Новости

07.04.2016 19:25
Рубрика: В мире

Конец политсоюза Европы

Александр Рар: Большинство европейцев не хотят дальнейшего расширения ЕС
Против заключения договора об ассоциации между Евросоюзом и Украиной на референдуме в Нидерландах проголосовали 61,1 процента избирателей.

При этом в крупнейшем голландском городе - Роттердаме против ассоциации высказались 64 процента граждан, имеющих право голоса. Явка на плебисците составила более 32 процентов. По словам голландского премьера Марка Рютте, "если результаты референдума действительно будут подтверждены, соглашение не может быть ратифицировано". Состоявшееся в Голландии голосование наглядно продемонстрировало украинцам, что на самом деле о них думают в Европе. И не скованные партийной дисциплиной еврочиновники, а простые жители Старого света. Сколько бы Киев не отмахивался от итогов плебисцита, очевидно, что проводимая Украиной политика попрошайничества, прикрываемая рассуждениями о демократии, все чаще вызывает не сочувствие, а раздражение у тех, кто вынужден бросать деньги в украинское коррупционное болото. О последствиях референдума в Нидерландах для Европы "Российская газета" беседует с немецким политологом, научным директором германо-российского форума Александром Раром.

Ряд голландских политиков, выступавших против соглашения между Евросоюзом и Украиной, после референдума заявили, что его итоги означают начало конца Европы. Согласны ли вы с этим?

Александр Рар: Европейский союз вряд ли сейчас распадется. Но, мне кажется, действительно наступил конец политическому союзу Европы. Потому что, и это в очередной раз доказано, механизм, который существует внутри Евросоюза и требует от всех стран ЕС консенсуса в принятии судьбоносных решений, не действует. Тот факт, что голландцы проголосовали на референдуме против ассоциации с Украиной, фактически и юридически может иметь серьезные последствия. Голландия, если она пойдет демократическим путем, должна отказаться от ратификации этого документа. А значит, в юридическом плане по правилам Евросоюза, который тот для себя установил, ассоциация с Украиной не может состояться, если хотя бы один член ЕС проголосует против.

В целом, мы видим, что Евросоюз за последние месяцы не в состоянии принимать решений консенсусом ни по санкциям в отношении России (новые санкции не придумываются, но в то же время старые санкции тоже не снимаются), ни по вопросу беженцев. Возникает патовая ситуация, демонстрирующая всю немощность политики Брюсселя.

Я думаю, что еще рано хоронить Европейский союз, но, мне кажется, что он все больше и больше будет превращаться в то, чем всегда был - общий рынок, благодаря которому в Европе сформировалась уникальная экономическая и социальная система, где люди на протяжении многих десятилетий после Второй мировой войны жили лучше, чем когда-либо. Но нужно констатировать, что идея политического союза, то есть создание на базе Европейского экономического союза политического союза, объединенные штаты Европы с каким-то центром, который принимает решение в Брюсселе или механизмом принятия решений консенсусом, окончательно провалилась.

Способен ли Евросоюз в его нынешнем виде сам себя реформировать?

Александр Рар: Политики, сегодня возглавляющие Евросоюз, катастрофически слабые личности. И слишком много интересов перемешано в Брюсселе. Там людей-комиссаров, их заместителей, начальников отделов назначают по квотам. Если какой-то отдел возглавляет поляк, то обязательно его заместителем должен быть или итальянец, или испанец. И наоборот. Но в этом гигантском бюрократическом монстре никуда не ушли национальные интересы государств. И каждый комиссар или заведующий отделом, в первую очередь, считает себя поляком, эстонцем или немцем, а не просто европейцем. Поэтому выстроить идентичность Европы удалось только на бумаге. А на самом деле ее нет. И когда Евросоюз зашатался, его нынешние лидеры оказались не в состоянии принять никаких решений. Это как курятник, который разбежался на все стороны. Все что-то кричат. Но нет лидера, нет главного петуха, который бы навел порядок. Такие люди раньше были в Европе. Тот же де Голль или Гельмут Коль в свое время могли кое-что сделать. Сегодня же канцлер Германии Ангела Меркель не в состоянии дисциплинировать Евросоюз. К тому же в глазах многих европейцев она скомпрометировала себя в ходе миграционного кризиса. В итоге ситуация внутри ЕС выглядит неуправляемой.

В Брюсселе очень многие боятся большой трещины в Европе и расшатывания европейских институтов

Можно сказать, что европейцы паникуют, а Брюссель - просто сила на бумаге и полное бессилие на практике. Сейчас какое-то промежуточное время, которое продлится до тех пор, пока в Евросоюзе не возникнут новые лидеры. Может быть, это произойдет через национальные выборы. Будут меняться правительства, будут появляться новые руководители. Мне кажется, что единственный путь для ЕС - это реформировать себя.

Повлияют ли итоги голландского референдума на возможные итоги референдума в Британии о выходе из состава ЕС?

Александр Рар: По менталитету голландцы похожи в чем-то на британцев. Результаты референдума в Нидерландах - первая ласточка того, что низы, т.е. народы в Европе, начинают протестовать против тех, кто наверху. Они хотят видеть менее бюрократизированную Европу, которая бы чуть больше защищала интересы граждан. И обращала бы на них внимание, а не сотворяла кумиров из беженцев и не создавала бы идеологические надстройки над Евросоюзом. Так что после голландского референдума Англии грозит в еще большей степени "трексит", т.е. выход из ЕС.

Украинские политики утверждают, что, несмотря на итоги голландского референдума, в отношениях между Киевом и Европой ничего не изменится, потому что сейчас все равно действует временное соглашение между Европой и Украиной.

Александр Рар: Соглашение об ассоциации между ЕС и Украиной было очень нужно тем политикам в Евросоюзе, кто использовал Украину для своей карьеры и вложил всю энергию в Майдан. Этот референдум был нужен президенту Порошенко, который стремился продемонстрировать, что реализует мечты части украинского народа и ведет Украину на Запад. Но на практике я сомневаюсь, что эта ассоциация когда-либо действительно будет реализована в полном объеме. Потому что не вижу, чтобы Украина реформировала по западной модели свои институты. Я не верю, что Украина введет, как предполагалось в договоре об ассоциации с ЕС, европейские нормы в свое промышленное производство или откроет двери западным инвесторам, которые рассчитывали через эту ассоциацию войти на украинский богатый, может, не в денежном плане, а в плане населения, рынок. Но теперь украинцы получили четкий сигнал: Европа, которая им многое наобещала, выполнять обещания не спешит. Итоги референдума это большой сюрприз для тех, кто считал, что Голландия будет занимать проукраинскую позицию, тогда как на деле, оказалось, что все наоборот.

Итоги голландского референдума это удар не только по дальнейшим перспективам самой Украины, но и других стран Восточного партнерства, которые стремятся к ассоциации с ЕС. Ведь, на самом деле, проблема не в Украине. Если бы аналогичный референдум проводился в других странах Евросоюза, результат, я думаю, был бы похож на голландский. Люди голосуют не против Украины потому, что украинцы им не нравятся. На самом деле, большинство европейцев просто не хотят дальнейшего расширения ЕС, боятся нового потока беженцев, боятся криминалитета с востока и с юга, который заполняет сейчас Старый свет. Простые люди ощущают себя дискомфортно, чувствуют, что и европейская культура тоже меняется. Это не правый популистский лозунг, это настроения, которые ощущаются в Европе. Я не думаю, что люди выступают против расширения Евросоюза, такого тоже нет, но они против поспешного расширения и сближения ЕС с теми странами, которые просто по своей идентичности не могут сегодня стать членами единой Европы. Хотя, может, через несколько десятилетий такое развитие событий и станет возможным.

Согласится ли европейская бюрократия после голландского референдума дать задний ход ассоциации ЕС с Украиной?

Александр Рар: Конечно, нет. Бюрократия Брюсселя и лидеры, которые связали свою политическую карьеру с этой ассоциацией, как госпожа Меркель, например, или как французское правительство, не могут просто признать, что игра проиграна или что ассоциации не будет.

Возможно, будет принято половинчатое решение, как происходило и происходит при решении других проблем внутри единой Европы. Смотрите, как власти ЕС идут навстречу Британии, переделываются даже условия членства Лондона в ЕС таким образом, чтобы дать Англии дополнительные привилегии, лишь бы эта страна не вышла из единой Европы. Потому что в Брюсселе очень многие боятся большой трещины в Европе и расшатывания европейских институтов, если британцы выйдут из Евросоюза.

То же самое происходит с Грецией, которой не дадут выйти из еврозоны, поскольку это тоже будет расшатывать ЕС. До последнего в Брюсселе будут пытаться где-то находить деньги для Афин, давать им предпоследний шанс, потом последний, потом самый последний шанс, чтобы они оставались в составе Евросоюза. Поэтому для брюссельских элит, которые столько уже вложили в Украину, единственный выход - попытаться где-то что-то в договоре об ассоциации переделать, принять половинчатые решения, чтобы все-таки это соглашение между Киевом и ЕС пробить.

В мире Европа Нидерланды РГ-Видео РГ-Фото