Новости

08.03.2014 21:24
Рубрика: Власть

"Попытки изоляции мировой державы бесперспективны"

Текст: (кандидат исторических наук, посол по особым поручениям МИД России)
В современном мире, насквозь пронизанном соединительными тканями глобализации, сама идея международной изоляции крупного государства, а тем более мировой державы, любому здравомыслящему человеку должна a priori показаться очевидной несуразностью. Но если такие мысли все-таки приходят кому-то в голову, то лучше всего обратиться за помощью к истории и вспомнить, как еще два с лишним десятилетия тому назад аналогичные потуги потерпели полное и сокрушительное фиаско. Речь идет о попытке США и их союзников после событий на пекинской площади Тяньаньмэнь 3-4 июня 1989 года ввести международные санкции против Китая.

Напомним, что инициатором международного давления на Пекин в форме тотальной изоляции вступил тогда Вашингтон, который для начала принял целую серию мер по свертыванию двустороннего сотрудничества с КНР. Они включали в себя приостановку всех контактов с Китаем на высоком уровне, прекращение обменов по военной линии, мораторий на любые поставки в КНР вооружений и военной техники. В июне-июле 1989 года Конгресс США одобрил программу экономических санкций в отношении КНР, предусматривавших отказ от многих проектов торгово-экономического взаимодействия. Одновременно президент США Дж.Буш-старший дал указание американским представителям в международных финансовых организациях добиваться приостановки выделения Китаю кредитов.

В целях создания на международной арене "единого антикитайского фронта" 14-16 июля 1989 года США созвали в Париже встречу "большой семерки" на уровне глав правительств. Участники встречи приняли политическую декларацию, осуждающую нарушение прав человека в КНР в ходе подавления массовых выступлений в крупных китайских городах. Было объявлено о введении странами "семерки” санкций против Китая, предусматривавших прекращение политических контактов на высоком уровне и недопущение дальнейшего кредитования Китая по линии ВБ, МВФ и АзБР. Западным компаниям была дана установка не торговать с китайскими компаниями и заморозить все инвестиционные проекты в КНР. Китайским специалистам был закрыт доступ к высоким технологиям в промышленно развитых странах.

Проанализировав сложившуюся ситуацию, китайское руководство одобрило комплекс контрмер - политических, экономических, дипломатических, призванных предотвратить развитие событий в нежелательном для Китая ключе. Было признано важным продемонстрировать всему миру неизменность внутренней и внешней политики КНР, не пасовать перед трудностями, продолжать политику реформ и открытости. Разработанная в Пекине обновленная внешнеполитическая линия была нацелена на поиск альтернативных Западу "точек опоры" в политике и экономике, на преодоление последствий санкций, прорыв блокады со стороны западных стран, восстановление и укрепление международных позиций КНР.

Во-первых, была пересмотрена прежняя концепция отношений с глобальными центрами силы, в которой главный акцент делался на отношения Пекин-Вашингтон, в пользу более сбалансированной многовекторной доктрины. На более приоритетное место были впервые за три десятилетия были поставлены китайско-советские отношения.

Во-вторых, в региональной политике Китая приоритетное внимание было решено уделять развитию добрососедских отношений с сопредельными государствами. Особое место в усилиях китайской дипломатии отныне стало занимать налаживание всестороннего сотрудничества со странами Азиатско-Тихоокеанского региона, с развивающимся миром. В общей сложности за два с небольшим года КНР установила дипломатические отношения с 23 государствами мира. Осенью 1991 года КНР была принята в форум АТЭС, началась работа по формированию партнерства Китай-АСЕАН.

Еще одной важнейшей "новеллой" внешней политики КНР явилась резкая активизация участия страны в многосторонней дипломатии. Это выразилось прежде всего в указании китайской делегации в ООН теснее блокироваться с государствами-единомышленниками для отстаивания общих интересов.

Одновременно в фокусе внимания Китая оставалось поддержание диалога с США. С целью скорейшего "выхода из окружения" китайская сторона наладила целенаправленную работу с европейскими странами и Японией, использовала свои связи в западных деловых кругах, чтобы убедить их в невыгодности для них антикитайских санкций.

Попытка международной изоляции Китая с треском провалилась. Уже с конца 1989 года механизм антикитайских санкций начал давать сбои. Запад начал быстро осознавать, что политика антагонизации Китая бьет в первую очередь по его собственным интересам.

Первой из ведущих индустриально развитых стран, отколовшихся от "единого фронта”, стала Япония. В августе 1991 года премьер-министр Японии Т.Кайфу первым из лидеров стран "семерки" посетил КНР с визитом.

Примеру Японии последовала Европа. В октябре 1990  года решением конференции министров иностранных дел стран-членов Евросоюза в Люксембурге большая часть санкций по отношению к КНР была отменена.

Сложнее шел процесс восстановления нормальных отношений между Китаем и США. Но и Белый дом в конце концов был вынужден дать "обратный ход". Президент Дж.Буш явно искал достойный выход из острого кризиса, не сулившего особых дивидендов, отдавая себе отчет в тех издержках, который он приносил и еще обещал принести. Состоявшийся в ноябре 1990 года визит министра иностранных дел КНР Цянь Цичэня в США ознаменовал собой фактическое восстановление контактов между двумя странами на правительственном уровне. Конечно, в отношениях между Вашингтоном и Пекином было сломано еще немало копий, но к 1993 году США окончательно отказались от линии на отчуждение Китая и взяли курс на нормализацию.

Каким же вышел из этой истории Китай? И каким получился мир после безрассудной попытки создать вокруг него "санитарный кордон"?

Нет необходимости доказывать, что выдвижение Китая в когорту ведущих политических и экономических центров силы неразрывно связано с успешным преодолением остракизма со стороны стран Запада конца 80-х-начала 90-х годов. Наперекор всему страна собралась с силами, сплотилась вокруг Дэн Сяопина и сделала мощный рывок вперед. А США двадцать лет спустя получили в лице Китая серьезного конкурента в борьбе за контуры будущего мироустройства.

Но это был уже не тот Китай, который, будучи обласкан западными странами в 70-80-е годы на волне антисоветизма, казался им таким покладистым и беспроблемным партнером. Пекин научился жестко отстаивать свои интересы, показал способность идти на резкие меры и даже на противостояние "на грани фола" там, где считал свои права и национальное достоинство ущемленными.

Попытки грубого внешнего давления на Китай, вмешательства в его внутренние дела привели к усилению в китайском обществе недоверия к Западу и антизападных настроений. Это сформировало мощную социальную основу для проведения Пекином на международной арене независимой, зачастую фрондирующей по отношению к США и Западу в целом внешней политики.
Сделав из случившегося соответствующие выводы, Пекин стал придавать первостепенное значение вопросам обеспечения национальной безопасности и укрепления обороноспособности. Санкции вынудили Китай заняться масштабным военным строительством, а введенное против КНР оружейное эмбарго дало мощный импульс развитию китайского военно-промышленного комплекса.

Предпринятые Китаем внешнеполитические контрмеры привели к существенному изменению глобальной и региональной расстановки сил. Родившееся в те годы китайско-российское стратегическое партнерство и поныне является одним из системообразующих факторов мировой политики. Укрепились позиции КНР в Юго-Восточной Азии, в Африке, на Ближнем Востоке, в Восточной Европе и Центральной Азии.

Про кардинальные перемены глобального экономического ландшафта, произошедшие на наших глазах, написаны десятки, а может быть сотни книг. Эти перемены имеют глубокие корни, влияние на них оказали разнообразные факторы. Но едва ли кто-то будет отрицать, что именно в период борьбы за выживание на мировых рынках в начале 90-х годов КНР существенно диверсифицировала свои торгово-экономические связи, прежде всего за счет развивающихся и сопредельных стран. Особое место среди ее торговых партнеров заняли страны, не поддержавшие кампанию по международной изоляции Китая - Россия, Южная Корея, Сингапур, другие государства-члены АСЕАН, страны постсоветского пространства. Именно с этого времени еще более широкие возможности активизировать свое торговое и инвестиционное присутствие на китайском рынке получили деловые круги Гонконга и Тайваня. Тогда же были разработаны далеко идущие экономические планы и программы Китая.

Одновременно в результате неуклюжей попытки Запада "наказать" Китай мир получил новые разделительные линии и новые очаги напряженности, а прежние конфликты обрели дополнительную остроту.

В отношениях США - КНР образовался гигантский "клубок" трудноразрешимых противоречий и глубокое взаимное недоверие. Это наследие не преодолено и по сей день.
Тень событий двадцатилетней давности до сих пор нависает над отношениями между странами Европы и Китаем. Европейцы вынуждены "по инерции" критиковать Пекин за права человека, а говорить больше хочется об экономическом сотрудничестве. Франция, Германия, Нидерланды были бы не прочь продавать Китаю оружие, но не могут этого делать - запрещено тем самым эмбарго, которое действует и сегодня.

Участие Японии в международной кампании изоляции Китая больно задело китайское руководство и широкую общественность, склонную рассматривать любые действия Токио в отношении Китая через призму преступлений Японии в годы Второй мировой войны. Регулярные вспышки напряженности и конфронтации в китайско-японских отношениях стали отчасти следствием перипетий конца 80-х - начала 90-х годов.

На протяжении нескольких лет западные страны "продавливали" в Комиссии ООН по правам человека весьма тенденциозные резолюции, осуждающие Китай за нарушения прав человека и основных свобод. Благодаря умелой мобилизации международной поддержки Китай постепенно свел эти усилия "на нет". Но Комиссия, а теперь Совет ООН по правам человека на долгие годы стали заложниками острого противоборства и политически мотивированных решений.

Этапное значение имел союз, заключенный Китаем с "Группой 77" по вопросам прав человека на этапе подготовки и проведения Венской конференции по правам человека 1992 года. В Вене развивающиеся страны дали западным странам настоящий бой, отстояв в итоговом документе приоритет права на развитие, одинаково важное значение как политических и гражданских, так и социальных и экономических прав человека, необходимость уважения выбора модели развития, учета национальных условий в осуществлении прав человека. Запад утратил монополию на продвижение своей концепции прав человека в качестве универсальной. Впоследствии Китай перешел контрнаступление и сам стал критиковать США и Евросоюз за нарушения прав человека, а китайское видение оптимального сочетания между развитием и правами человека многие страны начали принимать как наиболее приемлемую для себя формулу.

Недальновидная политика США побудила Пекин активизировать поиск путей сближения со своим давним соперником - Тайбэем. Результатом этого поиска стал так называемый "консенсус 1992 года", предусматривающий прагматические модальности взаимоотношений между материком и островом. Но Вашингтон не пожелал с этим мириться, увеличил поставки оружия Тайбэю, начал открыто поддерживать сторонников независимости Тайваня. Это спровоцировало осенью 1995 - весной 1996 года опасный военно-политический кризис в Тайваньском проливе.

Скоординированные односторонние действия Запада против суверенного государства, да еще против такого, как Китай, вызвали у многих стран, куда более слабых, озабоченность перспективами обеспечения собственной безопасности. В других регионах, напротив, отсутствие должного внимания и солидарных усилий всего мирового сообщества привело к новым конфликтам и разрастанию нетрадиционных угроз международной безопасности.

Поднял голову международный терроризм. "Аль-Каида" и связанные с ней экстремистские организации "по полной" воспользовались приходом в 1994 году к власти в Афганистане режима талибов для того, чтобы создать здесь мощный плацдарм для своей деятельности.

Был дан толчок расползанию ядерного оружия и ракетных технологий. КНДР приостановила свое членство в ДНЯО и форсировала реализацию ядерной и ракетной программ, результатом чего стал разразившийся в 1993 году острый кризис на Корейском полуострове.

В условиях американских и западных санкций все страны, заинтересованные в развитии нормальных отношений и взаимовыгодного сотрудничества с Китаем, были фактически поставлены перед нелегким и сугубо искусственным выбором - чью сторону принять. Это создавало дополнительную напряженность в международных отношениях в целом.

Итак, стал ли мир от действий США и их союзников демократичнее, справедливее, безопаснее, спокойнее? Укрепилось ли взаимное доверие государств, так необходимое для совместного противодействия глобальным вызовам современности? Какую практическую пользу принесли эти действия? Чего добились те, кто решил к ним прибегнуть? Риторические вопросы.

Уроки, которые следовало бы извлечь из попытки международной изоляции Китая после событий на площади Тяньаньмэнь, очевидны. Языком санкций в современном мире разговаривать нельзя. Попытки сдерживания, изоляции бесперспективны и бессмысленны. В условиях растущей взаимозависимости и неопределенности в международных отношениях любой непродуманный шаг способен обернуться непредсказуемыми последствиями, может бумерангом вернуться к его инициатору. Необходимо раз и навсегда отказаться от силовой политики, а по вопросам, вызывающим противоречия, вести равноправный, взаимоуважительный диалог с целью их разрешения исключительно политико-дипломатическими средствами в строгом соответствии с международным правом. Казалось бы, ясно как Божий день…

Последние новости