Новости

11.02.2013 00:05
Рубрика: Культура

Тропы мести и смерти

Берлинский фестиваль показал первые фильмы конкурса
Вопреки ожиданиям, первые два дня Берлинского фестиваля не принесли сенсаций. Даже имена, казавшиеся "верняковыми", скорее разочаровали, чем воодушевили.

Конечно, все ждали заключительную часть трилогии Ульриха Зайдля про варианты земного "рая". Первая часть - о любви немолодой австриячки Терезы на пляжах Кении и вторая - о том, что делает с человеком истовая вера, бомбами прозвучали в Канне и Венеции и заставляли ждать мощного итогового удара в третьей. Но Зайдль ограничился забавными вариациями на темы неистовой мечты всех толстушек земли волшебным образом похудеть. А еще это как бы вариант набоковской "Лолиты": тринадцатилетняя Мелания мается в спецпансионе для худеющих и по ходу дела влюбляется в стареющего, но все еще плотоядного доктора. Доктору и хочется, и колется - это зеркально отражает ситуацию самого режиссера: и хочется снять что-то еще столь же храброе, и на горизонте маячит упрек в педофилии. И шарик, который надувался так бойко, так же бойко и сдулся. Тем не менее в рейтинге критиков фильм пока занял высшее место - получил полновесную двойку.

Если судить по рейтингу, все остальное - хуже. Это не совсем так. Картина Гаса Ван Сэнта "Земля обетованная" до появления российского фильма была в конкурсе самой серьезной и профессионально сильной. Ее тема связана с фрэкингом - методом добычи природного газа, который широко применяется в США. Мэтт Дэймон играет Стива, агента газовой компании "Глобал", которая осваивает не тронутые индустрией территории американской глубинки. Местные жители сопротивляются: газ - значит химия, химия - значит мертвая земля. Стив и его сотрудница (ее блистательно играет Фрэнсис Макдорманд) пытаются их убеждать, соблазнять хорошими заработками, даже подкупить активистов, но и этот подкуп идет на оплату плакатов: "Глобал, отправляйся домой!".

Для новорусского кино, пожалуй, удивительно, с какой искренней заинтересованностью пишут этот сценарий Мэтт Дэймон и его соавтор, актер Джон Красинский. И как социальный нерв фильма может быть движущей силой и источником нешуточного саспенса. И с какой уверенностью фильм, адресованный массовой аудитории, рассчитывает на ее ответный отклик, общественную активность и способность принимать проблему своего края как свою собственную.

Но столь неподъемные моральные проблемы не по зубам малолетним посетителям мультиплексов: в Америке фильм идет плохо. Стоивший в производства 18 миллионов долларов, он за два месяца проката сумел собрать только 7,6 миллиона. Как заявил журналистам Мэтт Дэймон, сегодня кино адресуется тринадцатилетним, и это его удручает: высказывание актуальное и предельно искреннее - повисает в воздухе. Между тем злополучный фрэкинг стал одной из острейших проблем американской энергетики и - естественно - экологии. С одной стороны, страна хочет стать независимой от посторонних источников энергии, с другой, так она и губит свою уникальную природу.

Вопреки ожиданиям, первые два дня Берлинского фестиваля не принесли сенсаций

Природа стала одним из главных героев социальной драмы Бориса Хлебникова "Долгая счастливая жизнь", показанной в субботу. Источник сюжета - фильм Фреда Циннеманна "Ровно в полдень". Героя в его войне с облеченными властью бандитами предают соратники, и он, по всем канонам американского кино, выходит на тропу мести в одиночку - уже в реалиях современной российской жизни. Фильм снимался в деревне под Мурманском среди невероятно мощной, гулкой, динамичной природы. Природа - "положительный герой" фильма: она живет своей отдельной жизнью и трагически оттеняет вялодушие, бесхребетность людей. Смысл картины, как я его ощущаю, - довольно печальные итоги эволюции русского национального характера: от "шапками закидаем" до позорного бегства с поля боя еще до его начала. Фильм более чем актуален в контексте вечных проблем того, что в России зовут оппозицией: он исчерпывающе отвечает на вопрос, почему ее нет, а при такой ментальности - и быть не может.

На пресс-конференции съемочной группы ажиотажа не было: интерес к фильму умеренный. Кроме продюсеров, участвовали Хлебников, актриса Анна Котова и оператор Павел Костомаров. Журналистов заинтересовало название: почему "Долгая счастливая жизнь", если, по фильму, она короткая и несчастливая? С этим режиссер не согласился и напомнил о существовании такого зверя, как ирония. Спросили о родственном, как показалось, фильме Сергея Лозницы "Счастье мое" - в названии тоже обозначено счастье, когда кругом - несчастье. Хлебников энергично протестовал: с его точки зрения, фильм Лозницы - о людях, которые режиссера пугают, "а наш фильм - о людях, которых мы понимаем и которых любим".

Как рассказал Хлебников, по мере того как съемочная группа удалялась от Москвы с ее обильнымм магазинами, перед нею открывались печальные картины глубинной России: заброшенные деревни, земли, у которых нет хозяев и будущего. Интересная деталь: звукорежиссер фильма не был на съемках в деревне и потом заполнил саундтрек "деревенскими звуками" из фонотеки: мычанием коров, кудахтаньем кур, гоготом гусей... "Слушаю - что-то не то! - рассказывает Хлебников. - Совсем не тот звуковой фон, который сопровождал там нашу жизнь. Убрали всю эту живность из фонограммы - сразу стало похоже. В российской деревне ничего этого давно уже нет - она мертва".

Величественными кадрами невозмутимо текущих вод заканчивается российский фильм. Ими же началась немецкая конкурсная картина "Золото". И снова мощная, живущая самостоятельной жизнью, равнодушная к людям природа - но уже не российского, а канадского севера. Режиссер Томас Арслан снял по собственному сценарию историю переселенцев из Германии, которые в XIX веке, влекомые легендами о великом американском обогащении, отправились к реке Клондайк мыть золото.

Весь фильм - это их путь по безлюдным местам "края света", как назвал этот дикий угол земли один из персонажей. Путь бесконечный и монотонный, выбивающий путников из седла - одного за другим. Вот уже остались только трое, вот уже и двое, и вся эта мучительная одиссея напоминает охоту за миражом - безнадежную и бессмысленную. Жажда обогащения убивает героев - единственная метафора, которая вызревает в ходе нелегкого для зрителей кинопутешествия. Его самый шоковый момент - это подробный, с хорошим звуком показанный процесс ампутации человеческой ноги без наркоза, пилой по живому.

Тропа смерти закончилась сдержанными аплодисментами и весьма отчетливым свистом в зале.

Культура Кино и ТВ Мировое кино Культура Кино и ТВ Наше кино 63-й Берлинский кинофестиваль