У блока отсутствует swig шаблон (наличие обязательно)
У блока отсутствует файл с данными (наличие не обязательно)
Самые высокие рейтинги и большое количество кликов в соцсетях набирают видеоролики со смешными героями - домашними животными.

То кот-британ старательно 10 минут влезает в круглую вазу, а мир миллионной аудиторией наблюдает за этим. То енот, поедающий виноград, или пес, учащий младенца ползать, набирают невероятное количество просмотров. "Я всегда возмущаюсь, видя, что мое "Яйцо" (домашний кот. - Прим. ред.) собирает больше лайков, чем я. Но у "Яйца" есть то, чего нет у меня, но что бы мне хотелось иметь, - способность вызывать умиление", - смеется журналист и блогер Марина Ахмедова, автор серьезных военных репортажей.

Сетевой сленг наградил это явление соответствующими "именами": "ми-ми-ми" - нечто умильное и "котеги" (котики).

Но на самом деле, по мнению Марины, тема котиков - это разговор о людях. "Мы прибегаем к "методу котиков", когда хотим напомнить о себе. Это же самый верный способ собрать лайки. А лайки для человека информационного общества - это прежде всего подтверждение, что он есть, он существует. Хоть и спрятавшись за котиком".

"Котеги" - это еще и повод помириться. Самым разным людям, хоть на пять минут.

- Мне, правда, нравится размещать в "Фейсбуке" фотографии своей кошки, - говорит Марина Ахмедова, - потому что я вижу, как каждая фотография объединяет людей самых разных, часто противоположных взглядов, позиций и лагерей. Мое "Яйцо" "лайкают" и западные украинцы, и жители ДНР.

Конечно, животные - великолепные поставщики курьезов, смешных и понятных во всех уголках мира событий. Дальневосточный уличный кот, "продегустировавший" в аэропорту Владивостока морепродуктов на 60 тысяч рублей, стал героем, его готовы были взять с улицы в театр Куклачева, а смешной сюжет о том, как он поужинал в витрине черной икрой, собрал миллионы просмотров.

Хотя иногда такие курьезы с животными, особенно дикими, оборачиваются трагедией (девушки снимали селфи на берегу озера и доснимались до того, что одну утащил крокодил). Иногда пронзительно-печальными: маленькая обезьянка не хочет покидать свою умершую мать - прижимается, ищет молока, спрыгивает за ней в могилу-ямку.

- Я бы интерес к "котикам" связала с повышенным уровнем тревожности. В напряженных ситуациях человеку хочется вернуться в детство, к чему-то безопасному, маленькому, ориентированному на него самого, "человекосоразмерному". Это такое убежище, - говорит "РГ" редактор отдела философии и культурологии журнала "Знание - сила", активный блогер Ольга Балла.

Люди устают от громадных событий, не вмещающихся в их мир, распирающих и раздвигающих пространство личного, как минимум, до неуютности, как максимум - до катастрофичности.

Если в первой половине 20 века в русской культуре клеймилось мещанство, а продуваемый всеми ветрами "большой мир" и "большие идеи" были однозначно лучше затхлой домашней запертости, то 20 век изменил предпочтения. И уже во второй его половине граждане не так уж хотели быть похожими на горьковского Данко или арбузовскую Таню. В ветрах перемен, войн и революций, жизнь разорялась, быт рушился, вещей не хватало. И "милые вещи века" медленно, но верно росли в цене.

Мы перестали презирать фикусы, объявленные когда-то Маяковским символом мещанства. Стихотворные строки Тимура Кибирова "Леночка, будем мещанами" в 90-е читались манифестом "маленького мира". ("... А мы будем квасить капусту, / будем варенье варить из крыжовника в тазике медном, / вкусную пенку снимая, назойливых ос отгоняя").

Однако старательное (уж не говоря об остервенелом) потребление стало быстро надоедать обществу низкими потолками смыслов. И вот уже кто-то насмешливо комментирует строки Кибирова: "Вот она, вся суть постсоветской интеллигенции!".

Но, несмотря на неустойчивость общественных симпатий, некий баланс все-таки установился. И место для котегов, "ми-ми-ми" и всего, что полвека назад обозначалось выражением "прелесть что такое" закрепилось в нашей жизни и прописалось в сетях. За темой, которая становится "главной" лишь для девушек домашнего образа жизни, тянется яркий, но быстро сгорающий интерес.

Никто не полезет в Сеть второй раз смотреть сюжет про енота, перекусывающего виноградом. Не "Джоконда" же он. Не "Завтрак на траве". Не "Девочка на шаре".

Ключ к вечным лайкам по-прежнему дает только талант.

компетентно

Максим Кононенко, публицист, блогер, один из пионеров русского Интернета:

- В Интернете котики были всегда, изначально. Еще когда в далеком 1994 году кто-нибудь открывал домашнюю страничку, в ней обычно было написано "я такой-то", помещались стихи собственного сочинения и фотографии котов. Коты родились вместе с WEBом и, видимо, вместе с WEBом и помрут. Это как с пейзажем. Когда человек видит красивый вид, он обязательно хочет его тут же сфотографировать и поделиться им с другими. Получается обычно плохо. То же самое с котиками. Но желание сфотографировать мило присевшего котика и показать его потенциально неограниченной аудитории становится совершенно непреодолимым. Тем более что камера всегда под рукой. И все будут лайкать, потому что ну что можно сказать плохого о котике.