Новости

22.11.2015 22:17
Рубрика: Власть

По-тихому не получится

Россия и ее партнеры не должны позволить США установить свои правила в мировой торговле
Россию приглашают начать переговоры о присоединении к Транстихоокеанскому партнерству - соглашению о зоне свободной торговли, которое в октябре, после пяти лет секретных переговоров, заключили двенадцать стран во главе с США, Канадой, Сингапуром и Японией.

Российские эксперты пока изучают этот колоссальный по охвату и объему (6 тысяч страниц) документ, полный текст которого опубликован совсем недавно.

О том, что это объединение несет своим участникам и как оно может сказаться на позициях России в мировой торговле, "Российской газете" рассказали ректор Финансового университета при правительстве РФ Михаил Эскиндаров и замдиректора Центра исследований международных экономических отношений этого университета Виктория Перская.

Виктория Вадимовна, Михаил Абдурахманович, так в чем суть Транстихоокеанского партнерства? Стоит ли нам к нему присматриваться?

Михаил Эскиндаров: Присматриваться, конечно, можно, но нужно иметь в виду, что фактически соглашение о партнерстве, и США это не скрывают, призвано обеспечить Америке роль глобального лидера в экспорте товаров и услуг и инициатора новых правил мировой экономики.

Участники партнерства не только обнуляют таможенные пошлины, но и унифицируют свое регулирование практически во всех сферах хозяйственной деятельности, беря за образец американские нормы и правила.

Это соглашение продавливалось в интересах 600 крупнейших компаний мира, большая часть которых имеет свои штаб-квартиры в Соединенных Штатах. Например, Транстихоокеанское партнерство обязывает своих участников принять такие законы, которые позволят иностранным корпорациям предъявлять правительствам иски за упущенную выгоду, если им не понравятся какие-либо национальные нормы. Это беспрецедентное условие.

Если так, то почему к этому проекту, помимо США, присоединились 11 государств и еще несколько заявили, что думают об этом?

Виктория Перская: Интересно, что правительства этих стран также разместили на своих сайтах только позитивные оценки от участия национальных хозяйств в ТТП.

Но эти оценки получены с помощью новой эконометрической модели, где за основу взяты исключительно параметры внешней торговли и ее влияния на динамику валового национального продукта. А социальная стабильность, социальная поддержка, занятость в традиционных секторах экономики, здоровье нации, - все это исчезло из палитры показателей развития.

Это практически предательство интересов своих народов. И правительствам предстоит приложить немало труда, чтобы при ратификации соглашения доказать парламентам своих стран, что национальные интересы были учтены при подписании этого документа.

Чем конкретно рискуют партнеры США по ТТП?

Михаил Эскиндаров: Произойдет полное снятие барьеров на пути американских товаров.

Во-первых, в рамках ТТП предполагается ликвидация или сокращение тарифов на широкую номенклатуру продуктов питания, на машины, полезные ископаемые, продукцию лесного хозяйства.

Во-вторых, снимаются нетарифные барьеры в торговле - по техническому регулированию, в части доступа к госзакупкам. Все это позиционируется как инструмент для снижения издержек, а значит, роста благосостояния в каждой стране, которая участвует в ТТП.

А разве это не так?

Михаил Эскиндаров: Это довольно лукавый аргумент. Например, для США особое значение представляет доступность японского продовольственного рынка, в том числе по поставкам риса, пшеницы, мяса, молочных продуктов и сахара, которые могут возрасти примерно в пять раз в рамках Транстихоокеанского партнерства.

Между тем для Японии всегда были характерны высокие тарифы на сельхозпродукцию, и связано это с поддержкой традиционной занятости в стране, с экологией производства товаров для японской кухни (рис, чай, аквакультуры), в конечном итоге с обеспечением высокой продолжительности жизни.

Для Новой Зеландии производство молока и молочной продукции - это традиционный сегмент господдержки, благодаря которой эта отрасль там ориентирована на экспорт. По заявленным нормам ТТП, она также лишается тарифной и нетарифной защиты, и можно ожидать, что придет в упадок.

Все это проходила Мексика, когда вошла в НАФТА (Североамериканскую зону свободной торговли. - Прим. ред.), где доминируют США.

Миллионы мексиканских фермеров были разорены и подались на заработки к северному соседу, потому что сельскохозяйственный рынок взяли под контроль международные компании. Им мелкий производитель не нужен. А специализация на монокультурах, востребованных в США, привела к тому, что Мексика теперь импортирует кукурузу и рис.

В соглашении о ТТП много внимания уделено системной борьбе с коррупцией, защите прав интеллектуальной собственности, а это для большинства участников соглашения довольно актуально.

Виктория Перская: Никто не спорит с необходимостью бороться с коррупцией и строить прозрачное государство. Но вот "антипиратские" правила, которых должны будут придерживаться члены партнерства, выгодны американским корпорациям.

Прежде всего, они нужны, чтобы крупные фармацевтические компании наращивали свои монопольные прибыли на фирменных препаратах, поскольку использование более дешевых дженериков ограничивается. А они, эти лекарства-аналоги, как раз производятся в развивающихся странах - Мексике, Перу, Малайзии, Вьетнаме. В целом новые правила не способствуют ценовой конкуренции на рынке лекарств ни в одной из двенадцати стран - участниц ТТП. В результате лекарства там станут менее доступными.

В Транстихоокеанском партнерстве не участвует Китай. Почему? Экономический пояс "Шелковый путь", который поддерживает Россия, может стать конкурентом ТТП?

Михаил Эскиндаров: "Шелковый путь" - это проект сопряжения взаимных интересов. Конечно, такие проекты не могут противостоять ТТП.

Соединенные Штаты хотели бы видеть Китай среди членов ТТП, потому что для американского экспорта его быстрорастущий емкий рынок имеет колоссальное значение.

Но Китай проводит национально ориентированную промышленную политику, никогда не откажется от поддержки государственных фирм, технических барьеров в торговле, регулирования иностранных инвестиций и закрытой системы госзакупок. Валютная политика Китая тоже отвечает интересам исключительно китайской экономики.

В Конгрессе США рассматривается вопрос об усилении давления на КНР через иски в рамках Всемирной торговой организации (главным образом, за несоблюдение прав интеллектуальной собственности) и торговые санкции в связи с активизацией кибератак.

Зато среди участников ТТП есть Вьетнам, с которым у Евразийского экономического союза в следующем году должна заработать общая зона свободной торговли. Как на нее повлияет торговый блок Вьетнама и США?

Михаил Эскиндаров: Де-факто ТТП будет деструктивно воздействовать на функционирование зоны свободной торговли ЕАЭС и Вьетнама.

В хозяйственную практику Вьетнама будет привнесена американская правовая система, а значит, нашим компаниям конкурировать на этом поле будет существенно сложнее. Скажу даже больше, взаимодействие России с вьетнамскими компаниями при вступлении в силу ТТП будет не только осложнено, но и поставлено под политический контроль.

Затруднит это и выход через Вьетнам на рынки стран АСЕАН (Ассоциации государств Юго-Восточной Азии. - Прим. ред.), а ставка на них делается в российских проектах по созданию автосборочных производств во Вьетнаме. При этом без совместных производств во Вьетнаме зона свободной торговли для России становится бессмысленной, превращается в односторонний канал, по которому пойдет дешевая электроника, собирающаяся во Вьетнаме, и одежда.

Для Вьетнама, кстати, Транстихоокеанское партнерство несет много рисков. Там традиционно велика доля госсектора, а США добились, чтобы ТТП исключало какие-либо преимущества для госкомпаний от правительств своих стран. Так американским корпорациям проще конкурировать на зарубежных рынках. Более того, если субсидируемые государством предприятия успешно конкурируют с фирмами США на своем рынке, то Штаты смогут наложить на них торговые санкции по американским законам. Вообще, соглашение о ТТП активно внедряет американскую систему разрешения споров, основанную на прецедентной модели.

Что тогда должна делать Россия, чтобы ее значение в мировой торговле по крайней мере не уменьшалось?

Виктория Перская: Фактически, как отмечают даже западные эксперты, ТТП направлено на маргинализацию России в глобальной экономике. В этом смысле реально противодействовать ему можно только через сотрудничество по линии Евразийского экономического союза, ШОС и БРИКС.

Нужно с Китаем, Казахстаном, Белоруссией, с другими странами, которые входят в эти организации, развивать кооперацию, создавать общие производственные цепочки, а для совместных проектов упрощать таможенное регулирование и процедуры таможенного оформления. Надо ускорить совместные разработки технических регламентов, стандартов и процедур оценки стоимости и качества продукции. Если не активизироваться, то агрессивное лидерство США может всем нам дорого обойтись.

Власть Работа власти Внешняя политика Экономика ВЭД Наука и образование Финансовый университет Россия и США Отношения России и Японии
Добавьте RG.RU 
в избранные источники