Новости

26.07.2015 22:13
Рубрика: Культура

Их, может быть, восемь

Музей Маяковского рассказывает о судьбах поэтических союзов
Пока основное здание Государственного музея В.В. Маяковского на ремонте, поэт "снимает" небольшой, но уютный особнячок у Антона Павловича - многие выставки проходят на Малой Дмитровке в "Домике Чехова". Сейчас и до 25 октября здесь можно увидеть весьма любопытную экспозицию "Нас мало. Нас может быть трое: Судьба поэтического союза".

Поэтических союзов тут несколько. Объединяет их, конечно же, Владимир Маяковский. Ну, а свое название выставка позаимствовала у Бориса Пастернака, есть у него такое стихотворение из цикла "Я их мог позабыть": "Нас мало. Нас, может быть, трое // Донецких, горючих и адских // Под серой бегущей корою // Дождей, облаков и солдатских //Советов, стихов и дискуссий //О транспорте и об искусстве. //Мы были людьми. Мы эпохи..." О ком он? Конечно, о себе, Владимире Маяковском и Николае Асееве. Позже к ним примкнула и Марина Цветаева: в 1923 году, подписывая свою книгу "Темы и вариации", Пастернак включил ее в этот союз. Первый зал выставки и посвящен этим поэтам. Здесь через письма, рукописи, фотографии и другие документы переданы сложнейшее переплетение судеб четырех поэтов, история их союзов и разрывов, итоги жизни и смерть. Здесь у каждого - свой "уголок", но так или иначе в каждом найдется место их взаимоотношений. Пастернак и Асеев примыкали к содружеству футуристов "Центрифуга", и, конечно, Пастернак, познакомившись чуть позже с Маяковским, не обошелся без влияния этого футуриста. Вот забавная карикатура под условным названием "Большая и Малая медведицы", где Большая - Маяковский, а Малая - Асеев. В центре зала на небольшом стенде - ведомость на выдачу гонорара сотрудникам журнала "Новый ЛЕФ", где видно, что писателям платили вполне прилично: Маяковский - 75 (зачеркнуто и исправлено на 60), Асеев - 40, Третьяков - 150 и т.д. Над ней еще один забавный шарж от Кукрыниксов, где Третьяков и Асеев изображены в женских платьях, увлеченные игрой огромного Маяковского на гитаре и подыгрывающего ему на бубне Кирсанова. А прямо напротив - скромные кошелечек Марины Цветаевой и карманные мужские часы. Карандаш, которым писал сам Маяковский, с гравировкой ВМ. Рукописи стихов Цветаевой, написанные мелким и разборчивым почерком...

Второй зал о другой эпохе - эпохе шестидесятников. "Гений. Мот. Футурист с морковкой.// Льнул к мостам. Был посол Земли...// Никто не пришел на Вашу выставку, // Маяковский.// Мы бы - пришли. // Вы бы что-нибудь почитали, // как фатально Вас не хватает!" - написал в 1963 году Андрей Вознесенский, на творчество которого футуризм оказал немалое влияние. Кто это "мы"? "Нас много. Нас может быть четверо..." - перефразировал он же своего учителя и наставника, очевидно - сам Вознесенский, Белла Ахмадулина, Роберт Рождественский и Евгений Евтушенко. Здесь открытка, которую Вознесенский когда-то отправил Лиле Брик, небольшой рукописный текст Рождественского о Маяковском и другие свидетелства связи эпох и поэтов.

Еще одной темой выставки стали неофициальные литературные объединения, также связанные с поэтическими тусовками, как сейчас бы сказали, у памятника Владимиру Маяковскому на Триумфальной площади.

Помимо принадлежащих Государственному музею В.В. Маяковского экспонатов на выставке использованы материалы из фондов Государственного литературного музея, Российского государственного архива литературы и искусства, Дома-музея М.И. Цветаевой, Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества "Мемориал", Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы им. М.И. Рудомино и материалов из коллекции Н. и Е. Рейн.

Культура Арт Музеи и памятники Филиалы РГ Столица ЦФО Москва