Новости

04.10.2013 00:50
Рубрика: Экономика

От кого защитит Медведев?

Финансовый омбудсмен принимает сигналы SOS
Закона о финансовом омбудсмене, как уже писала "РГ", у нас до сих пор нет. Зато только в прошлом году в приемную этого общественного примирителя на финансовом рынке обратились более 7 тысяч человек. Это все сигналы SOS от людей, которые оказались в сложной ситуации - обычно из-за банковских кредитов.

Павел Медведев, занимающий пост финансового омбудсмена, им помогает. Он, конечно, не может сделать так, чтобы банкиры списывали долги всем подряд. Но если, например, брал кредит здоровый, нормально зарабатывающий человек, а случилось несчастье - потерял заемщик здоровье, а потом и работу, финансовый омбудсмен вмешивается, разруливает ситуацию. Банкиры отказывают редко. В том числе и потому, что многие из них - бывшие ученики Медведева (см. справку "РГ"), и доверяют ему, как себе.

Получается, банкиры, прощая долги, действуют себе в убыток, Павел Алексеевич?

Павел Медведев: Я вам расскажу такой случай. Как-то на совещание Совета при финансовом омбудсмене пришел банкир. И принес пачку исписанных бумаг.

На них он проанализировал работу по взысканию долгов до создания института омбудсмена и после. И вот что получилось. До появления омбудсмена банк по всем невозвращенным долгам обращался в суд, нанимал адвоката, платил ему деньги. Адвокат суд, как правило, выигрывает - банк же требует по закону, чужих денег не хочет. Потом к должнику приходят исполнители, судебные приставы. Но их обычно тоже надо еще поощрить неформально, чтоб дело двигалось. Потому что подавляющее большинство долгов - небольшие, а должники люди небогатые. И получить с них почти ничего не удается. Для банка в итоге одни затраты.

А когда начал работать омбудсмен, как вопросы решаются?

Павел Медведев: Банк на всех своих бумагах, которые рассылает гражданам, пишет: "Уважаемый заемщик, если у вас есть какие-то претензии, жалобы, вопросы, вы можете обратиться в банк, а можете - к финансовому омбудсмену". И тогда стал банкир подсчитывать, когда он больше теряет - при возврате долгов через суд или когда договаривается через финансового омбудсмена, оказалось, что во втором случае потери в разы меньше. Он даже афоризм придумал: "Лучше с финансовым омбудсменом потерять, чем в суде найти".

В каких случаях люди к вам могут обратиться? Есть ли ограничения по сумме долга?

Павел Медведев: В нашем регламенте есть ограничение, по-моему, 300 тысяч. Но мы ни разу на нем не споткнулись, потому что, если говорить о кредитах, то никто не просит простить весь долг.

Правда, даже если бы граждане и просили оказать содействие в отсрочке или прощении большей суммы, для нас это не было бы препятствием. Ведь пока нет закона, финансовый омбудсмен тоже только просит. А попросить можно за любую сумму, почему бы нет. Типичное обращение такое: кредит был взят небольшой, несколько десятков тысяч. А долг набежал - полтора миллиона, потому что вовремя человек не платил, образовались пени, штрафы...

Больше всего обращений связано с работой банков, потом идут страховщики и микрофинансовые организации. Единичные случаи - жалобы на коллекторов.

А какие претензии возникают у граждан к страховщикам?

Павел Медведев: Одна из самых распространенных проблем - человек берет кредит в банке, заключает договор страхования, который должен гарантировать банку возврат средств, если заемщик заболеет или потеряет работу, а после досрочного погашения кредита пытается вернуть часть страховых платежей. По Гражданскому кодексу вроде бы имеет на это право. Если риск прекращается, договор страхования расторгается, и деньги, которые были предназначены для покрытия этого риска, возвращаются. Но страховые компании отвечают отказом.

Существующая судебная практика не дает однозначного ответа, как быть в этой ситуации. В одних случаях решение принимается в пользу заемщика, в других - поддерживается позиция страховой компании. На мой взгляд, Центробанк должен дать страховщикам четкие указания - возвращать заемщикам, досрочно погасившим кредиты, часть страховых взносов.

Вообще, к страховщикам возникает много вопросов. Если закон о финансовом омбудсмене все-таки примут и страховые компании обяжут к нам присоединиться, будет много сложных дел. Мы уже говорили по этому поводу с президентом Всероссийского союза страховщиков Игорем Юргенсом. Он готов помогать, в том числе и с кадрами. Страховые компании, на мой взгляд, и сами должны быть заинтересованы в улучшении своего имиджа среди клиентов. Сейчас они не очень активно реагируют на наши обращения, но, надеюсь, ситуация изменится.

Есть ли проблемы между банками и их клиентами, на которые регулятору тоже стоило бы обратить внимание?

Павел Медведев: К сожалению, да. Некоторые банки ведут агрессивную до неприличия политику на рынке кредитования граждан, например, договариваются с компаниями, которые распространяют свою продукцию по домам, ориентируясь, в основном, на пенсионеров. Пожилой человек плохо себя чувствует, что-то болит, к нему приходит продавец и объясняет, к примеру, что все это из-за плохой воды, предлагает фильтр, который решит все проблемы со здоровьем. Стоит этот прибор, скажем, 150 тысяч рублей. У пенсионера, конечно, таких денег нет. Его сажают в машину, везут в банк, там он что-то подписывает и становится владельцем чудо-фильтра. Потом обнаруживается, что он должен банку большую сумму денег. По сути, продавцы пользуются доверчивостью и беззащитностью граждан в корыстных целях.

Что в этом случае может сделать Центробанк?

Павел Медведев: Настоятельно рекомендовать не использовать такие схемы. Для нарушителей стоило бы предусмотреть серьезные санкции. Тогда бы подобная практика точно прекратилась бы.

Много случаев, когда граждане набирают по 5-10 кредитов. Это, конечно, абсолютно недопустимо. Бюро кредитных историй, которые позволяют проверять заемщиков, работают почти как часы. Сбои бывают, но единичные. Если человеку выдали пять кредитов, я еще готов поверить, что это случайность. Можно обмануть банк, быстро взять кредиты один за другим, пока информация еще не поступила в систему. Но в большинстве случаев моменты получения кредитов растянуты на годы. Такое поведение банков регулятор тоже должен пресекать.

Часто ли люди жалуются на микрофинансовые организации?

Павел Медведев: К сожалению, абсолютно не понятно, что называть микрофинансовыми организациями. Есть примерно четыре тысячи компаний, которые вошли в государственный реестр. Они действительно имеют полное право называться микрофинансовыми организациями. Некоторые из них ведут себя вполне корректно, а иногда даже и благородно по отношению к своим заемщикам. Хотя далеко не все. При этом на рынке работают и те, что в реестр не входят. Пользуясь лазейкой в Гражданском кодексе, они также выдают деньги населению. Значительная часть из них действует как самые настоящие бандиты. Не оговаривают всех условий выдачи займов, а если у клиентов возникают проблемы с возвратом денег, ходят по домам, запугивают... В этой сфере, конечно, надо наводить порядок. Я давно настаиваю на том, чтобы в Гражданский кодекс внесли поправки, ограничивающие выдачу займов. О необходимости такой меры говорят многие специалисты. Но пока дело не сдвинулось с мертвой точки.

Обращаются ли к вам за помощью иностранцы?

Павел Медведев: Редко, но такие обращения есть, Последнюю жалобу читал буквально на днях. Она пришла из Лондона. Гражданин Великобритании переслал деньги в Россию, но они не дошли до адресата. В российском банке сказали, что в заявлении на перевод были неправильно заполнены клеточки с данными получателя. Иностранец объяснил, что клеточки-то английские, длинное российское имя с отчеством в отведенное количество не поместилось. Поэтому он написал только фамилию и имя. Причем, без ошибок написал. Но банк деньги не передал, и, что самое главное, назад не вернул. Когда англичанин попытался выяснить почему, выяснилось, что банк потратился на операцию по переводу. Заметьте, операцию несовершенную. Поэтому захотел взять себе 79 евро из 500, которые предназначались для перевода. Мы направили обращение в банк с просьбой вернуть отправителю все его деньги. Сейчас ждем ответа. Положение осложняется тем, что эта кредитная организация не подписывала с нами соглашение, поэтому будет непросто как-то повлиять на ее решение.

Специалисты говорят, что у российской банковской системы большие проблемы. Структура совершенно неправильная. Пять банков владеют 56 процентами депозитов и 53 процентами кредитного портфеля. Поэтому нет конкуренции, дорогие кредиты недоступны для бизнеса, экономика не растет. Вы согласны с этим диагнозом?

Павел Медведев: С тем, что структура неправильная, полностью согласен. Но все же не это наша главная беда. Если говорить об отношениях с физическими лицами, то они, с точки зрения общественных интересов, не очень хороши. Например, потому, что банки дают гражданам деньги взаймы. И куда с этими деньгами идут люди? Поддерживать нашу экономику? Они идут в магазины, где товара отечественного производства практически нет. И кого в итоге поддерживают? Иностранных производителей.

9,2 триллиона рублей - столько задолжали граждане банкам, по данным Центробанка, на 1 сентября 2013 года. Только с начала этого года задолженность граждан выросла на 1,5 триллиона рублей.

Что касается кредитов юридическим лицам, то вопреки устоявшемуся мнению они не очень-то и нужны. Наши бизнесмены 60 процентов собственных средств держат на депозитах в российских банках. Для предпринимателей эти средства имеют нулевую стоимость - открывай "тумбочку", бери и вкладывай куда нужно. Но вкладывать, во-первых, по большому счету, некуда. Во-вторых, предприниматели боятся, что предприятие, построенное на эти деньги, захватит рейдер, поэтому и не спешат инвестировать. Бизнесу нужна защита, нужны регламенты, как действовать, если кто-то вдруг, не дай Бог, решил захватить их собственность. Пока их нет, ситуация с инвестклиматом, с экономикой в целом вряд ли заметно изменится к лучшему.

Обращений год от года становится больше или наоборот?

Павел Медведев: Что касается количества, то в прошлом году было около семи тысяч обращений. В этом, думаю, будет чуть меньше. Дело в том, что мы пока сознательно не очень активно пропагандируем свою работу. Закона об омбудсмене, как вы справедливо заметили, нет. По сути, все финансирование нашего аппарата сейчас обеспечивают те 26 финансовых организаций, которые добровольно изъявили желание заключить с нами соглашения. А так, как работаем мы практически со всеми, кто есть на этом рынке, получается, что одни платят за других. Это несправедливо.

Справка "РГ"

Павлу Медведеву 73 года, он окончил механико-математический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова по специальности "математик", является доктором экономических наук. С 1968-го начал преподавать в МГУ, с 1992 года - профессор экономического факультета университета. Среди его учеников - председатель Банка России Эльвира Набиуллина, президент Ассоциации региональных банков Анатолий Аксаков, глава Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин, банкир Петр Авен и многие другие известные финансисты.

С 1993 по 2011 год Медведев был депутатом Госдумы. Он участвовал в разработке нескольких десятков законопроектов, направленных на укрепление банковской системы и защиту интересов вкладчиков.

Финансовым омбудсменом Павел Медведев был назначен 1 октября 2010 года. Потом, в феврале 2012 года он оставил этот пост в связи с тем, что перешел на работу в Центробанк. Но в сентябре нынешнего года вернулся на него вновь.

Ему можно звонить по телефонам: +7 (495) 691-64-19, +7 (916)226-41-48, +7 (916)226-41-43.

Или написать на почтовый адрес: 121069, г.Москва. Скатертный пер., д.20, стр.1. А можно отправить письмо по электронной почте: finomb@arb.ru

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке