить храмам, защищать их, совершать подвиги и благие деяния во имя Господа. Например, Испанский орден был сосредоточен непосредственно на делах средневековой Испании. Тевтонский орден задуман для христианизации тех территорий, на которых ныне располагаются Польша, Словения и некоторые территории сопредельных государств. Кроме того, история таит в себе много удивительных загадок, и не всё в ней ясно нам, живущим в ХХI веке. Но к нам и нашему Ордену она, безусловно, была благосклонна, поэтому мы сейчас беседуем с вами.

Как складываются ваши отношения с Ватиканом? Все-таки Мальтийский орден - это часть римско-католической церкви.

Фестинг: Это очень и очень близкие отношения - по многим причинам. Прежде всего наш Орден - это религиозный рыцарский Орден Католической церкви. Поэтому на уровне веры и церкви мы, конечно же, должны были выстроить и поддерживать самые тесные отношения с нашим духовным покровителем - Католической церковью. Но это один уровень, есть и другие. Во-вторых, в ходе истории нам немыслимо "повезло осесть" именно тут, в Риме, где мы беседуем с вами. Наконец, в-третьих, посольство Ватикана тесно сотрудничает с нашим Орденом по самым разным вопросам.

Какова роль Римского Папы в жизни ордена сегодня?

Фестинг: Задолго до того, как ныне действующий Папа Римский был избран главой Священного Престола, он уже был другом нашего Ордена. Поэтому он отлично знаком со всеми тонкостями нашей истории и бытия, очень интересуется нашей деятельностью, и прежде всего связан с нами чисто человеческими узами. Но не стоит забывать и о том, что, по историческим причинам, наш Орден весьма широко представлен именно в Германии, а Папа Бенедикт XVI - немец, выходец из Баварии. Конечно же, это также объясняет его интерес к нам. Как вы видите, связи действительно тесные.

Насколько я знаю, по традиции 24 июня, в День рождества Иоанна Крестителя, вы, встречаетесь с Римским Папой, и такое торжественное событие, имеет специальную церемонию. Откуда пошла эта традиция? И ожидается ли ваша встреча в этом году?

Фестинг: Да, и эта церемония - предмет нашей особой гордости и имеет уже столетнюю историю. Прежде всего я посылаю главе Святого Престола краткое прошение о встрече, а потом, когда мы встречаемся, я даже не знаю, с чего начать разговор.

Но он очень чуткий и мудрый собеседник - и аудиенция сама по себе вливается в благое русло. Святой Отец неизменно интересуется успехами и дальнейшими планами нашего Ордена. Я понимаю, что это огромная честь - беседовать с таким человеком, иметь возможность обсудить с ним любой важный и нужный вопрос, просто испросить совета и приобщиться его мудрости. Очень отрадно и то, что Папа искренне заинтересован в наших делах. Это, повторюсь, чудесная традиция. Как вы, наверное, знаете, епископы Католической церкви могут видеть Папу, но они имеют аудиенцию у него раз в пять лет. А нам дарована честь видеть его ежегодно. Конечно же, это еще раз подчеркивает наше "тесное сотрудничество".

В чем состоит особый статут Мальтийского ордена?

Фестинг: Почти девятьсот лет назад Папа Римский Пасхалий II своей "папской буллой" учредил или, точнее, утвердил уже учрежденный до этого Орден. Это сделало Орден субъектом международного права - ведь тогда он располагался на территории Палестины. Затем, мы перебрались на Родос, а далее - на Мальту, которая и подарила нам свое имя, если можно так выразиться...

Таким образом, история преподала нам важный урок - не держаться за конкретный участок земли и осознавать, что мы - Орден, принадлежащий всей планете в одинаковой мере. К тому же как государство нас признает более ста стран. Весь мир фактически относится к нам как к субъекту международного права, не просто как к "государствоподобному образованию". Это в данном случае важнее всего.

В истории Мальтийского ордена был период, когда в его главе находился российский государь-император Павел I. Как вы оцениваете данный этап в истории Ордена?

Фестинг: Это был очень интересный эпизод, и мы фактически должны России, царю Павлу I. Тогда наступило очень трудное время, как для Ордена, так и для его Великого Магистра, Хомпеша, который был свергнут Наполеоном. Один человек по имени Лита, который был другом царя и являлся членом Ордена, убедил Павла I взять Орден под свою протекцию. Одной из причин, на мой взгляд, которая убедила императора пойти на этот шаг, являлось то, что это подходило России с военной точки зрения.

То, что произошло дальше - сложная история. Через некоторое время Павел I был убит, а четверо из его убийц были рыцарями Ордена. Немногим позднее, сын императора заявил, что хотя наша организация находится под его протекцией, он является не католиком, а православным. Кроме того, он женат и не давал обет безбрачия, так что он теперь уже не может быть Великим Магистром. Именно тогда Орден вернулся обратно под административный контроль Ватикана. Вскоре Баттиста Томмази стал первым Великим Магистром после российского периода.

В этом году отмечается двадцатилетие дипломатических отношений Мальтийского ордена и России. Какова ваша оценка отношений между Москвой и Мальтийским орденом? И что вы ждете от визита в нашу страну?

Фестинг: Сегодня у нас в России выполняется несколько небольших проектов, и, возможно, в результате нашего визита мы сможем их расширить. Это первое. А во-вторых, в связи с нашим общим периодом в прошлом, у нас появился определенный интерес в России, и, как вы знаете, в Кремле в следующем месяце будет выставка, посвященная истории Ордена. Это и есть основная причина моего приезда.

Убежден, что все такие контакты ведут к дальнейшему развитию отношений. Признаюсь, что мне стыдно, что я до сих пор ни разу не был в России, хотя я на самом деле этого очень хотел. Мы хотим посмотреть, как развивается жизнь в вашей стране. Я лично жду много от этого визита.

Мальтийский орден известен как один из крупнейших благотворителей в мире. Какие основные направления гуманитарной деятельности Ордена?

Фестинг: Фактически мы работаем в двух направлениях. Одно из них - профилактическое, а другое - реагирующее. У нас есть определенная специализация по ряду медицинских направлений. Это, к примеру, меры, принимаемые в бедных странах по борьбе с проказой и туберкулезом. Другая сторона вопроса состоит в реагировании и помощи на страшные трагедии, как например, на недавнее землетрясение на севере Италии.

Как происходит посвящение в рыцари Ордена? Кто может быть рыцарем?

Фестинг: Для этого нужно быть католиком. Это первое правило. И мужчины, и женщины могут стать членами Ордена. По существу, в основе работы Ордена находится наше желание привлечь как можно большее количество людей в свою работу. Например, каждый год мы проводим отборы. Мы поддерживаем любого, кто хочет к нам присоединиться, и считает, что может нам подойти. Это первое обстоятельство. Затем они наблюдают за нашей работой, а мы - за тем, что подготовили они, смотрим, что им нравится и т.д. Все начинается отсюда. На втором месте - семейный фактор. Много семей, которые я знаю, имеют преемственность поколений, состоя в членстве Ордена годами. В Риме я однажды беседовал с одним господином. По меньшей мере, 42 члена его семьи занимали старшие должности в Ордене начиная с 1500 года.

Какие вызовы современного мира для Мальтийского ордена являются наиболее опасными?

Фестинг: Прежде всего это экономический спад. Вторая проблема состоит в том, что мир - это комплексная сложная система, и на нас возлагаются большие требования. В мире есть нуждающиеся люди, которые живут в разных уголках планеты. Прежде всего, конечно, я имею в виду Африку. Проблема состоит также и в создании волонтерских организаций, которые мы представляем в самых разных странах, пытаясь скоординировать помощь богатых государств бедным. Именно координация такой помощи и является проблемой в меру того, что она очень децентрализована, построена на волонтерской основе, а также не оплачиваема. Суть того, что мы пытаемся сделать, состоит в координации доброй воли людей.

Вы сказали, что членом Мальтийского ордена могут быть и мужчины, и женщины. Но только в 1998 году, недавно впервые за почти тысячу лет статут дамы в Ордене был приравнен к статуту рыцаря в Ордене. Какие полномочия имеют сегодня дамы Ордена? И как дамы могут стать членами Мальтийского ордена?

Фестинг: Невозможно представить любую сферу без женщин, которые заняли свое место во всех видах деятельности. Они привносят эмоциональность, что очень важно, в нашей работе. Так это происходит сейчас, но история свидетельствует о том, что и раньше женщины занимали свое место в Ордене. Это для нас не ново. Но то, что происходит сейчас, в определенной степени отличается от того, что было в прошлом. Я точно не знаю, какое количество женщин есть среди наших членов, но оно колеблется от 20 до 30 процентов. И это очень важно, поскольку они привносят отличные от мужского аспекты видения различных вопросов. У нас есть послы Ордена - женщины, с этим нет сложностей. В мире ведь говорят о предоставлении равных рабочих возможностей для людей обоих полов, и мы, конечно, этого придерживаемся.

Каким вы представляете будущее Мальтийского ордена через 50, через 100 лет?

Фестинг: Что интересно, чем больше мы знаем об истории организации, тем больше понимаем, что история повторяется. Конечно, действия людей отличаются, но, если вы прочтете документы XIII-XIV веков, вы увидите, что у Великого Магистра были точно такие же проблемы, как и сегодня.

Я не вижу существенных причин для того, чтобы Орден значительно изменился. Безусловно, будут вещи, которые изменятся. Одной из особенностей сегодняшнего мира является то, что мы до недавнего времени были более евроцентричны, а сейчас мы имеем более интернациональный характер, что предполагает больше сложностей и возможностей.

300 лет назад практически все члены Ордена были открыто религиозными, они были принявшими постриг монахами, если хотите. С XVIII века правила стали более гуманными. Я стал рыцарем Ордена, когда мне было 28 лет, и я стал 29-м его рыцарем, а сейчас, я точно не помню, их примерно 70.

То есть за короткое время, пока я являюсь членом Ордена в течение примерно последних 35 лет, произошли эти фундаментальные изменения. Но основа Ордена в его религиозности, и в том, что он должен иметь религиозную основу.

Что такое, на ваш взгляд, власть вообще, и в чем состоит власть Великого Магистра?

Фестинг: Власть сама по себе ничто. В моем понимании она приобретает смысл, когда ею пользуются плохие или хорошие люди. Власть в руках диктатора - это очень опасная штука. Достаточно посмотреть на прошлый век, и увидеть последствия, которые ощутила ваша страна и остальная Европа. Поэтому использование власти является очень важным делом. И я бы сказал, что использование власти только ради ее использования является очень-очень опасным занятием.

Если мы говорим о власти Великого Магистра, ее абсолютно нет. Посмотрите, сколько подразделений у Папы Римского и сколько у нас. То есть с точки зрения временной физической власти я бы сказал, что у Великого Магистра на самом деле нет власти.

Хотя, конечно, я могу решать, во сколько у меня будет обед, но на этом моя власть заканчивается. Думаю, что из-за тех людей, с которыми у нас связи, власть неизбежно присутствует, есть влияние, это точно, мы имеем представительство в международных организациях и статус постоянного наблюдателя. И снова, не знаю, назовете ли вы это властью, но имеется определенное влияние. Если вы воспринимаете власть как возможность влияния, то да, возможно, может быть, у нас есть власть. Я считаю, что просто использование власти исключительно для ее использования - очень опасно.

Последние новости