Новости

14.05.2015 17:50
Рубрика: Общество

"Мы пришли побеждать, а не погибать"

"РГ" помогла сибирячке найти могилу деда, защищавшего Заполярье в годы войны
Для Марины Валуйской из Новосибирска семидесятилетие Великой Победы стало без преувеличения новой жизненной вехой. В этот день она вместе с дочерью Анной впервые побывала на могиле своего деда, Ульяна Петровича Горшенина, который пал смертью храбрых 12 марта 1942 года в бою с немцами на Кольском полуострове. Он погиб невдалеке от реки Западная Лица, на знаменитом рубеже, который немцы так и не смогли прорвать до самого конца войны.

- О том, что дед погиб под Мурманском, мы узнали только в прошлом году, - говорит Марина Петровна. - Раньше знали только, что он не вернулся с фронта, что пришла похоронка. Даже в каких войсках воевал, было неизвестно. Всю жизнь мы с мамой, которой в момент начала войны было всего три года, ходили на наш Монумент славы, задирали головы и пытались на высоченных пилонах разглядеть фамилию Горшенин. Но так и не разглядели ни разу…

В 2014 году сведения об Ульяне Горшенине нашла на сайте министерства обороны его правнучка Анна. А в год 70-летия Великой Победы на семейном совете твердо решили: к деду нужно съездить. 77-летняя дочь Ульяна Горшенина, у которой дома висит довоенный портрет отца, к сожалению, осталась дома - лететь на другой конец страны ей не позволило здоровье. А вот Марина Петровна с дочкой отважились - и для них это даже не путешествие, а паломничество. Они верят, что после поездки к деду жизнь их семьи - семьи без мужчин - изменится к лучшему. Домоседок не испугало даже известие о том, что в Мурманске в мае - метели и сугробы, особенно в Долине Славы.

Сначала это путешествие казалось несбыточной мечтой. Отправиться за тысячи километров на край земли, где даже в мае земля покрыта снегом... Где эта Долина Славы, как до нее добраться? Где искать могилу, в которой похоронен дед? Наконец, неблизкий перелет, гостиница, транспорт стоят недешево. Все эти вопросы казались женщинам неразрешимыми. Помогли журналисты новосибирского филиала "РГ", которые обратились к своим мурманским коллегам.

Организовать поездку удалось даже легче, чем это представлялось вначале. Как говорится, мир не без добрых людей. Председатель совета поисковых отрядов Мурманской области Константин Добровольский и его соратники-поисковики быстро выяснили, где расположена братская могила, в которой похоронен рядовой Ульян Горшенин. Руководство мурманского отеля "Азимут" согласилось разместить сибирячек бесплатно, а мурманский транспортный филиал ГМК "Норильский никель" выделил им для поездки в заснеженную Долину Славы "Ленд-Крузер" с водителем. И вот наконец наступил долгожданный день вылета.

- Я очень волнуюсь, верю, что в Мурманске случится что-то важное, - поделилась Марина Петровна с корреспондентом "РГ" перед вылетом. - Везу фотокарточку деда. Это единственная его фотография, он ее прислал в 1940 году своей супруге, моей бабушке. На обратной стороне написал: "Любимой, дорогой жене Нюсе Г. от мужа. Июль 1940 года".

7 мая в аэропорту Мурманск женщин встретили представители администрации Кольского района Мурманской области. На 8 мая был намечен выезд в Долину Славы. Денек выдался на редкость солнечным и теплым, хотя гораздо чаще в это время в Заполярье идет снег и дует пронизывающий северный ветер. Видно, и впрямь судьба благоволила путешественницам.

Долину Славы в годы войны называли долиной Смерти. Не укроешься, не спрячешься, не зароешься в землю, саперная лопатка бессильна против гранита

В Долину Славы мы отправляемся вместе с Мариной Петровной и Анной. К их удивлению, путь оказался неблизким - от Мурманска ее отделяют около 75 километров. Здесь нет почти ни одного ровного участка - то крутой подъем, то не менее крутой спуск, дорога извивается между заснеженных скалистых сопок, поросших низеньким березняком. Лесотундра… Даже летом, которое приходит в эти края лишь в конце мая, пройти здесь пешком может только опытный и привычный человек. Сейчас же это и вовсе невозможно: сугробы по колено и выше. Зимой почти круглосуточная темнота, одну ночь от другой отделяют короткие серые сумерки. Летом же день и ночь можно отличить только с помощью часов. Что в полдень, что в полночь над сопками сияет солнце и звенят тучи комаров. Не укроешься, не спрячешься, не зароешься в землю, саперная лопатка бессильна против гранита… В этих адских условиях советским бойцам нужно было не просто выживать, а сдерживать натиск элитных подразделений вермахта, отлично вооруженных и экипированных.

Долина Славы лежит между двух высоких сопок. В годы войны ее называли Долиной смерти. Слева от дороги река Западная Лица. Справа - два мемориала. Каменные стелы, на которых тысячи фамилий погибших бойцов, названия и номера воевавших здесь частей и соединений. Отдельно стоят две стелы со строками из солдатских записок и писем. "Прощайте, мама, ухожу в сырую землю…9.II.1943". "Я умираю без страха. Мужайтесь! Колодин. I-VII-1943". "Прощай, белый свет, прощай, страна моя родная! 15/VII - 44. Коля". "Отомстите за меня, за всех погибших. М. Грызун".

Вот и та самая братская могила - цель далекого путешествия. Скромный памятник из черного мрамора с якорем и надписью "Вечная память воинам 72-й и 69-й морских стрелковых бригад, погибшим в боях за Родину (1942-1944 гг.)". На постаменте цветы и изрешеченная осколками советская каска. "Горшенин У. П." - бросается в глаза строчка среди десятков других фамилий. "Здравствуй, солдат, к тебе пришли…" Марина Петровна набирает телефонный номер своей матери:

- Мама, здесь цветы, венки, люди, березы… От дороги совсем недалеко, только по лестнице подняться. А березки - карельские, удивительные. Мама, это тебе спасибо… Все, мамочка, жди нас, жди.

Внучка склоняется перед мраморной плитой с фамилией деда, кладет на нее венок. Прислоняет к плите фотографию молодого парня в фуражке со звездой. Ставит рядом лампаду, стопку водки, блюдечко с домашними блинами. Сюда же, по совету поисковиков, кладет папиросу.

- Я мало знаю о моем дедушке, бабушка о нем почти ничего не рассказывала, писем тоже мы не видели, - рассказывает она. - Знаю, что был он веселый, на гитаре играл. Глаза голубые, кудри… От фотографии я оторваться не могла. Молодой, красивый… Даже ярко-красные гвоздики не хотелось брать, взяла розовые, нежные, ведь дедушка с бабушкой были молодые и влюбленные… Шестеро братьев Горшениных было, все ушли воевать. Четверо погибли, двое вернулись. К сожалению, мне не довелось их знать. День Победы и раньше мы всегда отмечали, и слезы были на глазах, но такого глубокого понимания его сути до сих пор еще не было. Радость на душе, гордость, волнение. Судьба сделала нашей семье подарок…

P. S.

К деду, о котором Марина Валуйская знает так мало, она испытывает очень глубокие чувства - и вот эта способность человеческой души преданно любить и поражает больше всего в этой истории. Внучка, родившаяся спустя 20 лет после гибели Ульяна, перед поездкой написала ему стихи, и в первых двух коротеньких строчках ей удалось передать ощущение неразрывной связи поколений:

Я была на клубничной поляне

В твоей деревне, с мамой моей

Я пила родниковую воду

В твоей деревне с дочкой твоей…

Не верящие в смерть

Здесь была настоящая катастрофа людских судеб, рассказывают мурманские поисковики. 72-ю морскую бригаду, которая держала оборону, немцы так и не смогли сбить с оборонительных рубежей. Даже высоты, окружающее захоронение, имеют морские названия - Кранец, Корма, Нос. Не исключено, что Ульян Горшенин погиб при неудачной попытке наших войск весной 1942 года выбить немцев с укрепленных позиций и оттеснить их к советской границе.

Наши потери были огромными. Сейчас невозможно представить, насколько трудно было красноармейцам держать оборону, а затем штурмовать немецкие позиции. Противник укрепился очень основательно. Даже среди скал немцы оборудовали траншеи в полный профиль, то есть такие, в которых можно стоять, с геометрически правильными поворотами. В монолитных скалах они устроили искусственные пещеры, ухитрялись даже вырубать в камне ванны для мытья. Почему фашисты смогли устроиться с таким комфортом, в отличие от нас, почему советских солдат здесь погибло гораздо больше, чем немцев?

- В числе немецких подразделений воевали финны и австрийцы, для которых подобные условия были привычными, - объясняет Константин Добровольский. - А потери советских войск во многом объясняются тем, что в то время приходилось спешно набирать бойцов, даже слабо подготовленных, чтобы успеть преградить немцам путь к Мурманску.

Здесь воевали даже южане, прежде никогда не видевшие Севера. Однажды в качестве пополнения сюда были направлены солдаты-узбеки. Немцы их заметили и открыли по колонне сильный огонь. Вместо того чтобы разбежаться и спастись от страшного огня, ошеломленные узбеки садились на землю, молились и погибали. Многие без переводчика не могли понять команд, отдаваемых по-русски. И все же отвага и стойкость защитников Заполярья вызывала у врагов уважение, смешанное со страхом.

- Приехал однажды лет десять назад к нам немец по фамилии Анкер, - добавляет Константин Добровольский. - Увидел мешки, в которые мы складывали останки бойцов, найденных нами, и сказал: "Если бы меня отсюда в 1944 году не сняли, я лежал бы сейчас в этом мешке". Показывал военные фотографии участков, где мы сейчас находимся. Стоит он на снимке в военной форме, а сзади на снегу лежат трупы наших солдат, погибших в неудачной атаке. Подарил я ему, помню, советский военно-морской флаг. Он его поцеловал и запел гимн Советского Союза…

Печально, что у очень многих погибших нет смертных медальонов, позволяющих установить их имена и фамилии, сетует поисковик. Участники поисковых работ не раз интересовались у ветеранов боев в Заполярье, почему воины пренебрегали этим? Причина оказалась простой. Бойцы заявляли, что пришли сюда воевать и побеждать, а не погибать. И отказывались надевать медальоны… Они действительно победили, не пустив немцев к Мурманску. Но из-за этой веры в победу многие герои, павшие в боях, так и остались безымянными. Их еще очень много здесь, на высотах вокруг памятника. 

Общество История Филиалы РГ Северо-Запад Филиалы РГ Сибирь СЗФО Мурманская область СФО Новосибирская область Новосибирск Война из семейного альбома Вторая мировая война