Новости

02.07.2015 00:06
Рубрика: Культура

Задумчивый пират, бредущий по кромке неба

Стихи Сергея Нохрина ждут своего читателя

Хотел бы остаться в вашей памяти

навсегда

как бы таким пиратом в выцветшей

треуголке,

курящим большую трубку и молча

глядящим вдаль.

Чтоб золото было стерто на обшлагах

манжеты,

чтоб растворился возраст: не юноша,

не старик.

Чтобы играли вечно четыре стороны света,

расчесывая ветрами косматый седой

парик.

Сергей Нохрин, 1990-е годы

В июле всегда вспоминаю о нем. Быть может, потому что в июле мы вместе были на студенческой практике.

Магнитогорск, 1981 год, жара. Беготня по стройкам, доменным печам и конверторным цехам. По вечерам сочиняем заметки в газету "Магнитогорский рабочий". Сергей старше меня лет на пять. Я смотрю на него как на старшего брата. Как-то спрашиваю: отчего он так далек от главного - от комсомольской жизни. Он в ответ: "Слушай, а почему они все такие?.." - и тут же столь точно изобразил на лице плакатное бодрячество функционера, что я рассмеялся. А потом Сергей добавил, уже всерьез: "Ты понимаешь, вот эти годы в универе - таких не будет. И я не стану ходить с важной рожей, пока еще умею смеяться..."

С нами на практике была и девочка с нашего курса, Света Водовозова. Выходные мы проводили на даче у ее родителей. По вечерам жгли костер на высоком берегу реки Урал. Света захватила из дома гитару. У Сергея было всего два слушателя, но он именно пел, а не напевал. Причем пел стоя и, лишь откладывая гитару, садился к костру. Тогда я впервые услышал песни Галича. Еще Сергей пел неизвестно кем сложенные лагерные баллады. Одну из них он привез в тот год в колхоз, где нас ждали двести га неубранной картошки. В дожди и холод эту балладу пели все - от грузчиков до нежных девочек-первокурсниц.

Вообще-то Сергей не был похож на поэта. В нем не было интересной бледности. В юности серьезно занимался хоккеем. В Уральский университет, на журфак, поступил за компанию, в дружеском азарте.

Страстно любил театр. Мог сорваться с лекций и уехать в Ленинград - только ради того, чтобы посмотреть "Историю лошади" в БДТ.

Вместе с Сашей Башлачевым играл в легендарном журфаковском "Театре трех актеров". Они дружили до конца, до самой Сашиной гибели. Из письма Башлачева, 1984 год: "Вспоминая Свердловск, я смахиваю с ресниц капли сухого вина. А при фамилии "Нохрин" мне хочется встать и медленно идти на восток пешком..."

Жаль, что поэта Нохрина знают куда меньше, чем поэта Башлачева. Лучшие стихи Сергея не только ярко театральны и музыкальны, но и глубоки, трагичны, пронзительно нежны.

Еще одно воспоминание о Сереже. После пятого курса нас отправили на военные сборы. Однажды мы с Сергеем оказались в одном ночном карауле. Нам следовало ходить по твердо установленному маршруту вдоль палаток - мне с одного конца, Сергею с другого. На мостике под фонарем мы встречались, как союзники на Эльбе.

В ту ночь мы мечтали о том, что вот закончатся сборы, получим дипломы и поедем работать куда-нибудь в дальние края. Мы еще не знали, что через несколько недель получим армейские повестки и судьба навсегда разбросает нас*.

Прочитав про "дальние края" и про "судьбу", которая разбрасывает, Серега непременно ответил бы на мои запоздалые сентиментальности блестящей пародией. А потом мы бы смеялись, как не смеялись тридцать лет и три года.

Из стихов Сергея Нохрина

Пуговка

Глубок карман фланелевой рубахи,

где пухленькая пуговка живет.

Она не говорит, не ест, не пьет,

отпав давно от ворота рубахи.

Стирается рубаха. И карман

стирается фланелевой рубахи.

Стираются в нем денежные знаки,

засунутые как-то мной в карман.

Но пухленькая пуговка живет.

Не голосит, не хнычет, не сдается,

не дергает меня, и мне сдается,

она меня во мне переживет.

Ее однажды извлечет на свет

случайность и меж пальчиков покрутит...

Ей, интересно, сколько будет лет?

И сколько лет меня уже не будет?

Малыш

Смешной малыш с корзинкою в руках

растерянно бредет по кромке неба,

распознавая в белых облаках ковш молока,

а рядом - корку хлеба.

Потрескалась от засухи земля,

рассыпались на части исполины.

Необходим обильный ливень для

хорошего замеса новой глины.

Идет по свету милое дитя

с малюсенькою лыковой корзинкой.

Идет и собирает для дождя

холодные прозрачные росинки.

Кстати

В екатеринбургской библиотеке им. В.Г. Белинского прошел вечер памяти Сергея Нохрина. Прозвучали его песни, стихи, пародии и поэма "Глинопас", хроникальные записи. Были показаны документально-игровые ленты: "Классика Z", снятая Нохриным совместно с Алексеем Федорченко, и "Революция на Урале".

Культура Литература Календарь поэзии