Новости

Производителей, которые не соблюдают госстандарты при выпуске продукции, будут наказывать
В России создадут реестр бракоделов, которые, нарушая регламенты производства той или иной продукции, делают свой товар опасным для здоровья и даже жизни людей.

Сегодня около 80 процентов государственных стандартов (ГОСТов) добровольны. Хочешь - выполняй, хочешь - работай по своим правилам. И все равно они для бизнеса как кость в горле. Потребитель-то больше доверяет товарам, сделанным по ГОСТам. И возникают попытки смягчить требования стандартов.

Как заставить бизнес работать по правилам? Об этом наш корреспондент беседует с главой Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии Алексеем Абрамовым.

Так, может, ввести уголовную ответственность за нарушение ГОСТов? Ведь нередко ими просто прикрываются!

Алексей Абрамов: Вы правы, существует большая проблема недобросовестного маркирования, когда производители используют знак ГОСТа как маркетинговую приманку, но в реальности стандарту не следуют.

Такие товары можно найти в любом магазине. Особенно

это касается пищевой продукции, там рынок совершенно открыт.

Однако, думаю, здесь необходимо в первую очередь объединить усилия всех контролирующих органов на потребительском рынке и просто системно реагировать на такие нарушения в рамках предусмотренных возможностей.

А если в результате нарушений причинен вред здоровью человека? Или он умер?

Алексей Абрамов: Для нас это предмет анализа юридически значимых фактов, которые могут стать основанием для отзыва из розницы всей партии товара. Как, например, это бывает,

когда обнаруживается, что в какой-то партии автомобилей существует риск заводского дефекта.

Но пока, к сожалению, банк данных нарушений техрегламентов у нас очень слабый.

К сожалению, сводной статистики нет, хотя она должна вестись по всем случаям причинения вреда, прежде всего при нарушении техрегламентов.

В чем же причина?

Алексей Абрамов: Нам просто не хватает тесного взаимодействия с другими контролирующими органами. С Роспотребнадзором, Ростехнадзором, Россельхознадзором, всего у нас порядка 30 разных контрольно-надзорных ведомств, из них кто-то больше, а кто-то меньше связан с рисками для людей.

Вот это сотрудничество будем налаживать в первую очередь. В свою очередь, ресурс с этой информацией мы хотим сделать доступным для всех госорганов. В части информации об опасных товарах он должен быть открыт и потребителям. Если кто-то "травит" народ, то народ должен знать, кто его "травит" и чем.

Когда мы накопим такую информацию, увидим, что из года в год, скажем, растет число конкретных инцидентов, тогда появятся основания для введения жесткой сертификации или иного ужесточения регулирования, чтобы на рынок попадало меньше "фальсифицированного" товара. Мы хотим создать надежный, действенный аналитический инструмент для принятия взвешенных государственных решений в этой чувствительной области.

Дело не только в усилении ответственности. Например, за рубежом контролеры от разных органов не идут друг за другом в один и тот же магазин. Зато проверяющий, если он видит очевидные нарушения за рамками его компетенции, без внимания их не оставит, позовет уже профильного специалиста, который разберется в деталях.

С другой стороны, в Европе даже при внеплановом контроле никто не станет предупреждать владельца магазина о том, что кто-то пожаловался на конкретное нарушение и к нему придут. Инспектор может прийти в любое время. У нас внезапные проверки исключены, даже при внеплановом контроле требуется предупреждение. Поэтому у бизнеса всегда есть возможность избежать ответственности.

Алексей Владимирович, когда в Госдуме обсуждали законопроект о стандартизации, один из депутатов потребовал вернуть стандартам обязательное значение. А вы как считаете?

Алексей Абрамов: Во-первых, уточню, что та часть добровольных стандартов, которые лежат в основе технических регламентов, в подавляющем большинстве случаев беспрекословно исполняются. Это стандарты, обеспечивающие безопасность продукции и позволяющие производителю выйти на рынок по простым, понятным всем правилам.

Применение остальных стандартов, а это 70-80 процентов фонда этих документов, не регламентировано.

Почему все-таки значительная часть стандартов, которые не входят в "тело" техрегламентов и не являются обязательными, не востребованы бизнесом в России? Неужели дело в элементарной неосведомленности?

Алексей Абрамов: Беда нашей экономики в том, что для собственников, менеджмента большинства российских компаний важно, чтобы была огромная маржа и очень быстрая окупаемость. За скобками остаются приоритеты, существенные в долгосрочной перспективе. В том числе пренебрегается экономическое значение стандартизации.

Наверное, в тучные годы это можно было понять. Но когда на счету каждая копейка, нужно быть более рачительным к распределению своих ресурсов. И имеет смысл потратиться сейчас, чтобы построить качественно другой бизнес. Мы просто пока не осознали до конца, что можно по копейке собрать рубль. Но Европа тоже к этому долго шла.

Саморегулируемые организации в этом помогают?

Алексей Абрамов: Конечно. Многие из них разрабатывают свои стандарты, и они заинтересованы в том, чтобы сделать их национальными. Особенно активны строители.

Да, действительно у нас в менталитете сидит еще с советских времен - раз ГОСТ, то он должен всеми исполняться. И это понятно, потому что мы все как потребители хотим иметь гарантию, что покупаем качественный товар. Но довольно наивно, на мой взгляд, рассчитывать, что применение прежних инструментов госрегулирования в новых экономических условиях будет столь же эффективным. И дело даже не в сложностях контроля. Нельзя через административный ресурс навязывать экономике то, что она сама никогда бы в жизни не сделала. Пользы это ни бизнесу, ни потребителям в конечном итоге не принесет.

Почему? Ведь стандарты - это наилучшие технологии и системы контроля качества.

Алексей Абрамов: Добровольность стандартов позволяет активным, продвинутым компаниям двигаться вперед, прописывать свои правила, новые стандарты - при этом не нанося прямого вреда тому бизнесу, который не может или не хочет стандартам следовать.

Но даже при добровольности стандартов они находят все большее применение. Вода камень точит. Потому что тот, кто разрабатывает и использует стандарты, все равно оказывается более конкурентоспособным - и в итоге именно он, а не "маргинальный" конкурент, остается в выигрыше.

А что будет с нашими стандартами в связи с созданием Евразийского экономического союза?

Алексей Абрамов: У нас уже есть стандарты, которые действуют на всем пространстве СНГ, и их количество будет и дальше расти. Здесь, правда, не все от нас зависит. Бывает, что стандарт, который мы уже разработали, "зависает" на стадии голосования, потому что к нему претензии у коллег из органов по стандартизации других стран СНГ.

И кто из них самый неуступчивый?

Алексей Абрамов: Нельзя сказать, что кто-то самый неуступчивый. Просто если у стран возникают опасения, что стандарт может нанести вред их промышленности, остановить конкретное предприятие, то мы стараемся находить компромисс, который позволит все-таки принять документ. Нам это важно для обеспечения единых правил на всей территории СНГ, потому что это дает возможность для кооперации.

И порой мы вынуждены ослаблять требования стандартов, чтобы коллеги могли по этим правилам тоже работать. Но обычно все же договариваемся, что через некоторое время придем к целевым требованиям. Классический пример - последовательное повышение классов экологичности по топливу, мы все прекрасно понимаем, что страны СНГ к ним по-разному готовы.

Насколько часто возникают такие коллизии интересов?

Алексей Абрамов: Это единичные случаи. У нас сохранились похожие технологические уклады, все мы выросли из одной большой экономики. По факту локомотивом в создании межгосударственных стандартов является Россия. Мы готовим большое количество таких документов, а наши коллеги оценивают свои технические возможности при дальнейшем применении таких стандартов.

А какие стандарты сейчас в России наиболее активно подтягиваются к международным?

Алексей Абрамов: В области строительства, электротехники, где у нас доля гармонизированных стандартов стремится к 100 процентам.

Уровень гармонизации постепенно растет, поскольку мы ежегодно обновляем около 10 процентов всего фонда стандартов. Сейчас гармонизированными являются уже 50 процентов стандартов.

Если мы видим, что объективно европейский стандарт лучше и он точно нам не навредит, мы его принимаем и продвигаем на уровень СНГ. На мой взгляд, гораздо важнее, сколько стандартов проходит от России на международный уровень.

Разве мы не только перенимаем чужие стандарты?

Алексей Абрамов: Вот интересно, что даже некоторые наши мощные предприятия просто не знают, что можно предложить свой стандарт, доказать, что по этим правилам должны работать во многих странах мира.

Мы уже уговорили крупнейшие нефтяные и газовые компании участвовать в работе Международной организации по стандартизации (ISO) и Международной электротехнической комиссии. Мы очень благодарны им за это. Крупным компаниям, ориентированным на экспорт, проще понять выгоду от продвижения своих стандартов на международных площадках.

Будем работать еще с рядом компаний, чтобы вывести их на эту арену. Хотя будет лучше, если объяснять, зачем нужна стандартизация и почему надо вкладываться в продвижение стандартов на международный уровень, будет не государство, а коллеги по бизнесу.

Почему участие наших экспертов в ISO так важно?

Алексей Абрамов: Именно в международных стандартах заложена вся "соль" дальнейшей конкурентной борьбы за глобальный рынок.

Сейчас мы определяем работу девяти технических комитетов ISO и трех комитетов Международной электротехнической комиссии. Там мы ведем секретариаты, руководим технической работой. И, конечно, мы заинтересованы в расширении влияния России в международных организациях. Но это нельзя делать административно. Я не могу взять и просто назначить туда сотрудников из Росстандарта. Там должны работать специалисты из компаний, которые глубоко знают технологический процесс.

Но пока не все наши, даже крупные, компании готовы нести расходы по содержанию "российских" комитетов в ISO. Здесь, помимо того что вообще сложно "раскачать" бизнес, сказываются нехватка специалистов и языковые барьеры. Естественно, туда надо ехать человеку, владеющему как минимум английским языком. А лучше - еще и французским.

А вот Китай, например, активно занялся повышением своей влиятельности в ISO. Китайские коллеги спонсируют эту деятельность активно - поддерживают своих экспертов, готовых работать в ISO. Это позволяет использовать международную стандартизацию для расширения экспансии китайских товаров на глобальные рынки. И новым президентом ISO со следующего года будет представитель Китая.

Визитная карточка

Алексей Владимирович Абрамов, руководитель Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии

Родился 16 сентября 1979 года в городе Горький. По образованию - юрист.

Работал в аппарате правительства РФ. Курировал вопросы технического регулирования и стандартизации, развития института интеллектуальной собственности, поддержки малого бизнеса.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке