Новости

27.12.2012 00:09
Рубрика: Культура

Раз в году помечтать

Владимир Мишуков показал новый проект "Если бы я был..."
Среди сокровищ, которые мне доставались в свой черед от двоюродных братьев и сестер, была тоненькая книжка Александра Раскина с чьими-то творческими каракулями поверх названия "Как папа был маленьким…". Как только жизнь казалась бесповоротно проигранной, стоило достать рассказы Раскина, чтобы убедиться, что и у других в детстве терялись мячики, вырезались аденоиды, их тоже пытались учить музыке (при блистательном отсутствии слуха!)… Словом, испытания выпадали на долю каждого. Неудивительно, что в горькие минуты несправедливости, когда человека укладывают спать, пока человечество еще бодрствует, выключают телевизор, предлагая вместо этого выучить уроки, грозят отобрать ipad - навсегда! - в голове сама собой является мысль: вот когда вырасту, то…

Фотограф Владимир Мишуков предложил 27 своим героям - а им от 3 до 11 лет - реализовать свои фантазии. Примерить платье мамы или пиджак папы, почувствовать себя взрослым и сообщить если не городу и миру, то ему, профессионалу с "Лейкой", чем он (она) занялись бы, если бы были папой (мамой)… Через двадцать лет, это, можно сказать, готовый фотографический сиквел книжки Раскина. Почти машина времени. Но и вне футурологического контекста новый проект Мишукова, сделанный при поддержке Leica Camera Russia и опробованный в выставочном пространстве "Тройка. Multispace" на Яузской улице, интересен.

Начать хотя бы с точки зрения. Точнее - точки съемки. Казалось бы, пустяк - фотограф устанавливает камеру так, чтобы она была на уровне глаз персонажа. Иначе говоря, тут нет как снисходительных ракурсов - сверху вниз, так и  обожающих, превращающих ребенка в монумент самому себе - снизу вверх. Ни взрослой снисходительности, ни сюсюканья - фотограф предлагает нам разговор с детством на равных, глаза в глаза. Более того. Ему удается сохранить в фотографии обе точки зрения - взрослую, родительскую, и детскую. При этом родители, в отличие от предыдущего проекта Мишукова "Культ семьи", где дети снимались вместе с папами и мамами, в кадр не попадают. Там неуловимые или явственные черты семейного сходства, как и сдержанность или привязанность друг к другу, проступали в позах, выражениях лиц, жестах. Здесь возможности этого диалога вроде бы нет. Но фотограф снимает детей в привычной им домашней обстановке и в нарядах родителей. В результате они все равно оказываются внутри "кокона" родительского мира.

Тут, наверное, надо сделать одну оговорку. Для автора социальный "каркас" портрета в этом случае был не очень важен - опять же, в отличие от снимков, вошедших в "Культ семьи". Там, с одной стороны, семейная жизнь и любовь к детям представала тем опытом, который объединяет людей из очень разных слоев общества, а с другой - фотографии как раз и демонстрировали диапазон этих слоев. Снимки семей артистов и пенсионеров, милиционера и депутата, водопроводчика и верстальщика, психолога и механика ксерокса, сделанные в их квартирах, демонстрировали разный достаток и разную степень открытости, и профессия главы семейства, указанная в названии фото, служила вроде социального маркера. Идея тогда была, как мне кажется, в том, чтобы совместить приватный образ человека и социальный, публичный. Семейный портрет для этой цели как нельзя лучше подходил.

Но в нынешней серии под условным названием "Если бы я был папой…" значение внешнего, социального образа взрослых уходит на задний план. Нет, конечно, кто-то из детей снимается рядом с новеньким кожаным диваном в папином кабинете, кто-то - рядом с раскрытым старинным пианино с подсвечниками, а у кого-то сбоку явно стол в мастерской художника. Но для ребенка это в любом случае внешний мир, ставший частью его личного мира, но - внешний. Тот, в котором он обустраивает свое собственное пространство - игры, фантазий, представлений о будущем, реальности и чудесах. Дети играют в "пап" и "мам", а родители имеют возможность не только увидеть себя "маленькими", но и заглянуть в потерянный мир чудес. Фотография тут похожа на дверку, приоткрывающая неожиданный фантастический мир игры и детства.  И отношения между обычной реальностью и игрой, фантазией - и есть главный сюжет новой серии Мишукова.

Как выясняется, между ними  вовсе нет непроходимой стены. 4-летняя София, подробно объясняет свои занятия, в случае "если бы она была мамой", не забывая приготовление картофельного супа и суфле и шитье платья…  А завершает этот ряд на зависть взрослым: "Еще читала бы буквы и летала бы на волшебном ковре". Тема полета, кстати, владеет многими. Саша, 4-х лет, например, говорит, что он "был бы настоящим папой-великаном и летал, потому что превратился бы в ракету". Его ровесник Степан согласен на то, чтобы доедать все в тарелке, потому что дальше он "зажигал бы петарды, залезал бы на дерево". Еще приятнее, что волшебный мир свободы, где все делают, что хотят, не исчезает и после пары-тройки лет в школе. Мария, 9 лет, снятая с неразлучным ipad’ом, заметила, что она точно не гладила бы белье, не стирала, не мыла посуду, не ходила бы на работу: "Все это за меня делал бы мой робот". И кто знает, может, так и будет.

В общем, народ как-то быстро догадывается, что "ребенком быть лучше, потому что взрослые какие-то серьезные и неинтересные". Счастливые люди, у них еще есть выбор. В отличие от нас. Но раз в году, под Новый год, можно и помечтать. О том, что бы мы сделали, если бы были маленькими… Может, подумать об идее Лео, который сказал, что, будучи папой, он бы жил и шевелился? 

Культура Арт Фотография Филиалы РГ Столица ЦФО Москва Выставки с Жанной Васильевой РГ-Фото Гид-парк
Добавьте RG.RU 
в избранные источники