Новости

26.01.2016 19:25
Рубрика: Культура

Многоходовка длиной в четверть века

Святослав Рерих говорил о передаче наследия общественной организации
Анатолий Карпов, председатель Совета попечителей Музея имени Н.К. Рериха, президент Международной ассоциации фондов мира, депутат Государственной Думы, многократный чемпион мира по шахматам, посол Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) (Москва), согласился прокомментировать ситуацию.

Святослав Николаевич Рерих передавал наследие семьи Советскому фонду Рерихов. Два суда, в 2002 и 2011-м, признали Международный центр Рериха правопреемником Советского фонда Рериха, но следующий суд в 2014 году не признал это. Насколько я понимаю, вопрос, кто является правопреемником Советского фонда Рериха, ключевой. Сегодня получается, что правопреемник Музей Востока?

Анатолий Карпов: Святослав Николаевич всегда имел в виду передачу наследия только общественной организации. Если вспомнить историю, то в 1970-е годы был музей Рериха в Новосибирске и был музей Рериха в Нью-Йорке. Кстати, неплохие музеи. Тогда же Святослав Николаевич организовал передвижную выставку работ Рерихов: и родителей Николая Константиновича и Елены Ивановны, и своих картин. Уже тогда он, наверное, имел в виду возвращение наследия семьи на родину.

В 1989 году Святослав Рерих приехал в Советский Союз, встретился с Михаилом Горбачевым. Горбачев идею создания Советского фонда Рерихов поддержал. В это же время Рерих обратил внимание на Советский фонд мира - он искал надежного партнера для будущего фонда Рерихов. Я как человек, возглавлявший Советский фонд мира, встречался со Святославом Николаевичем дважды. Фонд мира имел тогда финансовые ресурсы. И мы приняли решение на бюро правления поддержать программу Рерихов. И, собственно, на наши деньги вывозилось наследие, проводилась страховка. В первые годы, еще до гайдаровских реформ, мы переводили деньги на оплату аренды здания, на охрану всего наследия Рерихов.

Но когда Советский Союз распался, то негласное указание было дано министерству юстиции, чтобы оно не фиксировало правопреемственность организаций советских и российских. В ряде случаев, как в ситуации с Советским фондом Рериха, это обернулось драматическими последствиями.

Негласное распоряжение невозможно доказать.

Анатолий Карпов: Разумеется. Но можно посмотреть на существовавшую практику. Думаю, что Международная ассоциация фондов мира и, может быть, еще Географическое общество оказались единственными организациями, которые сумели в уставе прописать право преемственности от организаций Советского Союза.

Получается, борьба шла не столько за наследие Рерихов, сколько не хотели создавать прецедент?

Анатолий Карпов: Трудно сказать. Но Международный центр Рерихов был создан на базе Советского фонда Рерихов. Тому есть масса свидетелей. Как и свидетелей того, что Святослав Николаевич говорил о передаче наследия именно общественной организации.

Но если не признавать МЦР наследником Советского фонда Рерихов и нельзя им считать Музей Востока, то тогда правопреемника вообще нет?

Анатолий Карпов: Если нет наследника, то перемещение всего наследия Рерихов становится под вопрос. В этом опасность ситуации.

Кроме того, нельзя не упомянуть, что именно Международный центр Рерихов восстановил здание усадьбы Лопухиных, где сейчас находится общественный музей им. Н.К. Рериха. Я видел, в каком состоянии его передали музею. Оно выглядело как руины времен Второй мировой войны. Сегодня оно в идеальном состоянии. Причем за счет привлеченных средств, а не государственных. Отобрать здание у общественного музея теперь похоже на издевательство над волей нашего великого соотечественника.

Но Международный центр Рерихов не является собственником здания, которое он реставрировал. Оно было в собственности Москвы, потом - пару месяцев назад - передано в федеральную собственность. Соответственно, Росимущество имеет полное право передать здание тому, кому захочет. В оперативное управление.

Анатолий Карпов: Оно может передать, но с обременением. В противном случае это нарушение закона.

А можно подробнее об этом?

Анатолий Карпов: Существует решение правительства Москвы о передаче зданий Усадьбы Лопухиных в безвозмездное пользование на 10 лет Международному центру Рериха. МЦР по-прежнему существует. Кому бы ни передали помещение, этот арендный договор остается в силе. Если правительство Москвы передало здания Росимуществу, то договор, который был заключен с правительством Москвы, продолжает действовать. Это называется обременение.

Иначе говоря, МЦР не должен платить аренду и его нельзя выселить?

Анатолий Карпов: Если оставаться в правовом поле, то нет.

Сейчас активно педалируется тема кризиса и раскола внутри Рериховского движения. Так, в октябре создан Национальный Рериховский комитет - после обсуждения проблем сохранения наследия Рерихов в Общественной палате. Он выступает отчасти как оппонент МЦР.

Анатолий Карпов: О чем вы говорите? Одно общество существует с 1992 года. Другое образовалось вчера. Что касается раскола, то не слишком ли это сильное определение для конфликта бывшего президента МЦР А.П. Лосюкова, который сложил свои полномочия в сентябре 2015, с коллегами из Правления МЦР?

Да, но речь не только о личном конфликте, а о том, что Национальный Рериховский Комитет выступает за государственно-общественное партнерство в работе с наследием Рериха.

Анатолий Карпов: Но любое сотрудничество должно быть добровольным. А сегодня мы видим, как после 20 лет судебных тяжб здание общественного Музея им. Н.К. Рериха, отреставрированное МЦР, передают в управление Музею Востока. И после этого призывают к партнерству с ним и совместному радостному труду на благо наследия Рерихов. Вам не кажется, что это какой-то очень странный вид партнерства?

Я не отрицаю в принципе возможностей совместных программ Музея им. Н.К. Рериха и Музея Востока. Но встречаться надо с реальными представителями МЦР, которые имеют полномочия на принятие решений. Подобного рода программы и соглашения могут утверждаться только на конференции. Так мне думается.

Проблема в том, что после смерти Шапошниковой у Международного центра Рерихов нет лидера.

Анатолий Карпов: Смерть Людмилы Васильевны в августе - великая потеря. Но это не повод создавать параллельную МЦР организацию, декларируя желание увековечить ее память таким образом. Это значит запутать ситуацию окончательно. Ее надо не запутывать, а распутывать. Если мы, конечно, хотим сохранить Музей им. Н.К. Рериха... Музей замечательный. Работа проделана грандиозная. Такой экспозиции, представляющей наследие Рериха, и в Нью-Йорке не увидишь. Можно гордиться, что Москва имеет такой музей им. Н.К. Рериха.

Финансовая ситуация у музея сложная. Зарабатывать они не научились.

Анатолий Карпов: Вопрос неправильно поставлен. Музей не авторемонтная мастерская, чтобы судить о нем по доходам. Он создает клубы друзей, попечительские советы, ищет союзников. И такого рода упреки выглядят странно после того, как общественный музей и МЦР отреставрировали здания усадьбы Лопухиных. После того, как музей при поддержке Мастер-Банка значительно пополнил коллекцию. За эти двадцать лет куплено очень много работ Рерихов, в том числе и за пределами России. Теперь они в общественном музее.

Имеет ли МЦР сегодня шансы найти устойчивое финансирование, кроме как у государства?

Анатолий Карпов: Поскольку МЦР и общественный музей освобождены на 10 лет от уплаты аренды, то речь только об эксплуатационных расходах. О пополнении коллекции теперь говорить, конечно, трудно. Но если государство проявит заинтересованность, то найти спонсора, мне кажется, хотя и сложно, но возможно.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке