Новости

10.03.2015 00:20
Рубрика: Общество

Жизнь наугад

Как сильное государство и демократия уживаются в сознании современной молодежи?
Экономический кризис, непростая ситуация на Украине, санкции Запада, лихие угрозы устроить майдан в Москве - умеют ли молодые люди с их романтично-бунтарским настроем и максималистским взглядом на жизнь сориентироваться в современном политическом и социальном контексте? О том, как поколение 15-30 летних оценивает социально-политическую жизнь, готово ли оно к активным действиям и что, в действительности, нужно сегодня молодежи рассказала "РГ" доктор социологических наук, заведующая отделом социологии молодежи ИСПИ РАН Юлия Зубок.

Современные молодые люди интересуются политикой, следят за международными событиями?

Юлия Зубок: Основная часть молодежи  - нет. Но это не значит, что они не в курсе происходящего. Долгое время среди молодых людей формировался устойчивый нигилизм по отношению к политике и своему участию в ней. В массовом сознании утвердился довольно устойчивый стереотип: мол, политика это бессмысленное занятие. Дескать, политики  заботятся о своем кармане, им нет дела до реальных нужд народа, изменить это практически невозможно, так что и участвовать в этом нет резона. Чтобы подняться над стереотипами и осмыслить политическую реальность молодому человеку, как и взрослому, нужна соответствующая подготовка. А ее не так просто приобрести. Но чем больше молодежь размышляет на эту тему, тем лучше осознает свои возможности и начинает участвовать во всем этом. А вот молодые люди, не обретающие такой привычки, обычно более негативно и агрессивно настроены, склонны к пессимизму и самоотчуждению. Поэтому, я думаю, лучше поддерживать осмысленные критические настроения молодежи, а не бояться их.

Каковы сегодня основные политические и социальные ожидания молодежи?

Юлия Зубок: В сознании молодого поколения тесно переплетаются традиционные, существующие уже на бессознательном уровне представления и современные ценности, сложившиеся под влиянием новых социальных явлений. Например, сильные государственнические позиции и ожидание от государства защиты и социальных благ сосуществуют с ценностями индивидуализации и стремлением к независимости. Молодежь - парадокс - одновременно стремятся к демократии и к сильному государству. Отсюда и ожидания. Одни уверены, что гражданин сначала должен реализовать свой долг и обязанности перед государством, а в ответ получить защиту и гарантии,а другие - наоборот, первичным считают гарантии прав, а потом реализацию долга. Но не стоит противопоставлять эти позиции и объявлять одну пережитком прошлого, а другую - ростком современного общества. Скорее нужно их сочетание, именно оно может привести к гармонизации социальных отношений. Проблемы начинаются тогда, когда ожидания молодежи не реализуются, декларируемые права не соблюдаются, и молодые люди ощущают себя бесполезными.

Эти противоречия можно преодолеть?

Юлия Зубок: Исследования показывают, что для поколения 14-30-летних доминирующими являются независимость страны и ее мощь, способность политического истэблишмента отстаивать общенациональные интересы и укреплять единство государства. Вместе с этим, современная молодежь уже успела усвоить базовый набор современных ценностей: свобода выбора, самореализация, плюрализм и диалог с властью. Хоть государственнические ориентации и преобладают в сознании молодежи, это не означает ее отказа от традиционных демократических принципов. И то, что запрос на централизованную власть и сильного лидера имеет для нынешнего поколения молодых россиян примерно равное значение, что и свободный политический выбор - яркое тому подтверждение. Поэтому получить поддержку и доверие молодежи смогут такие политические силы и решения, которые смогут соблюсти этот непростой, но столь необходимый баланс. Но чаще политические деятели замечают лишь одну из сторон этого запроса, спекулируя на тех, или иных ожиданиях молодежи. Но она она одинаково отторгает любые крайности.

Молодость обычно склонна к бунтарству и активным действиям… Современные молодые люди тоже?

Юлия Зубок: Наша молодежь сильно разделена и разобщена. Деятельное участие в политических движениях принимает редко. В этом смысле, она мало отличается от западных сверстников.

К сожалению, разрекламированные в свое время, политические проекты по привлечению молодежи в политическое пространство и идеи создания управленческого резерва, больше навредили. Если не считать нескольких успешных политических или бизнес-карьер, обещанного социального лифта из них не получилось. Неоправданные ожидания молодежи перешли в безразличие и отрицание у одних, в недовольство, возмущение и фанатичное желание получить обещанное - у других. Надо сказать, что именно ожидания этой части молодежи, сочетающие напряженность, самоорганизацию и налаженную коммуникацию, в условиях кризиса могут стать опасными.

В последнее время нас все чаще пугают ростом экстремистских настроений среди молодежи…

Юлия Зубок: Да, молодежь отличается экстремальностью - в силу возрастных особенностей, неустойчивого положения в обществе, "пластилинового" сознания и недостатка жизненного опыта. Но это только предпосылка, а не сам экстремизм. Чтобы экстремальность трансформировалась в экстремизм должно сойтись несколько условий: резкое ухудшение экономического положения, безработица, отсутствие профессионального и карьерного роста, правовая незащищенность, индивидуальная склонность к рискованным действиям, недоверие к власти и наличие в окружении людей с экстремистскими взглядами.

Экономический кризис, в той или иной мере, ощутим всеми. Жизненный уровень существенно снизился, особенно в регионах. Но возможности самореализации заметно росли в последние десять лет, хотя сейчас их рост замедлился, и появилась неопределенность. Молодежь будет пытаться преодолеть эту неопределенность, а это сопряжено со спонтанными действиями наугад и риском.

Хуже всего ситуация в малых городах и сельской местности. Не случайно типичным потенциальным экстремистом является житель небольшого городка или поселка в возрасте 18-23 лет, учащийся техникума или работающий на предприятии. У него маленький доход, ему никогда не вырваться из своего круга, но он уже имеет какой-никакой жизненный опыт и успел приобщиться к радикальным идеям. Другая часть рекрутируется из студенческой среды. Она отличается более осмысленным характером своего участия в экстремистских группах.

Спонтанные экстремистские настроения молодых людей в основном направляются против богатых и чиновников, которые в сознании молодежи представляют собой единое целое. А ксенофобские проявления обычно возможны под влиянием внешней организующей силы, направляющей гнев радикально настроенных молодых людей против лиц других национальностей.

Что можно сделать, чтобы этого избежать?

Юлия Зубок: Работа, адекватная зарплата, защита прав, реальная помощь в организации малого бизнеса - все это поможет снизить уровень социальной напряженности в молодежной среде.

А в политическом плане следует еще раз сказать о значимости такого фактора, как доверие. Россияне исторически больше склонны доверять власти, что является нашим мощным ресурсом социальной солидарности. Но доверие не удерживается само по себе, а нуждается в постоянной подпитке. Молодежь, доверяющая власти, реже проявляет радикальные настроения, и если уж протестует, то в рамках разрешенных, мирных акций. А вот недоверие однозначно радикализирует молодежь и чаще всего толкает ее в сторону радикальных националистов, а не либералов, как многие ошибочно думают. Поэтому последовательное завоевание доверия, а не манипулирование молодежью является одной из главных задач во взаимодействиях с ней.

Какая часть молодых людей больше всего склонна к участию в маршах, митингах?

Юлия Зубок: Молодежь, примыкающая к тем, или иным акциям протеста, руководствуется самыми разными мотивами: идейными, возможностью заработать, стремлением самовыразиться, а иногда просто потусоваться за компанию… Но выступает ли молодежь за власть или против, отстаивает ли она демократические свободы или требует порядка, практически во всех случаях в ее среде присутствует повышенный градус экстремальности. Большая или меньшая доля экстремизма есть и в каждом, без исключения типе молодежного движения. Поэтому еще раз напомню о потенциальной опасности провокаций и сталкивания разных групп молодежи.

Кстати

53 процента молодых людей за то, чтобы любой ценой сохранять порядок и согласие в обществе. Лишь 15 процентов высказываются за активный протест, из них каждый пятый готов участвовать в разрешенных демонстрациях, а каждый десятый - в забастовках. Готовность к различным экстремальным действиям  высказывают 2 процента молодых людей. В абсолютном выражении эта группа не так мала, особенно учитывая тенденцию к ее высокой самоорганизации, в том числе и через интернет. 37 процентов молодежи не считают митинги и протесты эффективной мерой и не собираются в них участвовать.