Новости

Племянник танцора Махмуда Эсамбаева Саид стал полковником спецназа
15 лет прошло, как нет с нами "чародея танца" Махмуда Эсамбаева. Но на меня с пристальным дружелюбием смотрят все те же лучистые карие глаза, и я думаю: до чего же они похожи этим открытым взглядом - знаменитый дядя и его племянник Саид Эсамбаев, 11-кратный чемпион мира и 8-кратный чемпион СССР по боям без правил, создатель уникальной школы всестилевых единоборств, заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер России, поэт, философ, не раз раненный ветеран боевых действий, командир спецподразделения, почетный сотрудник органов безопасности, этакий "борз" (волк по-чеченски), прошедший ад войны. Награжден именным оружием, многими правительственными наградами, среди которых "Золотая звезда за верность России".

После долгих переговоров он наконец согласился на интервью. Разумеется, с оговорками, соблюдением необходимой секретности и в присутствии своего друга, которого мы зашифруем под инициалами "генерал В. Н.".

- Род Эсамбаевых всегда служил России верой и правдой, - первым заговорил Саид. - И во времена Лермонтова, и в лихие революционные годы, и в советский период. Конечно, и сегодня я тоже служу, хотя...

Что значит "хотя"?

- Саид целый год пролежал в коме, - пояснил "генерал В. Н.". - Реабилитация еще не вполне закончилась. Но он уже работает.

Что же случилось?

...Операция проходила в горах. С заданием спецгруппа справилась: был обнаружен лагерь боевиков с оружием и боеприпасами. Удалось быстро ликвидировать главаря, несколько десятков бойцов, уничтожить взрывчатку. После чего группа Эсамбаева стала отходить. Но вскоре обнаружилось: их преследуют. Силы были неравны. И тогда Саид принял решение: отвлечь преследователей на себя.

Почему это сделали вы, командир группы? Не правильнее ли было отдать приказ кому-то из подчиненных задержать врага, прикрыть отход товарищей?

- Не мой стиль, простите... Я командир и потому отвечаю за жизнь каждого. Знаю возможности любого бойца вплоть до того, как он прилаживает на себя "разгрузку" (жилет для автоматных рожков и гранат. - Авт.). И понимаю: за каждым - жена, дети, родители. А еще годы спецподготовки, немалые государственные затраты, чтобы сделать из него супервоина.

...Ему удалось увести преследователей за собой. Надеялся пройти вдоль береговой кручи, добраться до более пологого места, спуститься вниз, к реке, а затем скрыться в зеленых зарослях. И ночью попытаться выйти к своим. Но похоже было, ничего не выйдет.

Он стоял над пропастью. Где-то внизу шумела река. Из раненного осколком плеча текла кровь. Преследователи приближались. Посмотрел на далекую воду: метров 80, не меньше... И вдруг, развернувшись и раскинув руки, прыгнул. Боевики подбежали к обрыву, швыряли вдогонку гранаты. Но было так высоко, что гранаты взрывались в воздухе, не успевая долететь до дна.

Его удалось вытащить спустя 6 часов (тоже спецоперация). Был без сознания. Год провел в коме. Если прежде весил 130 кг, то после выхода из комы - 53.

Я недоверчиво смотрю на сидящего передо мной полковника спецслужб, богатыря, под футболкой которого бугрятся мускулы, а в ладони тонет чайная чашка.

- Подтверждаю: было именно так, - вступает в разговор "В.Н.". - Саид не мог ходить, его воздухом шатало. Заново учился разговаривать, есть, читать, писать. У него железная воля. Не зря сочинил стихотворение про стальных людей. Это он про себя написал.

Юрий Никулин предлагал Махмуду Эсамбаеву: "Давай Саиду деньги соберем. Только бы он перестал драться". Фото: Из личного архива Саида Эсамбаева

А ваш дядя хотел, чтобы вы тоже танцевали?

- Еще как! Но я сопротивлялся всеми силами. Хотя пластика была. На шпагат хоть сейчас, без разминки. И все же я хотел драться, получить черный пояс. К тому же понимал, что вторым Махмудом не стану, а быть Махмудом третьим, четвертым - зачем? Дядя, приезжая с гастролей в наши Старые Атаги, часто наблюдал, как я тренируюсь, часами отрабатывая удары. Ворчал, называл меня "горбель" - упертый по-чеченски. Но он и сам был такой. Во время Великой Отечественной часто выступал прямо на передовой и однажды был ранен в ногу. Врач сказал: о танцах забудьте. Но он работал до кровавых слез и все же вернулся к танцам. Это ведь уже после всего его наградили орденом Красной Звезды, он стал Героем Соцтруда, членом Верховного Совета. Вообще наши судьбы схожи. Дяде было лет 7, а он уже на всех праздниках колесом ходил, танцевал. И я дрался всегда, как себя помню. Ребята в нашем районе были задиристыми. Я и старался защитить девочек, слабых, случалось, и мальчишек постарше: был рослый не по годам, к тому же устроился лесорубом.

Что-то я не понял. Ведь ваш отец был не последним человеком в Чечено-Ингушетии, а вскоре и вовсе стал большим начальником - министром лесного хозяйства. Зачем подростку было работать?

- Да, если я в чем и нуждался, так это в материнской ласке. Но мама умерла, когда мне было 3 года. Отец сам с юности трудился на лесоразработках, таскал на себе неподъемные буковые стволы. Говорил, что и я должен почувствовать, что да как. Короче, воспитывал. И я ему благодарен. Как благодарен и дяде Махмуду. Однажды с заграничных гастролей он привез "видак" и кассеты с фильмами, где играли Брюс Ли и Чак Норрис. Посмотрев без счета эти боевики, я окончательно понял: вот оно, мое! Научился даже копировать движения актеров. По наивности я тогда все это принимал за чистую монету, не догадываясь о существовании трюков и киномонтажа. Притом кое-что прибавлял от себя - творил. И дядя Махмуд это одобрял. Говорил: всегда надо идти своим путем. В танце у меня своя дорога, потому меня знает весь мир, а в СССР я единственный, кому разрешено даже на паспорт фотографироваться в папахе. Такая же дорога, Саид, должна быть и у тебя - только в единоборствах. А еще настаивал, чтобы я помнил: мой прадед Сали-Сулейман был великим борцом-силовиком, даже Поддубный не смог его победить. Есть даже памятник: прадед рельс на плече гнет.

- В общем, в 15 лет Саид стал мастером спорта СССР по рукопашному бою, спустя год обладателем черного пояса по тхэквондо, - подсказывает "В.Н.". - К 18 годам - звание инструктора международного класса по всестилевому карате. Прошло еще совсем немного времени, и он, не проиграв ни одного поединка, становится 11-кратным чемпионом мира по боям без правил. Но это было уже в Одессе.

В Одессе? И чем вы там занимались, Саид?

- Мне предложили поработать каскадером на местной киностудии. Ставил трюки и одновременно участвовал в поединках. Там не было никаких ограничений, разрешалось бить куда угодно - в глаза, по кадыку. Случалось, людей калечили. На ринг выходили двое, а покидал его один - соперник оставался лежать. Я никогда не добивал противника, был против жестокости, но там крутились большие деньги. Это же были "лихие 90-е", беспредел. А организаторы находились за границей.

Про меня тогда в "Советском спорте" написали, что я непобедимый. Что ж, газетчики - люди с большим воображением... Кстати, это так встревожило Юрия Никулина, который был другом моего дяди, что он предложил: "Махмуд, давай ему деньги соберем. Только бы он перестал драться". Он думал, что я выступаю ради денег. А я выходил на ринг, чтобы выработать особую философию боя, создать собственную школу единоборств. И мне это с Божией помощью удалось.

И какова же судьба вашей школы? Ее признали в Госкомспорте?

- Нет. И я понимаю, почему. Ведь уже началась Первая чеченская война. Наверху изучили этот вопрос, вызвали меня: будешь тренировать сотрудников спецслужб. Что я и делаю по сей день - разумеется, параллельно с другими заданиями.

Неужели не было момента в вашей жизни, когда вы чувствовали себя беспомощным?

- Видите ли (хмурится)... Это было в 90-е годы, я уже служил в российских силовых структурах. Приехал в Старые Атаги навестить отца. А в семь вечера ворвались боевики, и так неожиданно, что я ничего не успел сделать. Не сближаясь, они ранили меня в плечо, а потом привязали к спинке кровати и стали избивать на глазах у отца. Били за то, что мы были против войны. Для них мы были русскими. В ту ночь у отца случился инсульт. Не стану говорить, кто нас выручил, но эта история получила продолжение уже в Подмосковье, в пансионате, куда я привез его на реабилитацию. Кто-то стуканул: тут чеченцы, значит, боевики (это про нас). И сразу влетели 8 рубоповцев с автоматами. И - началось! Я им удостоверение, а они - ноль внимания. Обыск устроили. В Чечне мы считались русскими, в России - чеченцами. Я долго терпел, но они сделали то, чего не следовало делать: скинули больного отца с кровати. И тогда я незаметно нажал кнопку мобильника...

Когда его коллеги во главе с "В.Н." вбежали в комнату, то их взору предстала такая картина: все 8 рубоповцев лежали рядком на полу со связанными руками; их автоматы аккуратно стояли в углу...

Вы мусульманин, но не так давно из рук Патриарха получили орден Андрея Первозванного. За что?

- Я живу в России, это мое Отечество, которому я служу, и потому с уважением отношусь к православию. По мере сил помогаю в восстановлении храмов и монастырей. Рад, что моя скромная деятельность получила такую оценку. К тому же ислам не отвергает другую веру. Просто каждый идет к Богу собственным путем.