От края до края Гордон-Левитт не замолкает

Воздух выдержит только тех, кто верит в себя

Рецензии
    16.10.2015, 17:32
Молодой француз во всем черном стоит на факеле Статуи Свободы (как символично) и рассказывает свою удивительную биографию. Его зовут Филипп. Филипп Пети. И он первый и единственный человек, прошедший по тросу, натянутому между башнями-близнецами Всемирного торгового центра в Нью-Йорке.

4.0

"Прогулка" Роберта Земекиса стартует и развивается по классическому шаблону кино об ограблениях: зарождение идеи и мотивации - сбор команды - придумывание плана - подготовка - неожиданные трудности на пути к исполнению - сладкая победа. Только вместо барыша материального Филипп Пети получает нечто большее, нечто, находящееся на грани иррационального наслаждения опасностью и жаждой славы.

Как бы то ни было, наблюдать за приключениями этого симпатичного парня очень увлекательно. Он, что Форрест Гамп, притягивает к себе персонажей (не слишком, впрочем, проработанных) искренней детской непосредственностью, харизмой и одержимостью мечтой. Эту гремучую смесь, сосредоточенную в одном характере, талантливо изображает Джозеф Гордон-Левитт, вдохновленный, по его же словам, нашим знаменитым соотечественником Вячеславом Полуниным.

Самый захватывающий номер программы Земекис, как и полагается, припас напоследок. Та самая прогулка над пропастью - вещь в себе, отдельный аттракцион, от которого ладошки предательски потеют, душа уходит в пятки, а мозг забывает, как надо дышать. Если формат IMAX 3D и создавался для какой-то цели, то вот она. Ничего подобного по масштабу погружения, кажется, до сих пор никому сделать не удавалось. Даже пресловутый "Аватар" уходит в тень.

На этой-то радостно-адреналиновой ноте бы и сказке конец, да вот поди ж ты. У "Прогулки", помимо развлекательной, есть еще и важная пропагандистская миссия: напомнить о том, что башни-близнецы - это не просто два здания, разрушенные 11 сентября террористами, и что их навеки омраченная история имеет светлые стороны. Безусловно, цель благородная. Однако средства, которыми она достигается, вызывают некоторое недоумение.

После того, как нарратив завершен, и с Филиппом Пети уже пора попрощаться, режиссер заставляет его, как детсадовца на табуретке, проговаривать и без того ясную мораль. О том страшном событии с экрана не произносится ни слова, но мораль выводится такими прозрачными и назойливыми намеками, что становится очевиден доселе незаметный минус всей картины: она слишком подробно объясняет сама себя.

Закадровый голос Гордона-Левитта преследует зрителя на протяжении всего хронометража, не оставляя зрителю ни крошки пищи для ума. Такое ощущение, что Земекис перестал доверять своему владению языком кино и в антитезу своему герою использует страховку в виде языка вербального. Даже когда Филипп замолкает, гуляя на 400-метровой высоте, его альтер-эго из будущего зачем-то продолжает разглагольствовать.

Таким образом, "Прогулка", конечно, остается замечательным и в некотором роде выдающимся кинопродуктом. Но если бы старина Роберт последовал примеру Филиппа Пети и доверился собственному таланту и проницательности своей аудитории, у него могло бы получиться кое-что, сравнимое по исключительности с описываемым в его фильме событием. Ведь, как поется в одной песне, воздух выдержит только тех, кто верит в себя.