Новости

02.09.2013 20:29
Рубрика: Культура

Венецианский фестиваль показал кино с театральным акцентом

Каталог экзотических извивов человеческой психики, на наших глазах создаваемый 70-м Венецианским кинофестивалем, пополнился садомазохистскими утехами. Напомню, что за эти дни мы уже насладились геронтофилией, некрофилией, инцестом и педофилией.

Теперь свой вклад внес enfant terrible молодого канадского кино 24-летний ветеран фестивального движения Ксавье Долан, ставший желанным участником крупнейших киноконкурсов прямо с дебютного фильма "Я убил свою маму". Он привез свой четвертый  труд под названием "Том на ферме".

У Тома (его играет сам Ксавье Долан) умер бойфренд, и он едет из Монреаля на дальнюю ферму сказать на похоронах прощальное слово. И становится невольным участником "святой лжи" - мифа, который тщательно возводит брат умершего Фрэнсис для его убитой горем матери. Фрэнсис хочет создать у нее представление о совсем иной, никогда не существовавшей жизни покойного - что у того была любимая девушка, и были самые серьезные намерения создать здоровую фермерскую семью. Понятно, что Том одним своим появлением грозит разрушить хрупкую конструкцию, и Фрэнсис встречает его с максимальной агрессией.

Фильм снят по театральной пьесе Мишеля Бушара, которую Долан увидел на сцене и загорелся идеей экранизировать. Пришлось помучиться над переделкой пьесы, чтобы вывести действие из трех-четырех замкнутых интерьеров на кинематографические просторы, - появились роскошные пейзажи квебекской провинции с ее нескончаемыми полями, редкими фермами и придорожными закусочными. Однако, театральность, причем дурная, все равно дает себя знать в монологах - эффектных, накаленных, но на экране отдающих ненатуральностью. А главное - в чрезмерно крутом навороте событий, который обрушивается на зрителей с энергией Ниагары и начинает вызывать в зале смех. Фрэнсис, крепкий агрессивный фермер, вдруг идет по стопам умершего брата, и его яростные схватки с Томом плавно переходят в садомазохистские страсти. Он даже танцует с бывшим братниным любовником знойное танго в коровнике, мать становится тому нечаянной свидетельницей, и пароксизмы "святой лжи" вскипают с новой силой, предвещая еще не одну Ниагару. Для театра концентрат жизни - норма, в кино такое нагромождение условностей действительно кажется смешным. А впереди еще появление эксцентричной особы - мифической "девушки умершего". И накаленные, опять-таки чисто театральные коллизии с ее участием. И как бы случайный разговор в привокзальном кафе, где бармен по-театральному охотно откроет Тому завесу страшной тайны - весьма вовремя, ибо скоро пора давать занавес.

Получился странный триллер, в котором от перенасыщенности страстями люди смеются. Долан - несомненно одаренный режиссер: умеет создать атмосферу саспенса, хорошо дирижирует зрительскими эмоциями при помощи закадровой музыки. Но менее умело дирижирует собственными амбициями - в частности, при выборе материала. И не чувствует, как быстро накапливаются в его фильме фальшивые ноты, как водопад фабульных условностей не выдерживает поверки кинематографом и подрывает доверие ко всему предприятию.

Перехвалили, однако…

Культура Кино и ТВ Мировое кино 70-й Венецианский кинофестиваль Гид-парк
Добавьте RG.RU 
в избранные источники