Новости

06.05.2015 00:32
Рубрика: В мире

"Орлы" расправляют крылья

Российско-китайское сотрудничество в области авиации в последнее время набирает большие обороты, а началось оно еще в начале 1910-х годов
Среди гастролировавших в Китае летчиков был известный в те годы авиатор А.А. Кузьминский, близкий родственник (сын свояченицы) писателя Л.Н. Толстого. "Живописуя" свои полеты по китайским "городам и весям", он очень образно обрисовал "чисто восточный" образ мышления китайцев. Однажды после полета французский консул подвел к самолету какого-то старого сановного китайца и внезапно обратился к нему: "Не удивляет ли вас то обстоятельство, что машина весом в двадцать пудов, да еще с человеком, может так легко и свободно летать по воздуху?" Китаец задумался и серьезно ответил: "Я был бы, напротив, удивлен, если бы машина, сделанная для того, чтобы летать, не летала бы".

В середине 1920-х годов руководители революционного Китая прекрасно понимали значение боевой авиации. В многочисленных региональных конфликтах тех лет достаточно было появиться в воздухе одному-двум самолетам, как солдаты противника, никогда не видевшие "крылатых птиц, кидающих бомбы и изрыгающих огонь", в панике разбегались. Лидер Гоминьдана Сунь Ятсен организовал постройку самолета, назвав его английским именем своей жены "Розамунда", и собственноручно написал на фюзеляже лозунг "Авиация спасет государство". Самолет принимал участие в знаменитом Северном походе, позже в боях участвовали советские самолеты Р-1 и наши летчики.

В январе 1925 года революционное правительство создало в провинции Гуандун авиационную школу, среди курсантов оказалось несколько коммунистов. Пятерых из них вскоре направили на учебу в Советский Союз. Позднее командировали еще 19 человек в советские авиашколы. Многие из них потом вернулись в Китай.

В 1931 году губернатор пограничной с СССР провинции Синьцзян Цзинь Шужэнь открыл в Урумчи авиашколу, закупив в СССР два самолета Р-1 и зачислив на службу советских летчиков и механиков, старшим летной группы стал А. Волынченко. В следующем году из СССР поступило еще два Р-1, три У-2 и два К-5.

В те годы провинция Синьцзян находилась в оппозиции Центральному Китаю и представляла собой запутанный клубок политических противоречий. На ее территории после гражданской войны еще оставались многочисленные отряды Белой армии. В то же время это был единственный и стратегически важный сухопутный путь из СССР в Китай, так как Маньчжурию оккупировали японцы, которые планировали стремительным броском через Внутреннюю Монголию в Синьцзян отрезать революционные китайские войска от Советского Союза. Для оказания военной помощи Шэн Шицаю в конце 1933 года из СССР отправили три Р-5 с советскими экипажами. Они сражались в едином строю с белогвардейскими отрядами, продолжавшими носить погоны царской армии.

В 1930 году боевая авиация КПК пополнилась трофейным боевым "Корсаром" 02W4 из 4-й авиагруппы ВВС Гоминьдана. В тумане связной самолет сбился с курса и совершил вынужденную посадку. Летчика Лун Вэньгуана без особого труда уговорили вступить в Красную армию. Самолет назвали "Ленин" и перекрасили, на крыльях нарисовали пять красных звезд. "Корсар" летал на разведку, бомбил и разбрасывал листовки. В 1932 году при отходе войск УПК самолет разобрали и спрятали, летчика гоминьдановцы поймали и казнили. В 1950-е годы обломки самолета нашли, по ним восстановили макет, который сегодня находится в Пенинском авиационном музее.

После начала войны с японцами в 1937 году КПК стала подпольно готовить для себя авиационные кадры в авиашколах Гоминьдана и открыто - в Урумчи, где проходила трасса поставок авиатехники из СССР. В марте 1938 года в Урумчи прибыли 44 молодых коммуниста. Из них создали две группы - летную (из 25 человек) и механиков. Курсанты начинали летать на У-2, затем переходили на Р-5, УТИ-4 и другие боевые машины. Общий налет составлял около 300 часов.

Всего в 1937-1941 годах по трассе перелетело около 1000 самолетов (565 истребителей И-15, И-15бис, И-153, И-16, 322 бомбардировщика СБ, ДБ-3 и ТБ-3, а также учебно-тренировочные машины). Советские летчики (кроме инструкторов и советников) вернулись в Союз в начале 1940 года (к тому времени механиков, обучавшихся до сентября 1939 года в Урумчи, отправили в пограничный летный отряд войск Шэн Шицая, летчики закончили курс в 1942-м). В это время созданный в Урумчи авиазавод для сборки боевых самолетов решили демонтировать и вернуть в СССР. Когда Шэн Шицай понял, что поставок по трассе больше не будет, он открыто выступил на стороне Чан Кайши против КПК. В ноябре всех авиаторов-коммунистов посадили в тюрьму. Освободить их удалось лишь летом 1946 года.

Нашим летчикам, воевавшим на самолетах с гоминьдановскими звездами, категорически запрещалось вмешиваться во внутреннюю китайскую политику: отношения Гоминьдана с КПК развивались по синусоиде - то дружба, то вражда. Свой "пролетарский интернационализм" хорошо одетые европейцы периодически проявляли по отношению к рикшам: давали деньги "водителю", сажали его на место пассажира, а сами впрягались в оглобли. Поглядеть на этот "аттракцион" китайцы сбегались со всей округи, каждый раз дело едва не заканчивалось международным скандалом

В Яньани, контролируемом КПК особом районе Китая, в марте 1941 года создали инженерную авиашколу, там обучались более 100 курсантов. Школу неоднократно реорганизовывали. В мае 1944 года при штабе 8-й армии на ее базе создали авиационную группу, она привела в порядок аэродромы Яньаня, создала части аэродромного обслуживания и обеспечивала сохранность самолетов, в том числе того, на котором Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай в августе 1945 года летали в Чунцин на переговоры с гоминьдановцами. Осенью 1945 года была образована группа приемки трофейной японской авиатехники, 30 авиаспециалистов направили в Маньчжурию для организации летной школы в Тунхуа в Гирине.

После капитуляции Японии на территории Маньчжурии осталось около 1800 трофейных самолетов, из них коммунистам досталось не более 50. Их использовали в авиашколе в Тунхуа, где инструкторами стали 19 военнопленных японцев. Их командиру Линь Баои даже вернули личное оружие. Зимой 1946 года в лютые морозы по всей округе собирали разбитую авиатехнику. С помощью местного населения в Тунхуа притащили 120 разбитых самолетов, около 200 двигателей, более 100 ящиков приборов, 1000 бочек с топливом...

Официально школа начала работу 1 марта. Сначала в ней насчитывался 631 человек, после ремонта из сотни старых самолетов собрали 30-40, еще способных летать. Обстановка здесь была крайне тяжелой. Из-за наступления гоминьдановцев в 1946-1948 годах авиашколу перебазировали пять раз. Квалифицированных кадров, техники, запчастей, горючего, продовольствия не хватало. Бензин заменяли спиртом. Всеми средствами пытались продлить ресурс самолетов и обеспечить безопасность полетов. Колеса и пропеллеры нередко переставляли с самолета на самолет, шины накачивали даже велосипедными насосами. В 30-градусные морозы летчики и механики вместо курток использовали мешки из-под муки. Тем не менее к октябрю 1949 года подготовили 560 авиаспециалистов командного профиля, из них 126 летчиков, 24 штурмана, 322 механика, 88 аэродромных специалистов и штабных офицеров.

В мире Восточная Азия Китай