Новости

24.05.2013 00:13
Рубрика: Культура

Скромное обаяние фактов

История фотографии Валерия Стигнеева читается как захватывающая драма
Этот плотно написанный и крепко сделанный труд известного историка фотографии Валерия Стигнеева обещает стать настольной книгой для тех, кому интересны перипетии судеб мастеров светописи, репортеров, драмы, происходившие в Русском фотографическом обществе (РФО) или страсти вокруг группы "Октябрь".

На первый взгляд предельно сдержанная, почти суховатая, эта книга обладает энергией плотно спрессованной "литературы факта". Так когда-то назывался "первый сборник материалов работников ЛЕФа", вышедший в 1929-м. Не то чтобы Стигнеев вслед на "лефовцами" мог повторить: "Мы - против литературы вымысла, именуемой беллетристикой; мы - за примат литературы факта". Но он явно за исследование, основанное прежде всего на фактах. И он умеет их добывать, извлекая из архивов и старых журналов, из воспоминаний и в библиотечной пыли. Он (хоть и не поэт!) изводит единого слова ради тысячи тонн словесной руды.


История про фотографию Сергея Есенина Николая Свищева-Паолы здесь наверняка тоже найдется. Фото:Николай Свищев-Паола

В его книге нет шлака, зато много бесценных деталей, точных подробностей. Вроде ошеломляющей находки, сделанный им в РГАЛИ, где он обнаружил записку Надежды Аллилуевой к фотографу Николаю Свищеву-Паоле. Записка была сугубо деловая: заходила в студию, но его не застала, ждет от него подборки фотографий для своей работы в Горной академии. Но Стигнеев упоминает о сведениях, что фотограф снимал и портреты в ее семье. А отправной точкой поиска был вроде бы простой вопрос: почему на выставке мастеров советского фотоискусства в 1935 году не оказалось ни одного портрета, сделанного Николаем Свищевым-Паолой? Его вывод осторожен: "Можно предположить, что после самоубийства [Аллилуевой]... портретные негативы были у него изъяты, и, может быть, эти обстоятельства повлияли на решение инстанций о его участии в выставке".

Это умение задавать вопросы, видеть "зазоры" нестыковок само по себе требует основательной эрудиции и незаурядного знания материала. Но он умеет не только находить ответы на вопросы (в том числе не заданные до него никем). Стигнеев обладает умением чувствовать драматургию эпохи.

Как ни странно, его вполне академический труд временами читается как захватывающая драма Театра Doc. Стигнеев умеет порадовать читателя убойными цитатами и эффектными пассажами.

Собственно, из этой драматургии, написанной временем, из золотников фактов, складываются на редкость выразительные портреты отечественных фотографов. Например, портрет Сергея Лобовикова, умершего от голода в блокадном Ленинграде. Перед отъездом из родной Вятки в 1934-м он вынужден был уничтожить 60 000 (!) негативов из фонда, накопившегося за 30 лет работы.

Отлично подбранные иллюстрации, хорошая печать и строгий макет делают это издание удачей и автора, и издательства.

Валерий Стигнеев "От пикториализма к фоторепортажу. Очерки истории отечественной фотографии 1900-1950" - М. : ГИИ, Арт Бридж. 2013. - 256 с.