Новости

13.01.2015 23:43
Рубрика: Культура

Алфавит от Марка

Фотографии Марка Рибу в Мультимедиа Арт Музее
Если вы давно хотели начать учить французский, но не знали, с чего начать, то лучшего начала, чем выставка Марка Рибу, легендарного репортера независимого фотоагентства "Магнум", в Московском доме фотографии (Мультимедиа Арт Музее), искать не стоит. Выставка называется "Всемирный алфавит", и центральная ее часть сделана по принципу детской азбуки и учебника счета для самых маленьких. Вообще-то это была идея жены фотографа Катрин Шэд - сделать обучающие книги для детей, использовав в качестве наглядного пособия фотографии Марка Рибу. Книжки "Картинка создает слово" и "Все правильно посчитано?" вышли в 2010-м и 2011-м. А теперь эти два проекта органично включились в московскую выставку.

На мой взгляд, абсолютно гениальная идея. Я не буду останавливаться на изяществе замысла, который обыгрывает двойственную позицию фотографии - между отпечатком, буквальностью "следа" жизни и условностью языка. Об этой двойственности солидные люди вроде Розалинды Краусс уже много интересного написали. Я не буду вспоминать, например, об "Азбуке в картинках" Александра Бенуа. Это уж совсем другая история. Хотя перекличка любопытная получается. Я-то о другом хотела сказать. Вы можете себе представить, что из фотографий, которые печатаются в нынешних наших журналах, можно сложить детскую азбуку? Представили? Как-то не очень получается? У меня тоже. А вот из фотографий этого высокого, остроумного француза, которого заметили и поддержали еще Анри Картье-Брессон и Роберт Капа, который объехал с фотоаппаратом весь мир, и даже пару лет был президентом "Магнума" (в 1975-1976), очень даже получается.

Но сначала совсем простой вопрос. Какой должна быть фотография, которой можно было бы проиллюстрировать алфавит? Как минимум она должна быть понятной. Точнее, понятной даже ребенку. Нет, в ней может быть загадка, как, допустим, в снимке "Кролик", сделанном Рибу в саду в Шанхае в 2002 г., где завязанный пакет с торчащими ручками - просто копия сидящего зайчика. Но загадка, отсылающая к знакомому миру ребенка и как минимум развивающая воображение. Во-вторых, снимок должен быть интересным. В идеале его должно хотеться разглядывать, воображать, что было до и после. Для запоминания алфавита полезно, чтобы слово, которое фотография "представляет", можно было включить в рассказ. В-третьих, она должна запоминаться. Скажем, слово "дорога" вы не забудете, если вспомните поворот, запечатленный Марком Рибу на афганском перевале Кибер в 1955 г. На столбе, у поворота, аккуратно прикреплен нарисованный на фанерке (по трафарету, наверное) указатель. Под одной стрелочкой - силуэт автомобиля, под той же, что указывает в противоположную сторону - фигурки ослика и верблюда. И правда, совсем неразумно, чтобы смешивалась тягловая живая сила и механическая. Явно же, что они будут друг другу мешать. А в горах еще неизвестно, что надежнее.

Вы, конечно, можете сказать, что второй критерий и третий - практически одинаковы. Если фотография интересная, то она запоминается, и наоборот. Не проще ли сказать, что снимок должен быть хорошим? Возможно. Но разве фотографии, что публикуются в глянцевых журналах, плохи, с точки зрения профи? Очевидно, что кроме понятности, интереса и способности впечатываться в память нужен еще критерий. Его довольно трудно сформулировать. Человечность не то чтобы не подходит, но все же странно говорить о "человечности" фотографии черепахи, например. А Рибу снял здоровенную черепаху (опять же где-то в Афганистане, но уже в 1965 г.), неспешно переходящую пыльную дорогу, на которой виднеются отпечатки шин удаляющегося авто. Но чтобы снять эту красавицу, фотографу нужно было затормозить, вылезти из машины (раз уж все равно нужно дать ей дорогу)... Надо было перестать спешить, например. Или думать о редакционном задании. Потому что можно себе представить, как среагировал бы сегодня редактор журнала, которому предъявляют фотографию черепахи из командировки. Издевается он, что ли? Он что там себе думает, что мы его за тридевять земель отправили черепах фотографировать?

Вышедшее из моды слово "доброта", наверное, было бы уместнее. Но оно тоже не совсем точное. Пожалуй, тут речь не столько о доброте, сколько о любопытстве и доверии к миру, каким чаще всего обладают очень юные (и реже - очень старые люди). Позже Рибу признается: "Меня всегда больше трогала красота, чем насилие или уродство. Огромное счастье - уметь замечать порядок в мировом беспорядке, находить рифмы и ритмы через видоискатель фотоаппарата".

Вот Марк Рибу сохранил ту открытость миру, которая позволяет "замечать порядок в мировом беспорядке". Хотя, вообще говоря, у него в жизни опыт был самый разнообразный. Он успел и во время Второй мировой во французском Сопротивлении повоевать, и без работы на свои деньги в путешествия отправляться... В общем, если подумать, он часто вел себя рискованно. Даже его выбор профессии фотографа был еще той авантюрой. Ну какой нормальный человек, инженер, человек с хорошей профессией, без малого в 30 лет (точнее, в 28) бросит все из-за поездки на театральный фестиваль и удачного репортажа с него? А Рибу бросает и отправляется из Лиона в Париж. Потом из Парижа он отправится в путешествие в Китай, Индию, Россию, Вьетнам...

Надо сказать, что алфавит от Марка Рибу открывает не только вселенную языка, но и щедрое многообразие мира. Азбука замечательна тем, что позволяет сближать самые неожиданные вещи. Как бы вы проиллюстрировали слово "сноб"? Марк Рибу и Катрин Шэн берут портрет верблюда в профиль, сделанный на фоне скал Алжира в 1960 г. Надо видеть высокомерие, чванливость и самодовольство серьезного господина Верблюда, несомненно, разделяющего высокое мнение о самом себе. А как насчет слова "элегантный"? Вроде бы тут все просто. Бери снимок Жанны Моро и Пьера Кардена с показа мод или Ив-Сен Лорана... Но для своего алфавита Рибу и Шэн выбирают снимок, сделанный в Британском музее в Лондоне 1954 году. Безукоризненно одетый седой джентльмен в шляпе и платочком в кармане пиджака стоит около мраморной головы коня, осколка исчезнувшей древней цивилизации. Странно, но оба они: - и фрагмент конной статуи, и утонченный господин - пленяют не только элегантностью, но странной беззащитностью, хрупкостью, обреченностью. Они оба своего рода "уходящая натура".

Но вообще-то больше всего в азбуке Рибу фотографий детей, качающихся в колыбели, передразнивающих фотографа, тащащих свой груз по перрону, радующихся необыкновенным очкам от солнца, сосущих грудь матери... Это логично: азбука создается для мира, который ждет будущего и верит в него.

Тут, наверное, нужно сказать о "словнике", который подбирает для иллюстрации букв Рибу. В нем есть слова "радость" и "кимоно", "фотограф" и "шахтер", "рынок" и "завод", "ружье" и "павлин", "колыбель" и "штанишки"... Алфавит у Рибу, естественно, французский. А вот "словник" похож на тезаурус, что может пригодиться человеку с планеты Земля.

Культура Арт Фотография Филиалы РГ Столица ЦФО Москва Гид-парк Выставки с Жанной Васильевой РГ-Фото