Новости

01.04.2013 00:05
Рубрика: Культура

Театральные страдания

Текст: Андрей Максимов (писатель, член Академии Российского телевидения)
Театральные страдания - они разные, но они всегда есть. Спектакль трудно поставить. Это всегда огромная и тяжелая работа.

И когда я сравниваю спектакли, я ни в коей мере не хочу сказать, что этот, мол, лучше, а этот поплоше будет. Все старались. Просто один такой, другой сякой. Один мне ближе. Другой от меня подальше будет. Не в конкретных оценках спектаклей дело. А в тенденциях, которые вдруг столь явно проявились.

Так получилось - случайно, в общем, - что я посмотрел две относительно недавние премьеры. Два громких спектакля. Два абсолютно разных театральных мира.

Приехали друзья из Тель-Авива. Попросили сводить их на хорошие спектакли. Я и повел.

Театр Вахтангова. "Пристань". Режиссер Римас Туминас.

МХТ имени Чехова. "Зойкина квартира". Режиссер Кирилл Серебренников.

И там, и там - переполненный зал. Значит, и тот, и другой театральные миры востребованы. Но какие же они разные!

Спектакль Туминаса состоит из нескольких театральных новелл, в каждой из которых солирует звезда вахтанговской сцены. Про "Пристань" много писали, повторяться не будем.

Что меня поразило? Туминас по-настоящему растворяется в актерах. Его как бы нет. Он не навязывает себя. Его истоки - у Эфроса и Товстоногова. Когда театральное полотно сшито без белых ниток. Когда вообще непонятно: как это сделано. Когда просто не думаешь об этом. Не до анализа тебе - тут бы чтобы сердце от восторга не лопнуло.

"Пристань" - такой океан, который накрывает с головой, ты плаваешь в нем и сходишь с ума от восторга. Ты не зритель, а соучастник происходящих событий. Ты не оцениваешь их, ты - внутри. Ты рядом. Ты вместе.

Такая режиссура существует как бы вне времени и потому особенно этому времени необходима. Режиссура Туминаса требует от нас того душевного соучастия, которого сегодня не требует ничто: ни телевидение, ни кино, ни литература.

То, что в спектакле Туминаса блестяще играют звезды, понятно. Но у него поразительно сыгран любой эпизод, никто не выпадает, все вместе - удивительный ансамбль.

Спектакль "Пристань" про то, как мучительно интересен человек. Именно мучительно. И именно интересен. И именно поэтому этот спектакль про каждого из нас. Про любого, кому мучительно интересно выстраивать отношения с самим собой и с миром.

Спектакль Серебренникова про нас потому, например, что один из героев носит футболку с портретом президента. И потому еще, что Серебренников занимается тем, чем занимаются сейчас все: он нас развлекает. Он боится, что мы заскучаем, поэтому пьеса Булгакова щедро разбавлена песнями: что, по мнению режиссера, не дописал Булгаков, то за него договорили авторы песен Игорь Иртеньев и Владислав Маленко. К песням претензии есть? Нет.

Большинство телесериалов созданы в жанре театра дель арте: вместо глубоких, противоречивых, неясных характеров - маски

Вообще претензий нет. Спектакль МХТ - это образец современной режиссуры. Берется некая пьеса (в сущности, не важно какая) и на ее основе созидается действо, способное развлекать зрителя. Хорошие актеры играют хорошо. Актеры похуже играют похуже. При этом все очень громко кричат: так в современном театре передается актерская энергия.

Современного режиссера зритель волнует гораздо больше, чем собственно действо. Он более всего озабочен тем, чтобы зритель, не приведи господи, не заскучал. Театр перестает быть тонкой материей. Он созидается грубо и зримо.

Это плохо? Это не плохо и не хорошо - это так. Так со сцены исчезают живые, мучающиеся люди - появляются маски, которые кружат перед нами свой карнавал.

Как ни парадоксально, но театр дель арте сегодня стал очень популярен и востребован. В сущности, подавляющее большинство телесериалов созданы в жанре театра дель арте: вместо глубоких, противоречивых, неясных характеров - маски. Вот плохой герой, вот хороший, вот друг хорошего героя, вот друг плохого. Одна, две, три краски - и человек готов!

Собственно, модные нынче переделки великих пьес (когда, скажем, героев Гоголя одевают в современные кожаные пальто) направлены, в сущности, на то, чтобы сделать героев проще. Нынешний зритель не готов разбираться в лабиринтах человеческого характера...

Режиссеры - не яблоки, чтобы их сравнивать: кто вкусней, а кто червивей. Просто Туминас и Серебренников играют в разные игры. Создают совершенно разные театры, и у того, и у другого есть свои поклонники и свои зрители.

Театр - это искусство, которое противостоит тому, что происходит вокруг или подчиняется происходящему? Театр должен тянуть своего зрителя из привычной обыденности, то есть заставлять его душу работать? Или просто предоставлять отдых после трудного дня? И если у развития театра есть некая столбовая дорога, то она куда ведет и откуда выводит? Разве есть тут один ответ?

Когда я смотрел "Пристань", меня не покидало ощущение: вот театр, который мы теряем, который уходит от нас. И даже нельзя сказать, что Туминас задает некую планку - когда режиссеры играют в разные игры, то у них и планки разные.

"Зойкина квартира" - это театр, который приходит на смену. Новое всегда безжалостно ломает старое.

И все-таки я рад, что в театре Вахтангова меня поставили в очередь на конец апреля, когда обещают позвать на "Евгения Онегина" Туминаса. Проданы не только все билеты, но заняты и все пригласительные! Я подожду. И пойду к Туминасу. Мне нравится ходить именно сюда. Никому не навязываю. Глубоко субъективно...

Культура Театр Драматический театр Колонка Андрея Максимова