Новости

23.05.2014 00:14
Рубрика: Культура

В "Мастерской Петра Фоменко" поставили пьесу, которой нет

"Гиганты горы" в театре "Мастерская Петра Фоменко", 29 мая, 5 июня

Все тут сплошная обманка. Пьесы, которую поставили в "Мастерской Фоменко", не существует - автор, нобелевский лауреат Пиранделло, не успел ее дописать, продиктовав перед смертью окончание в виде конспекта.

Но этим обманки не исчерпываются. Актеры в этом спектакле играют актеров, которые собираются сыграть душераздирающий спектакль "о подмененном сыне". Ставил все эти странности режиссер Евгений Каменькович, а поставили они уже вместе с Полиной Агуреевой. Маски (дело рук Ирины Бачуриной) у кукол, слетевшихся на сцену, легко перепутать с лицами мечущихся тут же актеров. Происходящее - то ли сон, то ли явь.

Обещанные "гиганты горы", занятые непосильным трудом, и вовсе не появляются на сцене, разве что люди в масках имитируют их, взлетая-вырастая на глазах до трехэтажных размеров? А ведь герои пьесы и хотят продемонстрировать свое искусство этим "гигантам горы": может, они в этом зале?

Программка обещает зрителю "незаконченный миф об искусстве", но и это обманка. Смыслы Пиранделло балансируют на грани, мифы об искусстве легко перетекают в мифы о жизни и обратно. "Жизнь полна несуразностей, которые и есть правда!" - "Бросьте вы свою правду! В театре правда хороша лишь до известного предела!". Феллини, вдохновлявшийся героями Пиранделло, снимет однажды фильм "Клоуны" и признается, что все вокруг делятся на "рыжие" и "белые" маски.

Полину Агурееву - графиню Илсе - выкатывают на сцену из зала в нелепой коляске по холмику. На этих холмах актеры скачут и замирают в скульптурных позах. Движения изломанны, крики гортанны, все летит и меняется быстро. "Как я был сумасшедшим" - была такая новелла у Пиранделло, и эта неслучайная мысль поначалу может прийти в голову зрителю. Если успеет - потому что зритель уже втянут в гипноз водоворота. А во всем виноват маг Котроне, он явно манипулирует нелепыми персонажами, занятыми театральными опытами на заброшенной вилле "Отчаяние". Хотя кто-то манипулирует и им самим. Тут все, не только куклы, трепыхаются на ниточках небесных.

Появляется графиня Илсе с мужем и бродячими актерами и сбивает всех с толку: какой смысл в "Сказке", если мир ее не увидит? А нужна ли эта сказка миру? А многим ли отличаются игры жизни от игр театральных? Веретено сюжета намотает тысячу вопросов.

Полина Агуреева, после всех своих воздушных и земных героинь "Абсолютно счастливой деревни", "Пяти вечеров" и "Бесприданницы", очертя голову, окунается в эту свою подчеркнуто неизящную Илсе с нелепым париком, нелепым мужем, но с такими живыми страстями. То ли во сне, то ли взаправду - тело ее героини, играющей "до полной гибели всерьез", расшибется, свалившись с верхотуры на сцену. Но ее уход из жизни и есть та самая жизнь, которая достоверней жизни тех, кто собирает Илсе по кусочкам и увозит на той же тележке.

В глубине сцены, в вырезанном круге (художник Мария Митрофанова), тела актеров - графика теней. Ну да, это про суть актерства, про избранных и отверженных. Но театральная игра сама по себе - способ жизнь прожить, исследуя драму жизни. "Если бы наши сновидения были упорядоченнее, мы никогда бы не отличили, когда спим и когда бодрствуем".

Год Британии в России Культура Театр Драматический театр Гид-парк