Новости

07.03.2014 00:42
Рубрика: В мире

Призрак Бандеры

Кто такие бандеровцы: вчера и сегодня?
Постоянный представитель Украины при ООН Юрий Сергеев на встрече с журналистами заявил, что представленные СССР на Нюрнбергском процессе обвинения в адрес украинских националистов были сфальсифицированы.

"Российская-советская сторона в то время пыталась надавить на западных союзников, чтобы они признали бандеровцев и других убийцами. Почему Нюрнбергский процесс не признал это? Потому что факты были сфальсифицированы, потому что позиция Советского Союза в то время была несправедливой", - сказал Сергеев, которого цитирует ИТАР-ТАСС. Возмущенная реакция российского МИДа последовала немедленно: "Подобным высказыванием официальный представитель Украины оскорбил память жертв Второй мировой войны: русских, украинцев, евреев, поляков, граждан других национальностей, ставших жертвами зверств, которые чинили пособники фашистов из числа украинских националистов", - говорится в сообщении. Вслед за этим на сайте внешнеполитического ведомства России были размещены материалы о деятельности ОУН-УПА из документов НКВД-МГБ СССР, рассекреченных в 2008 году.

А реакции польского МИДа не последовало, хотя полякам не нужно рассказывать о зверствах Украинской повстанческой армии (УПА), от рук которой с 1943-го по 1945-й год пострадали сотни тысяч жителей Польши. 

Напомним, что нападения формирований УПА и националистов фракции Степана Бандеры на почти сто польских поселений на востоке страны начались в феврале 1943 года. Пик массовых убийств пришелся на лето, а дата 11 июля 1943 года вошла в историю страны как "кровавое воскресенье". Тогда подразделения Украинской повстанческой армии напали на сотню польских деревень, расположенных в бывшем Волынском воеводстве Польши. Польский Государственный институт народной памяти указывает, что всего за все время этнических чисток погибло около 100 тысяч человек, а 485 тысяч были вынуждены бросить свои дома и бежать от погромов в центральные районы страны.

Среди тех, кто мог погибнуть от рук украинских националистов, был и Мирослав Гермашевский, впоследствии ставший первым польским космонавтом. В одном из интервью он вспоминал: "Была прекрасная лунная ночь. Моя мама - как мне потом рассказывали - сказала, что в такую ночь ничего случиться не может. Но стоило ей нас уложить, как началась чудовищная стрельба. Мама накрыла нас матрасами, потому что считалось, что пуля не пройдет через перья. Но ворвался папа с карабином и крикнул: "Бегите!" - и все бросились врассыпную. Это были дантовские сцены… Там не убивали, там истребляли самыми жестокими способами… И когда мама выбежала из горящего дома, дорогу ей преградили три бандита. Она знала, чем это грозит, пыталась убежать, они начали стрелять, не попадали, но, в конце концов, один из них подбежал к ней, приставил карабин и выстрелил. Мама упала, кровь хлынула на снег, а я в свертке выпал из ее рук. Я даже не пискнул, поэтому они решили, что сделали свое дело, и вернулись в деревню".

Таких историй в польских семьях не счесть. Рассказывают о заминированных костелах, в которые сгоняли поляков, об издевательствах и изощренных пытках перед смертью, о том, как людей рубили топорами, резали косами, рвали на части, вспоминают предсмертные крики горящего заживо скота и дома, разоренные и покинутые. Прокуроры института народной памяти Польши ведут 32 следствия по делу преступлений украинских националистов по отношению к гражданам Польши. Они квалифицируются как геноцид (по-польски - людобуйство) - действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую, в соответствии с определением термина "геноцид" согласно Конвенции ООН о предупреждении преступления геноцида и наказания за него. Тем временем, в конце января польское издание Rzeczpospolita опубликовало интервью с представителем украинской радикальной организации "Правый сектор" Андреем Тарасенко, который говорил примерно то же самое, что и посол Украины в ООН, но, вдобавок к этому, например, назвал "геноцид" на Волыни "бреднями" и сказал, что с оккупантом нужно бороться любыми методами. А еще сообщил польскому журналисту, что националист - это "тот, кто стремится к объединению всех этнических территорий своего народа, тех, где украинцы жили тысячу лет. Иначе его нельзя назвать националистом", и добавил: "После войны операция "Висла" привела к тому, что украинцев выкинули с этих земель, и справедливость требует, чтобы эти земли к Украине вернулись. Я говорю о Пшемысле (ныне Подкарпатское воеводство Польши. - Прим. ред.) и нескольких других районах", при этом пообещав действовать дипломатическими методами. Это интервью вызвало негативную реакцию у многих. У одних - из-за его абсолютно неприемлемого содержания, у других - из-за самого факта его появления. Ведь сегодня не время для критики украинских националистов. Вчера в той же Rzeczpospolita появилось интервью с Арсением Яценюком. На прямой вопрос журналиста о будущей роли "Правого сектора" в политической жизни Украины собеседник ушел от ответа: "Позвольте, я не буду дискутировать о правом, левом или западном секторе. Мы должны мыслить категориями целого государства".

В народной памяти жива память о тех событиях, есть и опасения относительно потомков боевиков УПА. Но на поверхность, особенно сейчас, таким голосам прорваться непросто. В прошлом году в Польше прошли мероприятия, посвященные 70-летию кровавых событий на Волыни. В годовщину "кровавого воскресенья" в Варшаве на Волынском сквере был установлен памятник жертвам, на открытии которого присутствовали высшие должностные лица Польши, представители духовенства и те, кто выжил, в том числе и Мирослав Гермашевский. Президент Польши в своем выступлении назвал волынскую резню "преступлением, которое является одним из наиболее болезненных событий, пережитых поляками во время Второй мировой войны". А перед этим, и об этом тогда писала "РГ", с февраля по июнь польские парламентарии не могли определиться с названием этого преступления и количеством жертв. Как сообщала польская пресса, проект резолюции правящей "Гражданской платформы" дипломатично предусматривал "несколько десятков тысяч погибших" и избегал слова "геноцид", но оппозиционная партия "Право и справедливость" настаивала именно на "геноциде". Представители польского МИД убеждали оппозицию, что определение "геноцид" навредит польско-украинским отношениям, министр иностранных дел Радослав Сикорский уверял, что такой термин в резолюции парламента мог бы негативно повлиять на европейские устремления Украины. Сикорский пояснял журналистам: "Чтобы Украина выполнила условия, поставленные Евросоюзом для подписания соглашения об ассоциации, должны быть приняты законы, которые нелегко будет принять с точки зрения необходимости набрать большинство в Раде", а такая резолюция польских коллег могла бы вызвать там скандал. Так или иначе, во имя подписания соглашения об ассоциации Украины с ЕС, некоторые депутаты пожертвовали своими убеждениями и пришли к согласию, остановившись на формулировке "этнические чистки с признаками геноцида". Тем временем депутаты некоторых местных парламентов - сеймиков и советов городов - оказались не в пример решительнее, например, в заявлении городского совета Радома прозвучало именно слово "геноцид". Сегодня таких громких слов ожидать не приходится. Никто из тех польских политиков, к которым "РГ" обратилась за комментарием по поводу заявления постпреда Украины при ООН, не захотел говорить на эту тему. Крупные польские СМИ не обратили внимания на эту новость. А в МИД Польши, куда "РГ" обратилась с вопросом, будет ли реакция на слова Сергеева, ответили, что такие заявления не комментируют.

В мире экс-СССР Украина Политический кризис на Украине
Добавьте RG.RU 
в избранные источники