Новости

28.11.2014 00:05
Рубрика: Культура

Домолчаться до Слова

У Зинаиды Миркиной вышел новый сборник стихов
Вышел новый поэтический сборник Зинаиды Миркиной "По Божьему следу". В нем стихи 2011-2013 годов.

Источник, из которого черпает Зинаида Миркина внутреннюю тишину и силу для своих стихов бездонен. Но, что бы стоять рядом с ним, нужно умереть для самого себя, для всего неподлинного в самом себе. Если ты хоть что-то наносное, поверхностное в себе не изжил, то обязательно отбросишь тень на источник и замутнишь его. До конца не преображенная душа должна вдохновляться чем-то внешним, чтобы сложить стихотворение, а преображенная стремится как можно полнее замолчать. Через молчание и приходят стихи из последней глубины, как перевод с Божественного языка на человеческий.

Любимый Миркиной Рабиндранат Тагор написал: "Я погрузил сосуд моего сердца в молчание этого часа, и он наполнился песнями". Домолчаться до Слова - такова задача поэзии. Религиозный опыт и подлинная поэзия неразлучны. Часто поэт начинает говорить прежде, чем ему есть что сказать, в надежде, что кривая вывезет, и, действительно, порою вывозит. Но тогда творчество становится не глубоким внутренним изменением всего состава твоей личности, а ловлей броского образа, поиск которого порою заменяет собой духовный труд.

Блеск рассветного огня не нужно улавливать и присваивать для того, чтобы написать стихотворение, все что нужно это слиться с ним или бескорыстно пропустить его через свое сердце. Бог присутствует в каждом стихе Миркиной как глубокое и ровное горение души.

Мне не раз доводилось сталкиваться с распространенным мнением - "либо Бог, либо стихи". Если стихотворение превратится в молитву и будет стремиться только к этому, то искусство закончится. Исподволь Бог в поэзии присутствует, но Он не называется. Подобный взгляд доминирует в интеллектуальной среде, и многие творческие люди хотели бы видеть литературный горизонт именно таким - очищенным от претенциозных, тяжеловесных символов. Да, такие символы и вправду не нужны. Имя Бога нельзя произносить всуе. А если не всуе? А если мы входим в мир, в котором суеты вообще нет?

Читателем приветствуются неуловимые состояния души, смена настроений, остроумие и озорство, страстные излияния, то окрашенные в инфернальные тона, то сдобренные скепсисом и иронией. Собственно, подобная поэзия и является зеркалом души современного человека. И так, я думаю, было всегда. Но всегда была поэзия совершенно иная, требующая преображения. Она как бы отбрасывала все лишнее, и сосредотачивалась на сердцевине человека, на его бессмертной сути. Но разве для бессмертной сути не отведено места? Разве не религия ею занимается?

Вот так исподволь и произошло разделение между так называемой светской поэзией и так называемой духовной, а, значит - между душой и духом. Трудно было бы придумать большее кощунство и в отношении Бога, и в отношении поэтического слова. Всем своим творчеством Миркина восстает против подобного разделения. Она часто повторяет изречение, услышанное от художника Владимира Казьмина. "Каждое здание стремится стать храмом, каждая картина - иконой, каждое стихотворение - молитвой". Человеческий рассудок всегда режет по-живому, а дух всегда соединяет и дарует новую жизнь неделимому целому. Религия так же опирается на глубокий поэтический слой сознания, как искусство на океан духовности…

…Рассудку надо бы замолчать перед великой тайной, умалиться в ее присутствии, а он все говорит и говорит, приводит резоны, доказательства, неоспоримые преимущества, бесконечно ссылаясь на чужой духовный опыт.

Миркина черпает свой духовный опыт от корней. Ее поэзия - это разговор с Богом напрямую со всей честностью и со всем трепетом - одно без другого невозможно.

Культура Литература Гид-парк