Новости

18.06.2015 00:07
Рубрика: Общество

Вася Кубанев - гений из 1941-го

Пророчества довоенного мальчишки, похоже, касаются и нас

...А кончится битва -

солдат не судите чужих.

Прошу, передайте:

я с ними боролся за них.

Василий Кубанев, 1940 г.

Перечитайте еще раз эти стихотворные строки: они поразят вас мудростью и христианским максимализмом: "Солдат не судите чужих..." Кажется, что мог сказать только старый солдат через много лет после войны или смиренный монах на закате жизни. А написал их девятнадцатилетний сельский учитель Василий Кубанев.

Войну он предчувствовал как никто другой. Провинциальный юноша, родившийся в курском селе Орехово, живший в Мичуринске и учительствовавший на воронежском хуторе Губаревка, оказался проницательнее публицистов, генералов и самого вождя народов.

После Пакта Молотова - Риббентропа он написал в письме любимой девушке Вере Клишиной: "Итак, договор с Германией подписан. Он будет нарушен - в этом нет никакого сомнения. Это - немецкая хитрость..."

Через два дня после начала Второй мировой войны, 3 сентября 1939 года, Вася Кубанев пишет: "С Германией нам придется воевать в самое ближайшее время, и напрасно мы подпускаем ее так близко к себе..."

Его осведомленность в делах мировой и внутренней политики кажется невероятной. Если бы письма Кубанева попались НКВД, парень наверняка угодил бы в лагерь. Слишком многое он видел и понимал. 18 января 1940 года Василий пишет Вере: "Вчера ночью "Заготзерно" получило телеграмму об отгрузке 150 тонн (10 вагонов) ячменя в Германию - фирма Шенкер (через Либаву и еще какой-то пункт). За последние дни таких отгрузок было несколько. Немцы пивом обеспечены! Наверное, и ватрушками тоже... Если бы не заключили пакта с Германией - не было бы никакой войны. Сейчас Германия подпущена к нам, у нас с ней общая граница, нападение ее на нас ничем не затруднено и должно совершиться неизбежно..."

Иные его письма кажутся аналитическими записками, отправленными не любимой девушке, а руководству страны (известно, что Кубанев еще школьником писал письма Сталину). И трудно сказать, для какого года его соображения актуальнее: для1939-го или 2015-го. Вот что он пишет Верочке Клишиной об опасности "горячих" конфликтов в эпоху глобализации: "Любая война в нашу эпоху является мировой войной. Она непременно втянет в битву одну страну за другой, потому что тесная связанность (взаимосвязь в форме зависимости) всех стран между собой представляет характерную и еще не развившуюся черту нашей цивилизации (здесь речь идет не только о капиталистической "цивилизации", но и о нынешнем устройстве вообще)..."

При этом политика вовсе не была любимым предметом его размышлений. Василий мечтал быть писателем. Читал он с четырех лет, причем родные утверждали, что никто Васю читать не учил.

Когда мальчику было десять лет, отца, мать, младших сестру и брата отправили в ссылку на Север. Вася остался с тетей, сельской учительницей. Через два года семье удалось воссоединиться.

К окончанию школы он прочитал почти всю мировую классику и снискал первую славу как поэт. Им заинтересовался Чуковский. Вскоре Василий познакомился с Корнеем Ивановичем в Ленинграде, куда его пригласило для переговоров одно из издательств. В мае 1941-го Кубанев был в гостях у Николая Асеева - одного из самых известных в ту пору поэтов.

В 16 лет Василий приступил к написанию "социально-философского романа о судьбах крестьянства, о судьбах России". Его увлекала музыка (он не только прекрасно в ней разбирался, но и сам сочинял ее), педагогика (полгода он преподавал в сельской начальной школе), журналистика (заведовал отделом в районной газете), иностранные языки (читал французских и немецких классиков в подлиннике), а еще - философия, история искусства, кино, театр...

Гигантская умственная работа не мешала ему оставаться нормальным мальчишкой - порывистым, дерзким, влюбчивым. Родные и друзья звали его Васильком.

Девочку, с которой Василек дружил подростком, звали Тася Шатилова. Потом он влюбился в Верочку Клишину. Мы должны благодарно вспомнить этих чудных советских барышень: только благодаря им у нас есть представление о том, каким был Вася Кубанев. Они сохранили его письма. Основной архив Кубанева погиб. И о том, что безвозвратно утрачено, можно теперь лишь догадываться по сохранившимся письмам. Ясно одно: Россия потеряла наследие одного из своих юных гениев.

Василий чувствовал: жизнь его будет короткой. В 18 лет написал "Завещательную записку": "В случае моей смерти прошу все, что останется после меня - мои рукописи, книги и документы, - считать принадлежащими Вере Петровне Клишиной и передать их ей без промедления".

23 июня 1941 года острогожская газета "Новая жизнь" опубликовала статью Кубанева "На наших плечах - судьба человечества!". С первых дней войны он ходил в военкомат и просился на фронт. 14 августа Василия направили в Борисоглебское авиационное училище учиться на стрелка-радиста. Учился в летном училище. Простудился в одном из тренировочных полетов, тяжело заболел и был комиссован. Умер от воспаления легких 6 марта 1942 года. Был похоронен в Острогожске.

Вскоре одна из фашистских бомб попала на могилу Василия, а вторая - в дом, где оставались его библиотека и рукописи.

Среди дошедших до нас философских максим Василия Кубанева есть особенно загадочные. Среди них и такая: "Я живу, чтобы узнать, что такое вечность..."

Из писем Василия Кубанева Таисии Шатиловой и Вере Клишиной

10 ноября 1937 г.

Когда мне было лет шесть, Тасенька, бабушка читала мне вслух Евангелие, пела духовные стихи и рассказывала страшные истории о жизни великих грешников и великих мучеников. Два года тому назад бабушка приехала к нам и привезла мне в подарок Евангелие и молитву. Молитва эта будто бы спасает от смерти. Бабушка заставила меня положить ее в карман, но я вынул ее оттуда и не знаю, куда положил. А Евангелие читаю и поныне.

Мне во что бы то ни стало необходимо сблизиться с каким-нибудь священником. А ты знаешь, как это опасно: если об этом узнают в школе, то мне не миновать исключения.

28 декабря 1937 г.

Я долгое время ломал голову над тем, как можно широко и глубоко изучить жизнь? Сейчас ответ на этот наивный вопрос я нашел: самый верный способ познать жизнь - жить. Не отъединяться, не "страдать", не корчить из себя отвергнутого и непонятого, но жить - жить болями и радостями родины, мыслями и делами мира...

8 января 1938 г.

г. Ленинград

Познакомили меня с Александром Прокофьевым и Корнеем Чуковским. Первому знакомству не особенно радуюсь, а второму не радоваться не могу. Чуковский оказался очень милым и добрым человеком.

11 апреля 1938 г.

Сегодня вечером я позволил себе роскошь - читал песни Беранже. Что за прелесть! На русском языке они звучат обедненно и как-то сухо, искусственно - в общем, совсем не то, что в подлиннике.

18 апреля 1938 г.

Хочется писать обо всем, обо всем: и о выставленной раме, и о рукопашных боях в Испании, и о сидящих на скамеечке в парке молодых матерях, и о пасхальных булках, и о разгуливающей по крыше кошке - обо всем, обо всем.

Сегодня весь день дождит, а я как-то не замечаю, потому что "духом светел".

5 мая 1938 г.

Вечером вчера смотрел "Волга-Волга" и "Богатая невеста". "Волга Волга" - дрянь ужасная. Пошлая и ненужная картина. Когда ее смотришь - это не замечается, а когда зажжется свет - становится как-то неловко... Если б не Орлова - эту картину можно было б вполне назвать халтурой.

13 июня 1938 г.

Пусть даже я никогда не научусь писать хорошие книги - не беда! У меня остается жизнь, которая - как бы ни была она мала и как бы ни казалась бедна - всегда сильнее книг.

21 ноября 1938 г.

Для меня совершенно безразлично сейчас - доберусь ли я до высот славы. На черта она мне? Чтобы мучиться? Но мне отнюдь небезразлично, доберусь ли я до высот мастерства.

24 января 1939 г.

Вчера я был в кино, смотрел "Александр Невский". Картина потрясла меня и - возмутила! Возмутила ее претенциозность... Это - лубок. Александр Невский - Черкасов - просто докладчик о международном положении, одетый в костюм Александра Невского. Патриотические картины нужны, ибо нашей стране все больше и больше грозит опасность, но разве такими должны быть патриотические картины?

19 марта 1939 г.

Я совершенно был ошарашен взятием Чехословакии. Французские болтуны нехорошую затеяли игру. Гитлер повесит их на тех самых тесемочках, в которых они делают ему подношения.

18 августа 1939 г.

Человечество задыхается в грязи и мраке, тысячи людей умирают на бранных полях, страны - целые страны, изумительные страны - сносятся, стираются с карт; сироты дрожат в ночах беззащитными толпами; кучка собак арийского происхождения пытается особачить человечество, запоганить нашу страну, растоптать нашу культуру, изгрязнить нашу жизнь, навязать нам свои собачьи законы. Мир сошел с ума. И в такие дни, в такие дни, каких не знала еще история, ты можешь быть равнодушной к человечеству, к человеку, к себе?

3 сентября 1939 г.

Итак, война. То, чего ждешь, совершается неожиданно. Фашизм показал самого себя. Укорить его нечем. Он делает то, что уже делал, и то, что должен делать по своей природе. Для того чтобы он так не делал, надо его бить, душить, а не заключать с ним мирные договора.

...Польшу терзают. Польшу! Ведь это же родной народ нам.

18 января 1940 г.

Получил военный билет. Зачислен в запас 2-й категории.

22 января 1940 г.

Через Мурманск идет в Германию американский хлеб (до Мурманска - на пароходах, а из Мурманска - эшелонами по железной дороге).

25 ноября 1941 г.

Последнее письмо.

Дорогая Вера! Ты в Казани? Срочно сообщи свой адрес. Пиши мне: г. Троицк Челябинской области, гл. почтамт, до востребования. В Уфе я проездом. Еду в Троицк, в часть. Пиши о себе. О наших ничего не знаю - папу видел месяц назад, а маму и Марусю - еще в июле.

До свидания, девочка.

Твой Вася

В память о Василии Кубаневе названы улицы в Воронеже, Острогожске, Мичуринске, поселке Касторное. На родине в селе Орехово поставлен обелиск Василию. На месте его дома, разрушенного фашистской бомбой, построена библиотека. В Воронеже имя Кубанева носит областная юношеская библиотека, где проходят Кубаневские чтения.

За помощь в подготовке сегодняшней публикации благодарю нашего читателя из Рязани Николая Андреевича Калашникова.


Василий Кубанев (второй слева) с товарищами по редакции, город Острогожск, 1940 г.
Сто лучших книг о человеке

Список, составленный 18-летним Василием Кубаневым в октябре 1939 года

1. "Илиада" Гомера.

2. "Одиссея" Гомера.

3. "Песнь о Нибелунгах".

4. "Калевала".

5. "Манас".

6. "Давид Сасунский".

7. "Эдда".

8. "Шахнамэ".

9. "Песнь о Гайавате" Лонгфелло.

10. "Былины русские".

11. "Слово о полку Игореве".

12. Библия.

13. Евангелие.

14. "Витязь в тигровой шкуре" Руставели.

15. "Тысяча и одна ночь".

16. "Дон-Кихот" Сервантеса.

17. "Робинзон Крузо" Дефо.

18. "Путешествия Гулливера" Свифта.

19. "Гаргантюа и Пантагрюэль" Рабле.

20. "Приключения барона Мюнхгаузена" Распе.

21. "Легенда об Уленшпигеле..." де Костера.

22. "Божественная комедия" Данте.

23-24. "Потерянный рай" и "Возвращенный рай" Мильтона.

25. "Метаморфозы" Овидия.

26. "Апокалипсис" Иоанна Богослова.

27. "Макс Хавелаар, или Кофейные аукционы Нидерландского торгового общества" Мультатули.

28. "Дафнис и Хлоя" Лонга.

29. "Сатирикон" Петрония.

30. "Эпос о Гильгамеше".

31. "О природе вещей" Лукреция Кара.

32. "Спартак" Джованьоли.

33. "Листья травы" Уитмена.

34. "Фауст" Гете.

35. "Мадам Бовари" Флобера.

36. "Отец Горио" Бальзака.

37. "Неведомый шедевр" Бальзака.

38-40. "Гамлет", "Король Лир", "Макбет" Шекспира.

41. "Исповедь" Руссо.

42. "Исповедь" Толстого.

43-45. "Детство", "В людях", "Мои университеты" Горького.

46. "Освобожденный Иерусалим" Тассо.

47. "Мать" Чапека.

48. "Анна Каренина" Толстого.

49. "Жизнь Клима Самгина" Горького.

50. "Преступление и наказание" Достоевского.

51. "Мцыри" Лермонтова.

52. "Каин" Байрона.

53-55. "Тоска", "Палата N 6", "Унтер Пришибеев" Чехова.

56. "Сентиментальное путешествие по Франции и Италии" Стерна.

57. "Неистовый Роланд" Ариосто.

58. "Синяя птица" Метерлинка.

59. "Портрет Дориана Грея" Уайльда.

60. "В лесах" Мельникова-Печерского.

61. "Левша" Лескова.

62. "Сказки" Андерсена.

63. "Племянник Рамо" Дидро.

64-65. "Нора", "Бранд" Ибсена.

66. "Красное и черное" Стендаля.

67. "Мертвые души" Гоголя.

68. "Жан-Кристоф" Роллана.

69. "Кола Брюньон" Роллана.

70. Русские сказки.

71-72. "Кандид, или Оптимизм", "Микромегас" Вольтера.

73. "Кобзарь" Шевченко.

74. "Хорошо!" Маяковского.

75. "Пышка" Мопассана.

76. "История одного города" Салтыкова-Щедрина.

77. "Обломов" Гончарова.

78-79. "Книга песен", "Книга Легран" Гейне.

80. "Лирика" Катулла.

81. "Моцарт и Сальери" Пушкина.

82. "Труженики моря" Гюго.

83-85. "Человек", "Буревестник", "На дне" Горького.

86. "Басни" Крылова.

87. "Прометей" Эсхила.

88. "Пан Тадеуш" Мицкевича.

89. "Натан Мудрый" Лессинга.

90. Рассказы о Ходже Насреддине.

91. "Похождения бравого солдата Швейка" Гашека.

92. "Легенда о Тристане и Изольде".

93. "Жерминаль" Золя.

94. "Бесприданница" Островского.

95. "Былое и думы" Герцена.

96. "Что делать?" Чернышевского.

Очевидно, что список не был окончательным - в нем оставалось четыре "вакантных места". Возможно, из советских писателей в него вошли бы Борис Пастернак и Михаил Шолохов, которых Кубанев высоко ценил.

Общество История Вторая мировая война Война из семейного альбома