Новости

11.10.2012 15:20
Рубрика: Культура

Три книги об Израиле

Дина Рубина. Вот идет Мессия!.. : роман. Екатеринбург, У-Фактория, 2002.

Когда писался этот роман, Дина Рубина еще не стала самым читаемым российским прозаиком. Она была достаточно известным писателем, переехавшим с семьей в Израиль. Этот переезд, эта семья и Известная писательница N стали одной из сюжетных линий романа. Героиня другой линии - сорокалетняя учительница музыки Зяма, выпускающая приложение к русскоязычной газете. Герой третий, связывающий и разъединяющий героинь, - это сам Израиль; страна обетованная, где русских евреев никто не ждал:

"Она поняла, что самим рождением - до самой смерти - обречена на сопровождение автоматчиками, и неважно куда - до расстрельной ли ямы, для охраны ли жизни. Что все кончено, все погибло, и вернуться некуда, и возвращаться нельзя…"

Среди жары, в чужой языковой среде, где люди зарабатывают на хлеб чем придется (учитель музыки издает политико-литературный журнал, а писательница моет по вечерам пол в офисах), где по ночам слышны пулеметные очереди, а сыновей забирают в армию, - только в этой стране они могут быть счастливы:

"Мальчик именно в таком костюме, именно с таким лицом - урод из антисемитского анекдота - сидел перед Зямой в иерусалимском автобусе номер тридцать шесть, следующем по маршруту Рамот-центр. <…>И таким спокойствием было исполнено это уродливое, рыжее, щуплое создание, таким безмятежным достоинством дышали все его жесты, что в тот момент Зяма испытала… счастье. Настоящее счастье при мысли, что этот мальчик родился и живет здесь".

В романе с незамысловатым сюжетом одним абзацем выражена философия целого народа:

"А твоя земля… Ты мог болтаться вдали от нее тысячу и две тысячи лет, но когда ты все-таки вернешься сюда из прекрасного города своего детства… она отверзает для тебя свое лоно и рожает тебе, и рожает - два раза в год… Ты не успеваешь снимать плоды с деревьев… А когда ты умираешь, она принимает тебя в последнее объятие и шепчет тебе слова кадиша - единсвенные слова, которые жаждет услышать твоя душа… Вот что такое эта земля - для тебя. И только для тебя… Для других она была камнем, бесчувственным камнем…"

Карен Армстронг. Иерусалим: один город, три религии. М. : Альпина нон-фикшн, 2012.

От книги с подзаголовком "Один город, три религии" ожидаешь интересного культурологического исследования. Представьте мое разочарование, когда под обложкой я нашла подробный и честный учебник по истории Иерусалима "с древнейших времен до наших дней". Сион. Город Давидов. Город Иудин. Антиохия Иудейская. Эпоха крестоносцев... - имена, даты и выдержки из документов "будут интересны всем, кто интересуется подробной историей Иерусалима" и способен продраться сквозь сухое научное изложение (не знаю, на кого грешить - на британку Карен Армстронг или ее переводчика). Не знаю, есть ли в израильских школах предмет "История отечества" (наверное - есть) - но книга Карен Армстронг станет замечательным учебным пособием.

Александр Иличевский. Город заката: травелог. М. : Астрель, 2012.

Когда говоришь об Александре Иличевском, букероносце и лауреате "Большой книги", самое сложное - определить, прозаик он или поэт. Роман "Перс" - проза поэта или сборник "Ослиная челюсть" - стихотворения прозаика?

Книга "Город заката" написана, безусловно, поэтом:

"На набережной толстяк украдкой шевелит джойстик радиоуправляемой машинки, и кажется, что она едет сама по себе, согласно темпу движения толпы и появления препятствий, как самостоятельно разумное огромное насекомое. Вся набережная, как палуба, застлана досками: дети на роликах и самокатах, не больно падать. Выражение лиц их родителей - невиданной витальности: хозяева жизни - в своей стране, в своем времени; ни грана самодовольства, полная расслабленность".

Структура книги достаточно традиционна для нон-фикшн: заглавное эссе на полкниги и дюжина эскизов к ней. По их прочтении понимаешь, что перед нами скорее записные книжки Иличевского: тут и стихи из сборника "Ослиная челюсть", и сюжеты, собранные когда-то для романов "Мистер нефть, друг":

"Главное - то наследство, которое мне лично отправил прадед, сойдя в 1920 году с "Seyo Maru”, когда указал то ли в шутку, то ли всерьез (в графе о родственниках или друзьях в США): Mr. M. Neft; ибо именно так - "Нефть" - я назвал двенадцать лет назад свой первый небольшой роман".

или "Математик":

"На фестивале "Яна-Хойя" Хал устраивал живые картины. Гримировал и одевал добровольцев для изображения "Ночного дозора" и "Сдачи Бреды". Акции Хала пользовались успехом. Под его руководством актеры вживались в исторический фон и суть изображаемого художественного явления".

Несмотря на мозаичность, а скорее благодаря ей, книга получилась яркая и удивительно объемно передающая атмосферу Иерусалима - и вызывающая желание немедленное туда поехать.

Едва ли эту книгу-травелог можно использовать как путеводитель - все-таки она написана поэтом. А вот если вы любитель взять с собой в путешествие почитать что-то для настроения - Иерусалим без "Города заката" много потеряет.

Культура Литература Три книги о... Гид-парк