Новости

16.04.2014 00:09
Рубрика: Культура

Смычок магистрали

В Новосибирске завершился Транссибирский арт-фестиваль
Финальный концерт только что завершившегося Транссибирского Арт-фестиваля стал сенсацией. В последний момент на него не смог прилететь Валерий Гергиев, и если бы этого не случилось, то стоило придумать специально: в результате за пульт Новосибирского филармонического оркестра прямо со скрипкой в руках встал арт-директор и главный идеолог фестиваля Вадим Репин.

Он давно перестал доказывать, что вырос из старательного щекастого киндер-сюрприза в выдающегося музыканта с мировым именем. У него ангажементы на лучшие сцены на годы вперед и правильные гонорары. Однако масштаб затеянного им в родном Новосибирске фестиваля говорит еще и о многом другом. Например, о том, что авторитет русского музыканта помогает одолевать искусственно созданные барьеры, позволяя собрать в Сибири сливки музыкального мира. Или о том, что вдали от столиц зрители жаждут классической музыки высокого уровня, прекрасно в ней разбираясь. О привязанности к малой родине, новосибирском музыкальном контексте и планах на будущее Вадим Репин рассказал "РГ".

Как вам пришла в голову идея перенести на время центр музыкальной вселенной в Новосибирск?

Я очень часто встречал в Калифорнии и в других местах планеты людей, родившихся и начавших свой профессиональный путь в Новосибирском академгородке. Была задача напомнить им о малой родине. И другая задача - в третьем по величине городе России с давними и богатыми музыкальными традициями сделать фестиваль достойного масштаба.

Вы неслучайно начали с калифорнийских берегов?

Так было удобнее все организовать. Я использовал свои гастрольные выступления, чтобы связать в единый узел сроки, маршруты, имена. Благодаря моему обширному концертному графику в Китае, Америке, Европе мы устраивали встречи с журналистами и делали презентации Транссибирского Арт-фестиваля. Очень помогли в этом деле русские послы разных стран. Они приглашали на презентации интересных, интересующихся русской культурой людей, заражали их идеей.

Чья изначально была инициатива?

Нашего замечательного симфонического оркестра, его директора Льва Крокушанского. Несколько лет они призывали меня найти время, силы и желание сделать что-нибудь в Новосибирске. Мы довольно часто выступали с этим оркестром в разных городах, и разговор всякий раз возобновлялся. Мне предлагали развить уже существующий в Новосибирске музыкальный контекст, и после постройки нового концертного зала я понял, что это возможно. Даже нужно и необходимо, мой долг. Ведь Новосибирск останется на всю жизнь моим плацдармом во всех отношениях - это место моего музыкального и немузыкального образования, становления характера. Этой мой дом, особое место на планете: мама до сих пор живет в Новосибирске.

Вы, человек мира, еще чувствуете в себе сибирскую закваску?

Характер ведь формируется в детстве, а я до 17 лет жил в Новосибирске. Только в 1990 году мой учитель Захар Брон был приглашен в Высшую школу музыки в Любеке, и его единственным условием было, чтобы его класс, четыре ученика, тоже могли переехать и продолжить обучение. Дальше Любек стал базой, откуда мы планировали концертные сезоны: к тому времени я был победителем в Брюсселе (престижный скрипичный конкурс имени королевы Елизаветы - "РГ") и у меня уже был напряженный концертный график. Было легче и удобнее передвигаться по планете из Германии, а не Новосибирска.

А Москва?

По многим причинам не получилось. Брона не захотели, не пустили в Москву, ему пришлось перепрыгивать. Но этот шаг не был эмиграцией: поднялся целый клан с семьями, маленький новосибирский мир, я, например, уезжал с мамой. И у меня всегда было и остается русское гражданство.

Публика признала одним из самых любопытных на Транссибирском арт-фестивале вечер балета с прима-балериной Большого театра Светланой Захаровой…

Уже четыре года, с тех пор, как мы со Светланой стали одним целым, все просили нас сделать совместный вечер. В духе "делайте что хотите". Мы не могли придумать концепт, но, в конце концов, сдались. Первый раз мы показали его на фестивале в Швейцарии, Светлана могла выбирать и хореографов, и программу, с нами был исключительный оркестр, работавший на инструментах Страдивари. Было интересно и красиво. Сейчас в немного измененной и доработанной форме эту программу показали в Новосибирске.

Вы не собираетесь привезти его в Москву?

Все возможно, но дат и планов пока нет. Известно, что мы еще раз повторим выступление на фестивале в Равенне у Риккардо Мути в июне, перед Светланиным днем рождения. Есть интерес к вечеру в Китае и Японии.

Правда, что совсем недавно дисциплинированная китайская публика едва не разнесла зал на вашем сольном концерте?

Просто я исполнял концерт Брамса, билетов не хватило, и организаторы попросили сделать еще один концерт. А у меня не получалось, должен был улетать. Вышли из положения, сыграв в один день дважды, днем и вечером.

А ведь можно сказать, что как раньше Германия, так теперь Новосибирск превратился в очень удобную точку для гастрольных турне - он на полпути между Старым светом и Азией.

Транссибирская магистраль настолько широка и громадна, что наш фестиваль должен в принципе ориентироваться на географию. Музыканты преодолевают многие километры, чтобы побывать у нас в гостях. Другой вопрос - много коллективов, которым интересны новые впечатления, новая публика, не решаются приехать ради одного выступления. Это трудно и очень дорого организовать. Поэтому было бы интересно заодно устраивать концерты нашего фестиваля и в других регионах, особенно в городах вдоль Транссибирской магистрали. Мы готовы поделиться музыкальными жемчужинами, и в перспективе есть несколько городов, готовых принять фестиваль.

Началось строительство Транссибирской музыкальной магистрали?

Уже на следующий год мы тесно сотрудничаем с Екатеринбургом и Красноярском, и выиграть в итоге должны все. Но центром останется Новосибирск с его главной точкой - нашим концертным залом. Все программы будут в первую очередь представлены в Новосибирске.

Вас не удивляют зарубежные меломаны: с одной стороны, эти отважные романтики готовы сесть в поезд и поехать по Сибири. С другой - они ожидают увидеть в этой самой Сибири Гулаг. Как сочетаются такие ожидания?

Это исторически сложившееся представление. Сейчас Гулагов в запечатленном Солженицыным виде, на который ориентируется Европа, в Сибире нет, нет политических ссыльных. А тюрьмы есть везде, и в Сибири их ничуть не больше.

Вы не скажете вслед за Адорно, что после Гулага не может быть музыки?

Музыка - то искусство, которое берет на себя роль дружеских мостов. Я несколько дней провел на сочинской Олимпиаде и почувствовал себя переполненным красотой, энергетикой, позитивным настроением. У меня остался вагон впечатлений. Хочется создать и на нашем фестивале это ощущение радости и праздника, и по первому опыту уже видно, что мы правильно двигаемся. Получается большое хорошее дело - иначе я бы за него и не брался.

Культура Музыка Классика