Новости

22.07.2013 00:25
Рубрика: Общество

Последний звонок

В конце концов взгляд мой остановился на одном предмете и замер
Я приехал на венецианское кладбище Сан-Микеле с цветами для Бродского и Петра Вайля. Уже шел обратно к пристани вапоретто (водного трамвайчика), когда подумал, что надо бы зайти в церковь и поискать захоронение Паоло Сарпи, человека великой культуры, обыкновенного монаха, стоявшего, однако, у истоков Возрождения, смело противостоявшего религиозному мракобесию и верившего больше в научные знания, нежели в идею Создателя. Он, между прочим, помогал Галилею конструировать телескоп и демонстрировать его в Венеции местной знати. Ну это так, кстати.

Фото:Юрий Лепский

Так вот, я искал могилу Сарпи. В какой-то момент ноги вывели меня на церковный двор с неизменным каменным колодцем в центре и замкнутым каре арок, образующих тенистые галереи вокруг площади. Пол и стены галерей состояли из мраморных плит с полустертыми именами похороненных здесь людей. Идти по этим плитам было как-то неловко и я стал искать взглядом менее кощунственный путь. В конце концов взгляд мой остановился на одном предмете и замер.

Рядом с могильной плитой висел таксофон. Как и таксофоном в городе, им можно было бы воспользоваться для звонка в Венецию или в другое место Италии, а может быть, даже и за ее пределы. Но этот одинокий таксофон на погосте наводил на другие мысли и поощрял смелые фантазии...

Движимый именно последним, я подошел, снял трубку и опустил куда надо монету. Некоторое время трубка молчала, но потом в ней раздались частые сигналы. Занято! Ничто в моей жизни с такой неотвратимостью и убедительностью не свидетельствовало о бессмертии души, как те короткие гудки.

Интересно, что многим людям во многих интервью я задавал этот вопрос: "Если бы у вас была возможность позвонить любому из ушедших уже людей, кому бы вы позвонили и что сказали бы?".

Тонино Гуэрра сказал, что позвонил бы матери, потому что он чувствует не до конца исполненный сыновний долг. Великий журналист Инна Руденко ответила так: "Мужу. Он погиб трагически, внезапно. Что сказала бы - это не для газеты. А спросила бы, был ли он так счастлив со мной, как я с ним?". Давний друг Иосифа Бродского Людмила Штерн : "Ося, ты как-то сказал, что рай - это тупик, из которого некуда стремиться. Ты и сейчас так думаешь?" Еще один друг Бродского Кейс Верхейл ответил так: "Мне не нужен номер его телефона, поскольку я говорю с ним уже несколько лет подряд. Мы встречаемся минимум раз в неделю. Это происходит в моих снах, повторяющихся с удивительным постоянством. Мы встречаемся не в России, может быть, в Париже или в Риме, или в Амстердаме... Мы разговариваем. Причем и я, и он знаем, что он умер, что его уже нет. Но это никак не мешает нашей беседе, дело даже не в содержании этих снов. Главное - это сам процесс общения... Когда я просыпаюсь, то прекрасно помню его лицо, его настроение, выражение его глаз, жесты, мимику, я слышу его голос. Но вот о чем мы с ним говорили - не помню. Напрягаю память, пытаюсь уловить какие-то детали разговора, но - тщетно. И я говорю себе: ну ничего, до следующей встречи осталось немного...".

Вы спросите, кому позвонил я и по какому номеру? Не скажу.

Общество Ежедневник Образ жизни Сохранить как...