Новости

05.02.2014 00:31
Рубрика: В мире

Границы не догма?

Текст: (председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике)
Гагаузская автономия, входящая в состав Республики Молдова, провела референдум об отношении к различным векторам интеграции и об "отложенной" самостоятельности. Результат предсказуемый - подавляющее большинство жителей высказались за Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, против Евросоюза и за то, чтобы провозгласить независимость в случае утраты Молдавией суверенитета (то бишь воссоединения с Румынией).

Кишинев считает плебисцит незаконным. Но немедленных последствий со стороны Комрата и не предполагается - воля народа пока архивируется на случай изменения статус-кво. А изменится ли он, зависит от того, что будет происходить к западу от молдавских границ - в Бухаресте и Брюсселе прежде всего.

В конце прошлого и начале этого года президент Румынии Траян Бэсеску сделал несколько заявлений относительно неизбежного поглощения Молдавии. Большинство комментаторов отнеслись с этому иронически. Бэсеску, мол, заканчивает последний срок, то есть является "хромой уткой". Некоторые напомнили, что дочь главы государства, в недавнем прошлом - топ-модель, скоро вновь баллотируется в Европарламент, и ей нужно консолидировать националистический электорат.

Возможно, и так, тем более что Траян Бэсеску не раз делал уничижительные заявления по поводу молдавского суверенитета. Удивительно другое - высказывания президента страны-члена Евросоюза не вызывают никакой реакции, например, со стороны Европейской комиссии, которой положено блюсти нормы и правила. Отсутствие территориальных споров с соседями вообще-то было необходимым условием для вступления в ЕС. Впрочем, отрицание государственности, вероятно, территориальным спором не считается, это действительно из другой категории...

Европа второй половины ХХ века, чуть было не похоронившая себя в двух мировых войнах, трепетно относилась к вопросу о границах. Их изменение считалось настоящим табу, чреватым повторением катастрофы 1914, а потом 1939 года. Формальным его выражением стал Хельсинкский Заключительный акт, подписанный после многолетних переговоров в 1975 году и провозгласивший незыблемость послевоенных границ в Европе.

Прививка мировых войн, похоже, больше не действует. Идея о том, что границы могут быть перечерчены, не вызывает ужаса, который возникал при такой мысли еще лет 25 назад. В принципе, удивляться не приходится - за четверть века в Европе и мире возникло так много новых государств в границах, которых никогда раньше не было, что привыкание неизбежно. Интересно, что крупнейшие явления такого рода - распад СССР и Югославии - еще не переломили прежнее восприятие. Они казались не то чтобы исключениями, но событиями такого масштаба (Советский Союз в силу размера и мировой значимости, Югославии - из-за средневековой ожесточенности), которые все равно не служат прецедентами.

Тем не менее к концу 1990-х годов границы перестали вызывать прежнее благоговение. Война НАТО против Югославии фактически велась за силовое отделение части легитимной территории. И если в 1993-1995 годах, во время боснийской кампании западные страны стремились все-таки сохранить конфигурацию Боснии и Герцеговины, лишь бы не менять административные границы СФРЮ, то через несколько лет суверенитет автономного края Косово уже никого не испугал.

Дело не только в том, что на тот момент западные государства были уверены: они управляют международными процессами и в силах обеспечить, чтобы негативные проявления не сказались на них самих. В Европе возникла - на время - новая атмосфера. На волне успехов интеграции казалось, что границы внутри сообщества, к тому же неуклонно расширяющегося, вообще теряют значение. Возникает другой тип межгосударственных отношений, в котором национальные государства прежней роли не играют. А значит и территориальные или этнические вопросы, столетиями провоцировавшие войны, не столь опасны.

Сегодня от Европейского союза не ждут, что он, приняв большую часть Европы в свои объятия, избавит ее от вирусов реваншизма и шовинизма. Но по мере удаления от военных страхов ХХ века быстро слабеет и убеждение, что границы трогать нельзя. Раз за разом оказывается, что проще признать раскол, чем заниматься кропотливой и тяжелой работой по многонациональному и поликультурному строительству. Так, Европа уже устала заниматься бесконечным латанием боснийской конфедерации, собранной в Дейтоне. А Косово, хоть и едва ли состоятельно как полноценное государство, требует от Брюсселя куда меньше усилий - и политических, и, самое главное, интеллектуальных.

Европа в отличие от Америки никогда не переворачивает страницу прошлого, переживая его вновь и вновь, иногда это сила, иногда наоборот. Трудно понять, например, почему Польша, больше, чем кто-либо, понимающая хрупкость европейского мира и осведомленная об исторических минах, так активно продвигает переустройство Восточной Европы, той же Украины. Нынешние границы в Европе - плод геополитического компромисса по итогам Второй мировой войны. Есть масса оснований считать его несправедливым, но не стоит питать иллюзий, что его можно пересмотреть частично - здесь меняем, а здесь нет. Любое устройство имеет свою логику, и отказ от нее касается всех участников. Тем более сейчас, когда Ближний Восток того и гляди запустит очередной этап большого изменения границ.