Новости

11.06.2014 08:07
Рубрика: Экономика

Скользкий график

Несоблюдение режимов труда и отдыха на шахтах - главная причина аварий
Начальник технологического участка по добыче угля N 9 прокопьевской шахты им. Дзержинского, где 22 января 2014 года при взрыве погибли двое и было травмировано семь человек, дисквалифицирован на год за нарушения трудового законодательства.

Мировой судья признал Владимира Громова - начальника участка, расположенного рядом с аварийным, - виновным в нарушениях требований промышленной безопасности и охраны труда. Их выявила "угольная прокуратура" - уже после ЧП.

- Проверка показала, что режим труда и отдыха горняков, занятых на подземных работах, не соблюдается, - уточнил помощник Кемеровского межрайонного прокурора по надзору за исполнением законов в угледобывающей отрасли Юрий Моор. - Оказалось, что в декабре 2013-го и январе 2014 года пятнадцать человек на участке, которым руководил Громов (и на котором есть пострадавшие во время январской аварии), работали сверх нормы.

Вышли за рамки

В прошлом году проверяющие уже ловили начальника на том, что он не знакомит подчиненных с графиками выходов на смены. Люди находились в шахте до 48 часов в неделю вместо тридцати. В результате Громова привлекли к административной ответственности. Но график работы шахтеров, как показала новая проверка, не изменился. В итоге - очередное административное дело по части 2-й статьи 5.27 КоАП РФ и вынесенный 27 февраля этого года вердикт о дисквалификации.

Громов оспорил решение в Зенковском районном суде Прокопьевска, однако жалобу не удовлетворили. В конце мая уже Кемеровский областной суд подтвердил решение районного, и на днях оно вступило в законную силу. Как пояснили в прокуратуре, роль сыграло то, что начальник был уличен в подобных нарушениях неоднократно. К слову, у шахтеров, которые работали на соседнем участке, и двое из которых погибли, график был тоже своеобразный - с сокращенным интервалом между сменами.

Вольно обращаются с режимом труда и отдыха и на других угледобывающих предприятиях региона. Совсем недавно прокуратура обнародовала итоги очередных проверок семи шахт компании "Южкузбассуголь". Всего там обнаружено 178 нарушений норм охраны труда - на два десятка больше, чем год назад.

- На "Абашевской" и "Кушеяковской" люди работают во вредных и опасных условиях через одну смену, перерыв между которыми короче положенного, - рассказал Юрий Моор. - Так, в феврале-апреле 2014-го непрерывный еженедельный отдых 160 работников "Абашевской" и 133 работников "Кушеяковской" составил менее 42 часов в неделю. Такая же картина - на "Усковской", "Алардинской", "Ерунаковской-VIII" и "Осинниковской". В марте на шахте "Есаульской" 33 человека привлекались к работе за рамками времени, установленного производственным календарем (причем эту работу никто не учитывал как сверхурочную), а пятнадцать человек и вовсе трудились по две смены подряд. И на "Ерунаковской-VIII", и на "Осинниковской" люди были заняты под землей больше тридцати часов в неделю.

70 против 30

Проверенные прокуратурой предприятия пренебрегали и другими нормами и правилами. Например, выяснилось, что при повсеместной нехватке кадров, на ряде шахт не укомплектованы службы охраны труда. Соответственно, горняки проходят спецобучение и получают средства индивидуальной защиты несвоевременно. И это далеко не все. Но главное, что одни и те же нарушения повторяются из года в год, и количество их растет, несмотря на многочисленные административные дела (по итогам проверки шахт "Южкузбассугля" их возбуждено 88) и прокурорские представления, вынесенные руководителям добывающих предприятий. Руководители вроде бы реагируют, но проходит время, и вверенные им шахты вновь наступают на старые грабли. Особенно - шахты, оставшиеся без собственника (как та же "Дзержинка", у которой до сих пор де-юре нет хозяина) и готовящиеся к закрытию.

- Это, в первую очередь, касается старых шахт Прокопьевска, - продолжает Юрий Моор. - И еще для них характерны ситуации, когда рабочие сами просят начальство изменить график выходов, дать им возможность больше заработать.

Изменение принципа оплаты труда в отрасли было одним из главных требований, выдвинутых горняками в 2010 году, после трагедии на "Распадской". Тогда, казалось, только ленивый не говорил о фуфайках, которыми "затыкают" метановые датчики в забое, чтобы не мешали "гнать план", от выполнения которого напрямую зависит зарплата. В итоге в федеральное отраслевое тарифное соглашение вписали: условно-постоянная доля в зарплате горняков должна быть не менее семидесяти процентов. А дальше следовало подкорректировать коллективные договоры на предприятиях. Видимо, этот шаг был сделан не везде, либо где-то его сделали только на бумаге.

Восемь лучше шести?

Еще одно требование, которое несколько лет звучало практически на каждой встрече шахтеров Кузбасса с руководителями страны, - ввести восьмичасовую рабочую смену вместо шестичасовой. Аргументировали это тем, что шахты расположены далеко, часто в другом городе, и только на дорогу уходит часа три. А значит, дома практически не бываешь, семью не видишь. Такой график шахтеры между собой зовут "мойка-койка". По мнению сторонников перемен, лучше отработать в шахте три дня по восемь часов и потом три дня отдыхать. А у противников перехода свои доводы: аварии случаются в основном под конец смены, потому что люди элементарно устают. По восемь часов под землей можно работать, пока молодой. А если шахте уже отданы годы и здоровье?

По данным Роспотребнадзора, сейчас на угольную отрасль приходится до двадцати процентов всех профессиональных заболеваний, регистрируемых в стране. И это неудивительно: мало того, что работа у горняков объективно опасная и вредная, так еще и санитарные нормы на предприятиях нарушают сплошь и рядом.

Тем не менее в 2012 году Кузбасс вышел в Госдуму с законодательной инициативой об увеличении рабочей смены, а в конце 2013-го был принят соответствующий федеральный закон, который в начале нынешнего года вступил в силу. На его основании внесли изменения в Трудовой кодекс РФ. Теперь угольщики, работающие под землей, могут использовать сменный режим труда, продолжительностью не более восьми часов, а открытчики - не более двенадцати часов. Эти нормативы должны быть отражены в трудовых и коллективных договорах. А вводить новый режим или нет - каждое предприятие решает самостоятельно.

- Закон о спецоценке тоже принят и вступил в силу, однако сама методика его исполнения еще не разработана, - подчеркнул Юрий Моор. - А значит, и переходить на новый сменный график преждевременно.

В любом случае, механизация-автоматизация производственных процессов, которая теоретически облегчила труд шахтеров, не должна перечеркиваться на практике его неудовлетворительной организацией.

Компетентно

Евгений Шарафутдинов, Кемеровский межрайонный прокурор по надзору за исполнением законов в угледобывающей отрасли:

- При значительном увеличении объемов угледобычи в Кузбассе снизилась численность занятых в отрасли, что напрямую связано с увеличением производственной нагрузки на каждого шахтера и ростом травматизма, а также профессиональной заболеваемости. Что касается последней, то на угледобывающих предприятиях области в 2012 году было зафиксировано 823 случая, а в 2013-м - уже 954. Из них 768 произошло на участках подземной добычи, а 186 - на открытых разработках. Наибольшее количество случаев профзаболеваний зарегистрировано в угольных компаниях "Южный Кузбасс" (129), "Южкузбассуголь" (98) и "Кузбассразрезуголь" (52). В 2013 году к административной ответственности за нарушения трудового законодательства привлечено тринадцать директоров шахт. Мы будем ужесточать меры в отношении должностных лиц, уже привлекавшихся к административной ответственности. При систематических нарушениях будем передавать материалы в суд и, совместно с Ростехнадзором, требовать и добиваться дисквалификации виновных.

Экономика Работа Охрана труда Филиалы РГ Сибирь СФО Кемеровская область Аварии на шахтах