Новости

22.11.2013 00:08
Рубрика: Культура

Едешь на извозчике и читаешь газету

Вышла в свет антология публицистики Толстого
Вчера на Российском литературном собрании в РУДН потомки русских писателей обсуждали горячие общественно-литературные темы ответственности перед страной, силы печатного слова, смысла публицистики. Дискутировали о том, какие "глобальные задачи, которые соединяют все виды деятельности, связанные с литературой", необходимо решать. Над тем же 100 лет назад размышлял и наиболее известный в мире русский классик. Эти его мысли, многие из которых опубликованы впервые, собраны в новой антологии: "Лев Толстой - публицист и общественный деятель". О роли медийных фигур в жизни общества наш разговор с составителем книги Ириной Петровицкой.

100 лет назад Толстой был самой авторитетной медийной фигурой в России?

Ирина Петровицкая: Не только в России. Хотя кто-то считал Толстого яснополянским отшельником, даже писал, что он "не выносил газет с их телеграммами и новостями". Но писатель на протяжении всей жизни находился в самом центре современности. Мало того, к каждому слову Толстого прислушивались газеты всего мира.

Он получал запросы русской и иностранной прессы на комментарии к самым злободневным событиям: Русско-японская война, Первая русская революция 1905 года, закрытие Первой и созыв Второй Государственной думы, антивоенное движение, рабочее и земельное рабство, смертная казнь, политика Бисмарка и Вильгельма II...

На страницах газет ежедневно и, как правило, на первой полосе появлялись публицистические выступления самого Толстого, открытые письма писателя, материалы о нем.

Писатель был в числе главных медийных фигур мировой журналистики. Западная пресса публиковала даже отдельные отрывки из его запрещенных цензурой статей. Читатель, разворачивая утром газету, смотрел: "А что сказал Толстой?" Самого Толстого поразило как-то, что человек "на извозчике едет и читает газету, стало быть, она ему нужна. Ведь это не шутка - следить за всем, что делается в мире".

Тексты публицистики Толстого, собранные и прокомментированные вами, известны уже российскому читателю или есть незнакомые страницы?

Ирина Петровицкая: Критика Толстого была запрещена сначала царской цензурой, потом советской. Толстой-публицист практически нам неизвестен. До сих пор не было перечня его публицистических произведений. Не все тексты писателя расшифрованы. В книге есть такие страницы Толстого, которые были до сих пор недоступны широкому читателю, поскольку недоступен был 90-томник. Я прокомментировала публицистические произведения, письма, интервью, в большинстве своем не переиздававшиеся более полувека и ставшие библиографической редкостью.

А советник президента по культуре Владимир Толстой знаком с общественными воззрениями своего прадедушки?

Ирина Петровицкая: Книга только появилась на выставке в музее Толстого. Говорили, что он ее увидел, взял и сказал, что она ему понадобится как раз к Рослитсобранию. Думаю, что внук будет использовать идеи деда об общественной деятельности.

Сейчас идет бурная дискуссия в Интернете о том, должен ли писатель участвовать в жизни общества и государства. Какова позиция Толстого?

Ирина Петровицкая: Острейший вопрос этой книги и публицистики Толстого как раз о том, нужно ли сотрудничать с властью, выступать в либеральной и консервативной прессе. Он много говорил о силе журналистского слова, о том, что писатель и публицист всегда должен быть и общественным деятелем. Толстой писал: "Счастливые мои эпохи были только тогда, когда я всю жизнь отдавал служению людям..." В последние десятилетия писатель ставил свои публицистические произведения выше художественных.

Литературно-общественная деятельность Толстого служила и нравственным ориентиром для тогдашних журналистов. "Одно сознание: "Да ведь я по профессии товарищ Толстого" - я убежден, спасло не одного журналиста от нравственного падения", - признавался один из них.

Культура Литература О Льве Толстом